том, что спрятали телегу так далеко от города. Обратная дорога давалась нелегко. Ноги заплетались, тело требовало отдыха. Вдруг впереди, на обочине пыльной тропинки, мелькнуло яркое пятно. Пройдя ещё несколько шагов, Мадлен прищурилась и сумела рассмотреть впереди знакомую повозку.

– Подождите… Это же кибитка бродячих артистов, – обрадовалась девушка. – Точно, я сразу её узнала. Идёмте отдохнём подле их костра. Уверена, Эсма не будет против.

Обрадовавшись, Мадлен поспешила вперёд, оставляя своих спутников позади. Подойдя к лагерю артистов, девушка остановилась. Неподалёку всё ещё тлел костёр, кое-где на траве лежали яркие вещи. Но в лагере царила тишина.

– Эсма! – негромко позвала Мадлен и прислушалась, но ответа не последовало.

Сердце сдавило горькое предчувствие. По спине пробежал липкий страх. Обходя кибитку, Мадлен резко обернулась, услышав позади испуганный вскрик Селесты. Найдя глазами фрейлину, девушка увидела, куда направлен полный ужаса взгляд подруги. Заглянув за повозку, Мадлен похолодела. Прижатая спиной к земле, на траве лежала Эсма. Выхватив кинжал, над ней нависал мёртвый убийца.

– Нет! – что было сил крикнула Мадлен.

Подхватив лежащий на земле камень, девушка с силой швырнула его в оккультиста.

– Оставь её!

Камень прилетел оккультисту точно в голову. Он пошатнулся, но не выпустил из рук кинжал. В это момент на помощь подоспел Калеб.

– Назад, – махнув рукой спутницам, некромант вышел навстречу оккультисту.

В руках Калеба блеснул нож, смазанный вязкой тёмной жидкостью. Удобнее перехватив оружие, некромант, не теряя ни секунды, бросился на убийцу. Завязалась битва.

Калеб сумел оттолкнуть оккультиста от цыганки и помешал совершить убийство. Мадлен поспешила на помощь Эсме. Вместе с Селестой они помогли испуганной девушке подняться на ноги. Тем временем оккультист махнул кинжалом и чудом не вогнал его в сердце некроманта. Калеб успел увернуться. Ловко поднырнув под руку убийцы, он сделал быстрое движение и ранил оккультиста в плечо. Покойник, оживший много лет назад, зарычал от боли. Из его раны не лилась кровь, но по выражению его лица было понятно – боль, что он испытывал, была адской. Воспользовавшись его замешательством, Калеб нанёс оккультисту второй удар. Оглушающе рыча, убийца подхватил упавший кинжал и, толкнув некроманта, скрылся в ближайших зарослях.

– Он сбежал! – удивлённо выдохнула Мадлен. – Как тебе это удалось? Я думала, мертвецы не чувствуют боли.

– Они и не чувствуют, – ответил Калеб. – Пришлось пойти на хитрость. В одной книге нашёл рецепт яда, пробуждающего память тела. Попав на оккультиста, она заставила его тело вспомнить, что такое боль.

– Он не вернётся? – поинтересовалась Мадлен.

Калеб пожал плечами.

– Не знаю. Но лучше не рисковать. Девушке лучше скрыться.

Всё ещё растерянная Эсма наконец обрела способность говорить.

– Мадлен, спасибо! Спасибо вам всем! – сбивчиво, едва стоя на ногах, заговорила Эсма. – Он налетел на меня, словно из ниоткуда. Последние дни я чувствовала, что за мной кто-то следит. Но думала, что это кто-то из недовольных горожан. В Грювеле, как выяснилось, нет места для веселья.

– Почему на тебя напали последователи Абраксаса? – вдруг спросил Калеб. – Ты или твоя семья когда-нибудь заключали с ним сделку?

Эсма задумалась:

– Мне неизвестно имя, что ты назвал, но я чувствую, что он него веет смертью и кровью. Я не могу дать ответ на твой вопрос. С юных лет я осталась сиротой. И мне неведомы тайны моих родителей.

