— Что-то ты не слишком вежлив, друг, — промямлил, вытирая тыльной стороной ладони выступившую на губе кровь.

— Не слишком вежлив?! придурок ты недоделанный! — заорал на Максима Колька сверху вниз. — Я собрал парней. Они при полном параде и ждут твоего приказа. А ты тут сопли пускаешь!

Колька был не просто зол. Он был в бешенстве. Схватил Максима под локоть и потащил по коридору. Затащил в ванную комнату и поставил, подпирая им стену, в душевую кабину. А потом включил ледяной душ. Максим заметался от обжигающе ледяной воды, но Колька крепко держал его.

Постепенно пьяный дурман рассеивался, и к Максиму возвращалось трезвое сознание. Он посмотрел на друга уже более сосредоточено.

— Ты сегодня грохнул Архипа, — отчеканил Колька, отпуская Максима. А тот все продолжал стоять под холодными струями воды. — Думаешь, тебе это с рук сойдет. Соберись, тряпка! Выезжаем через полчаса!

И Колька вышел из ванной, хлопнув дверью. Максим еще пару минут стоял под ледяным душем. Его пальцы занемели от холода, зубы стучали, но сознание быстро возвращалось в реальность.

Вышел из ванной и отправился в свою спальню, чтобы переодеться. Привычный черный костюм он надел очень быстро. Кобура с двумя пистолетами по бокам. И еще пара пистолетов в руках. Вышел из дома и увидел своих бойцов в полном обмундировании.

— По машинам, — скомандовал громко. И бойцы тут же засуетились, усаживаясь в автомобили.

Они вернулись в дом Архипа, и разнесли там оставшихся в живых бойцов. Максим отстреливался, не жалея себя и не боясь попасть под пулю. И его победа в этой давней войне стала окончательной.

Будто это что-то исправляло.

То, что было для него по-настоящему дорого, ушло безвозвратно. И каждая следующая победа была с горькой примесью потери.

Но останавливаться теперь было нельзя. У Архипа было много союзников. Не зря же он метил на место самого Князя. И Максим убрал всех его союзников. Одного за другим. С остервенением раненного зверя. И безжалостностью машины для убийств. Он не жалел никого. Как ураган, сметал любую угрозу на своем пути. Не боясь смерти, нагло и безбашено лез под пули, но всегда, с*ка, побеждал. И через месяц он стал единственно сильным криминальным авторитетом, королем без короны, власть которого признавали даже дворовые псы. Теперь он смог подмять под себя весь город. Никогда раньше империя Князя не была так сильна и так обширна, а его авторитет настолько неприкасаем.

Будто это что-то меняло.

Для него ничего не изменилось. Что-то по-настоящему важное исчезло из его жизни. И ему только предстояло научиться жить с этой пустотой.

Глава 12

Я любуюсь шикарным видом из окна своего кабинета. Вид городской суеты с высоты птичьего полета всегда завораживал меня. Но сегодня все не так, как обычно. Вернее, не только сегодня, а последний месяц.

Жизнь моя вернулась к прежнему ритму уже через два дня после моего отъезда из особняка. Я навестила родителей и убедилась в том, что с ними все хорошо. Пока я жила в особняке, мы общались только по телефону. А теперь я могу ходить к ним в гости хоть каждый день. Только вот все некогда было. Да и они все поглядывали на меня, ожидая обстоятельного рассказа о том, где я пропадала все это время. Только вот делиться с кем бы то ни было, мне не хотелось.

Я не стала оттягивать свое возвращение в офис, хотелось поскорее вернуться к привычной жизни. И в первый же день я на своем рабочем столе нашла документы, по которым выходило, что Паша отписал на меня свою долю бизнеса, и теперь я полноправная хозяйка тут.

У меня не было шока. Потому, что от Максима можно ожидать чего угодно. А то, что без него тут не обошлось, было ясно, как божий день. Осталось только устало выдохнуть и закатить рукава. А работы скопилось немало. И больше месяца я практически не выходила из офиса, чтобы привести дела в порядок.

А потом на пороге моего кабинета появился Пашка и попросился ко мне на работу. Я была очень рада видеть старого друга, который, не таясь, поведал про карточный долг и расписку. Ну, конечно, без Князева тут не обошлось.

После того, как Пашка вернулся в офис в качестве управляющего на неприлично высокую зарплату, мне стало легче, и я начала все чаще уходить из офиса засветло.

А сейчас, спустя два месяца, моя жизнь полностью наладилась, выстроившись в некий график, который полностью меня устраивал. Как устраивало и то, что заказчиков становилось все больше. Нет, нам не достался проект Торонина. Я и не хотела больше с ним встречаться. Были другие проекты. Не такие большие, но, в общем, свой доход мы уверенно удваивали.

И все бы хорошо и прекрасно. Вот только в моей душе поселилась небывалая прежде тоска. Тоска, которой не было причин. Ведь все наладилось и утряслось. Но я все больше походила на робота, который перемещается из дома на работу и с работы домой.

Мужчины заигрывали со мной, приглашали на свидания. Но меня это не трогало. Все, чего мне хотелось, это поскорее вернуться домой и, укрывшись уютным пледом, уснуть. Отгородиться от всего мира.

А сейчас я смотрела на тучи, собирающиеся на небе. И эта погода была созвучна моему настроению.

Краем уха услышала звук открывшейся сзади меня входной двери. Повернулась и увидела Пашку. Как всегда, красивый и холеный, он улыбался мне как-то по-доброму мягко. С тех пор, как он вернулся, мужчина больше не пытался заигрывать со мной. И меня это радовало.

— Все, — сказал мне Пашка, — договор подписываем завтра. Можно начинать отмечать. — Последнее он сказал, радостно потирая руки. А я кисло улыбнулась ему в ответ. Впрочем, как и всегда в последнее время.

— Лен, ты мне в последнее время не нравишься, — сказал Пашка участливо. — Может, к врачу сходишь?

— У меня ничего не болит, — отвечаю вяло.

— У меня есть знакомый психолог. Хороший врач. Все хвалят. — Не ожидала от него такой заботы. — Хочешь дам телефон?

— Спасибо. Не стоит. — Устало улыбнулась в ответ. — Я, пожалуй, сегодня домой пораньше поеду.

— Да, конечно, — согласно кивает Паша.

Выбираюсь из офиса и забираюсь за руль своей машинки. Привычными движениями выезжаю с парковки и еду домой. Если раньше в салоне всегда играла музыка, то теперь мне не хочется ее включать. И поэтому добираюсь до дома в тишине.

Дома я принимаю душ и забираюсь в постель, укрывшись с головой.