– Добровольцем что ли?

– Ну да… А как было по другому? Ждать, пока наши бюрократы с ГЛТК расчехлятся на профессиональную охрану?

– А дальше что?

– Да ничего особенного. На Ганимеде нас вскрыли, и планы наши – тоже… Ну, развернули нас обратно на Марс, а беженцы устроили скандал и лихо нас разобрали, как по ноткам… Тут еще проблемы с ускорителями. Мы запросили ремонт у федератов… Как пристыковались в доке, так нас и скрутили. Там племя какое-то оказалось матерое. Охотники вроде… Они нас, как детей. Даже вспомнить стыдно.

– Тут нечего стыдиться, «Тэнк». Вы молодцы. Ты молодец. Пусть на Би-Проксиме будет стыдно за то, что произошло со станцией – подбодрила его Кристал.

– Хм… Их станцией, кстати – вмешался Гельмут.

– Ага. Прям карма по делам… Так, а дальше-то что? – добавил Айзек.

Танкройт отпил из поставленного перед ним стакана с напитком и продолжил:

– Втащили нас на станцию и пихнули к остальному персоналу. Земляне быстро вооружились до зубов. Смекнули, что они на боевой станции и проявили себя.

– Даже как-то не вериться, что они смогли обмануть или взломать ИИ для атаки торпедами по корвету – покрутил носом Гельмут.

– Я бы тоже не поверил. Им помог один из старших офицеров ФСМ. Его даже пытать не пришлось. Так, припугнули, он все и выдал.

– Да уж. Надеюсь его накажут – вставил свой комментарий Айзек.

– Не накажут. Его сами земляне и убили во время штурма, когда запахло жаренным. Там не все выжили. А вот тех, кто им помогал, они убить успели.

– А вот вы-то сами как сбежали? – спросила Кристал.

– О, это вообще необыкновенная история. Просто чудо… Нас под надзором направили за какими-то вещами или инструментами. Мы смогли задурить им головы и выскочить. А там соседний инженерный отсек, а в нем спасательные капсулы. Я знаю некоторые инженерные коды, вот и выскочили. Патруль нас подобрал. Я им инженерные схемы станции передал, которые успел «срисовать». Вот и весь подвиг… Сами видите ничего особенного, и гордиться, в общем-то, нечем.

Скромность Танкройта с его весьма светлым таким притягательным лицом и взглядом очень сильно влекли Кристал. В какой-то момент она поймала себе на том, что ищет причину или повод пригласить «Тэнка» к себе в гости. Она сама смутилась от собственного желания и даже немного покраснела. Было, все же, нечто мелкое и, как будто, незначительное, что немного раздражало Кристал в нем. Это его странная, если не сказать, дурацкая привычка потирать ладонью комбинезон на груди, будто у него была чесотка какая, или же он прятал там что-то выпирающееся и мешающее. Сколько Кристал не всматривалась, никаких выпуклостей или бугров под комбинезоном на груди не замечала. «Медальон!». Мысль поразила ее своей внезапно и такой, как казалось, очевидной догадкой, из-за чего она еще больше возжелала увидеть его у себя в апартаментах. Однако дальше желания дело у нее не двигалось. Как-то намекнуть или пригласить его под неким предлогом даже через личное мысленно обращение по нейро-каналу она не решалась. Наоборот, каждый раз при возникновении подобного намерения ее сковывал какой-то стыд. Она тупила взор или отворачивалась в сторону, будто уже совершила с ним что-то неприличное для замужней женщины. «Какая же ты лживая сволочь, Мерки!». Впервые за более чем год Кристал сильно разозлилась на Меркури, что он ее бросил ради своих «игрищ».

Обсуждения дальнейших планов уже шли где-то на фоне. Кристал то и дело посматривала украдкой на Танкройта, за его мимикой, телодвижениями, пальцами рук. Ей было интересно в нем все. Обсуждения важных дел отошли на второй план. Она делала вид, что вникала, но по факту же просто соглашалась со всем сказанным.

По итогу была назначена дата проведения референдума о принятии декларации независимости Марса от ФСМ. Особым разделом в референдуме о независимости был момент об участии в голосовании самих беженцев. Гельмут не без помощи ИИ юридически грамотно обернул все это в нейтральный формуляр «о соблюдении норм Конвенции». Кроме того, в случае принятия независимости, беженцы с Земли получали с марсианами равные права и возможности. Это условие для простых обывателей было сокрыто. Конвенция предусматривала участие в выборе независимого планетатора всех заинтересованных сторон. Федерация все еще представляла весомую силу на Марсе, хотя бы потому что полк 114-ой мех бригады не утратил свой потенциал даже временно лишившись командира. И Гельмут, и Кристал, и даже Айзек с Танкройтом прекрасно понимали, что силы ФСМ могут совершить свой ход и обезглавить всю сепаратистскую администрацию Марса. Общей план с референдумом зиждился на очень зыбкой почве того, что силы Федерации не решатся вмешаться в политические процессы без командования.

Сделаем Марс снова популярным!

Шаттл планетатора Марса прибыл на небольшое плато-впадину укрытую сверху защищающими от бурь и непогоды конструкциями. Когда-то это была пещера, найденная больше года назад волонтёрами, частью которых была сама Кристал. Раскопки сделали свое дело. Древняя марсианская пещера с широкой и просторной галереей теперь походила на склад разного археологического оборудования и инструментов.

Иодал был на своем месте. Он жил тут среди раскопок и находок. Не все найденное представляло ценность, но были тут кое-какие артефакты, которые заставили Кристал пережить давно канувшие в лету события. Ей сразу преградил путь за периметр охранный дрон, но быстро пропустил, когда «узнал» гостью и ее полномочия. У Кристал были и свои охранники, но она всегда держала их позади.

Из небольшого оборудованного контейнера вышел и сам Иодал. Он весьма недобро глянул на Кристал, но уходить обратно не стал.

– Ну и чем обязан столь неожиданному визиту? Что-то нарушил? – спросил немного нервно и слегка надломленным голосом Иодал.

Он выглядел нелепо и немного даже смешно, когда злился. Кристал не сдержалась и улыбнулась. Он был совсем невысокого роста, тощий, какой-то неказистый, с бегающими взволнованными глазами. Он то и дело чесался, как от какой нервной болезни. Особенно доставалось груди, словно он имел там какой чирь или фурункул под комбинезоном, вызывающий нестерпимый зуд. Кристал вспомнила Иодала, вспомнила тот самый первый раз, когда увидела его суетящимся возле Тамары. Даже хронографы так не суетились вокруг звезд, как лебезил перед археологиней этот юноша. Кристал понятия не имела сколько ему лет, но по поведению он ей напоминал забитого и затравленного тинейджера. Она снова улыбнулась ему, но уже несколько мягче и добродушнее, с жалостью.

– Ты тут один? А где ваша группа? Почему не продолжаете работы? – спросила она, осматриваясь по сторонам.

Заметила Кристал и бластер на