потерять любую возможность продолжать обучение в этих стенах. Поэтому я прошу вас быть благоразумной.

— В вашем понимании быть благоразумной значит беспрекословно подчиняться вам? — неожиданно хрипло спросила я и неловко прочистила горло.

Дракон чуть склонил голову, словно взвешивая ответ. Потом сделал ещё один шаг — так близко, что между нами почти не осталось воздуха. Я ощущала тяжёлое тепло его тела, а запах металла стал гуще, насыщеннее, он обволакивал меня, не оставляя шанса вырваться. Даже если я и хотела пошевелиться, то… не могла.

— Благоразумие, Лейла, это умение видеть, где заканчивается свобода и начинается ответственность. Вы же сейчас думаете совершенно не о том.

— О чём же? — выдохнула я, прежде чем успела остановить себя.

Его взгляд скользнул ниже — на губы, на горло, туда, где слишком быстро бился пульс. Всего на мгновение. Но этого хватило, чтобы у меня перехватило дыхание.

— О том, что вам страшно, — сказал он тихо, и его кадык дёрнулся

Я резко втянула воздух.

— Вы не имеете права… — прошипела я, но он вдруг отступил и вернулся за свой стол.

— Я не делал ничего предосудительного, мисс Мариотт. Вы просто слишком громко думаете. Я понимаю ваше волнение, вы действительно оказались в непростой ситуации. Именно поэтому я и предлагаю вам свою помощь и защиту. Выбор за вами.

Я осталась стоять на месте. Несмотря на то, что дракон отступил, у меня всё ещё дрожали колени — и теперь это ощущалось даже явственнее, чем минуту назад. Я горько усмехнулась:

— Выбор? Вы действительно считаете, что он у меня есть?

— Выбор есть всегда, Лейла. Каждую секунду вы принимаете решение о том, как поступите в следующее мгновение, — дракон поднял на меня странный, немного усталый взгляд. — Я не стану вас заставлять. Но если вы вынудите меня, мне придётся действовать согласно уставу. И не думайте, что у вас будут какие-то поблажки.

Я сжала зубы и вскинулась:

— Если я соглашусь на ваше предложение, тогда вы отстанете от меня?

— Если вы этого захотите, мисс Мариотт. Однако, пока мы с вами на одной волне, вы можете рассчитывать на моё покровительство. В пределах разумного. Подумайте об этом, Лейла.

С этими словами он протянул мне гербовый лист с печатью и магической подписью. “Официальное предупреждение”...

Я вздохнула, сложила лист и убрала в сумку. Дракон больше ничего не говорил, и поэтому я пошла к двери, но, взявшись за ручку, замерла.

— Мистер Андреас, — сказала я тихо, не оборачиваясь. И добавила ещё тише: — Вы правы. Мне действительно страшно.

Тишина была мне ответом. Я уже почти пожалела о том, что сказала это вслух, когда за спиной раздались шаги, заставив меня обернуться.

— Страх, — негромко произнёс дракон, — это не слабость, а инстинкт выживания. Особенно у тех, кто вынужден полагаться только на себя.

Я смотрела в пол и лишь краем глаза видела, как он остановился у стола. Казалось, если я встречу его взгляд, то всё рухнет. Вообще всё.

— Вы не должны быть всегда смелой, Лейла, — продолжил Андреас. — Просто будьте честны. Хотя бы с самой собой. А лучше — ещё и со мной. Вы пытаетесь быть и выглядеть не той, кто вы есть. Это мешает вам двигаться вперёд.

Пауза.

Я чувствовала его так остро, словно он стоял совсем близко. Его запах. Его дыхание. Его магию.

“... нельзя… — скользнула в моей голове мысль, будто не принадлежавшая мне. — … не сейчас… держи себя в руках…”

Я неловко прочистила горло, но так и не решилась ответить. Дракон сделал это за меня:

— Вы хотите быть рядом со мной, но отчего-то отпираетесь каждый раз, когда я даю вам такую возможность. Возможно, вам стоит меньше бороться с самой собой.

Моё дыхание сбилось, и я судорожно вдохнула.

— Зачем вы так говорите, — прошептала я. — Это неправда.

И всё-таки подняла взгляд.

Он стоял спиной к столу, опираясь о край ладонями. Фигура дракона была собранной, но не напряжённой. Серебро в его глазах мерцало.

— Если вы согласитесь, я буду рядом. Помогу вам с учёбой. С докладом. На приёме. Прикрою вашу спину, когда на вас будут смотреть слишком пристально. — Он сделал паузу и добавил: — Но не подойду ближе, чем вы позволите.

Моё сердце глухо ударилось о рёбра, а щёки налились кровью.

— А если… — я провела языком по губам. — Если это я позволю себе больше, чем следовало бы?

И посмотрела на него, страшась его реакции и в то же время — жадно ожидая.

— Тогда, — он развёл руками и едва заметно улыбнулся, — я буду вынужден напомнить вам о значении слова “благоразумность”.

Он выпрямился, снова надевая маску куратора.

— У вас нет времени на размышления, и участие в приёме — это скорее приказ, чем предложение. Ректор утвердил вашу кандидатуру. Если хотите отказаться, вам следует идти напрямую к нему.

— Полагаю, мне не стоит привлекать к себе его внимание, — проговорила я, снова обретая твёрдую поверхность под ногами.

— Вам решать, мисс Мариотт, — ответил он. — Но не заставляйте меня сожалеть о том, что я пошёл вам навстречу.

Я кивнула, не решаясь произнести что-то ещё, чтобы не сказать лишнего. И только выждав несколько мгновений, не без труда выдавила:

— Я… подготовлюсь. И сейчас же пойду поговорю с профессором Клаурисом, чтобы как можно скорее начать подготовку.

— Хорошо, — отозвался он спокойно. — Тогда на сегодня мы закончили.

С этими словами дракон сел обратно за стол и придвинул к себе какую-то папку. Его длинные пальцы начали быстро перебирать бумаги в поисках нужной, пока он не вытянул мелко исписанные листы.

Вместе с этим давление его присутствия ослабло, и это ощущалось странной, почти физической потерей. Внутри всё ещё пульсировало напряжение и волнение, и не было никакой возможности дать им выход. Мне нужно было выйти, пройтись на свежем воздухе, принять холодный душ, но я не могла даже заставить себя выйти из кабинета.

Время шло, и куратор больше не обращал на меня внимания. Он полностью погрузился в свою работу, будто я была призраком, невидимым и неслышимым. Тогда я сделала глубокий вдох и повернулась к двери, положив пальцы на ручку.

— Лейла, — окликнул он, и я замерла в волнительном ожидании.

— Да, профессор? — обернулась я.