– Где остальные артисты? – спросила Мадлен.

При упоминании друзей цыганка поникла.

– Ещё утром отправились за провиантом. Но что-то случилось…

– Им нужна помощь?

Прислушавшись к себе, цыганка грустно покачала головой.

– Их уже нет в живых…

– Я… Мне очень жаль… – с болью произнесла Мадлен. – Ты знаешь какое-нибудь безопасное место, где могла бы укрыться?

Эсма задумалась.

– Я могла бы отправиться к родственникам в Румынию. Это поможет?

– Может сработать. Насколько я знаю, за пределами Франции убийств не было, – пояснил Калеб.

– Хорошо, тогда отправляйся прямо сейчас, – сказала Мадлен.

Девушки обнялись. И вдруг до их слуха донеслось конское ржание. Все четверо резко обернулись, не зная, чего ожидать. Вскоре из-за кибитки показался наездник. Увидев путников, он спешился и направился к ним.

– Селеста? Мадлен? Вы объясните мне, что вы забыли в этой дыре? – хмуро сдвинув брови, к девушкам приблизился королевский гвардеец.

– Фабьен! – забыв обо всём, Селеста бросилась навстречу месье Триалю. – Что ты здесь делаешь? Тебе ещё нельзя ездить в седле, – разволновалась фрейлина.

– Я услышал о вашем внезапном отъезде из Блуа, а после до меня дошёл слух, что вслед за вами тайно отправился человек короля.

– Что? За нами кто-то следил? – испугалась Селеста.

Фабьен медлил с ответом, тщательно подбирая слова.

– Да, всю дорогу за вами хвостом шёл Шико.

– Только не он, – с горечью выдохнула Мадлен. – Где он сейчас?

– Не могу знать, – сухо ответил Фабьен. – Я потерял его след.

Схватившись за голову, Мадлен не находила себе места. «Как много видел и слышал этот гадкий шут? Он давно точит на меня зуб, но теперь из-за меня может пострадать ещё и Селеста. Что же я наделала?» – ругала себя девушка.

– Я всё ещё не получил ответа на свой вопрос, – сурово произнёс Фабьен. – Что вы делаете ночью в этом Богом забытом месте?

– Эти трое пришли мне на помощь, – выйдя вперёд, вдруг сказала Эсма. Некоторое время пристально вглядываясь в лицо Фабьена, она догадалась: – Так это ты тот гвардеец, что в моей повозке боролся со смертью?

Месье Триаль удивлённо поднял бровь, и вдруг его озарило воспоминание:

– Я помню… – тихо произнёс он. – Помню эту кибитку, тебя, цыганка, и вас двоих, – гвардеец указал на стоявших поблизости Мадлен и Калеба. – Вы спасли мне жизнь.

Стоя перед своими спасителями, Фабьен растерянно моргал. Гвардеец не был готов встретиться с теми, кому был обязан жизнью. Черты его лица быстро стали мягче, голос – спокойнее. Склонив голову, Фабьен заговорил:

– Мне не подобрать слов, чтобы выразить свою благодарность. Ни один из вас не был обязан помогать мне. Но, рискуя собственными жизнями, жертвуя временем и силами, вы вырвали меня из лап смерти. А я даже не знаю ваших имён, – Фабьен взглянул на цыганку и некроманта. – Теперь я навеки ваш должник.

Мадлен, представив гвардейцу Калеба и Эсму, попыталась убедить его, что он ничего не должен ни ей, ни её спутникам. Всё, что они сделали для него, было продиктовано велением их сердец.

– Всё, о чём мы просим тебя, – не задавать лишних вопросов и не расспрашивать о сегодняшней ночи, – обратился к Фабьену Калеб.

Произнеся эти слова, некромант вдруг неловко покачнулся. Удержав его, Мадлен коснулась плеча юноши и поняла, что её ладонь окропилась кровью.

– Калеб? – испуганно произнесла фрейлина. – Ты ранен?

– Да так, пустяки, –