атака. Пока Иоганн дергал рукой, прикрываясь от удара в лицо, Торк разорвал дистанцию и ткнул мечом, теперь остриём всё в ту же окровавленную теперь физиогномию барончика. К несчастью своему, или к счастью парня, клинок уткнулся в латную перчатку, которой Иоганн полез кровь по лицу размазывать. Получился просто толчок и, как и вчера барончик сел на задницу. Но тренировался же несколько лет уже, потому, чтобы по башке сверху удар не получить, он кувыркнулся через плечо назад и тут же вскочил на ноги. При этом юнкер ещё меч свой вновь поднять не успел, все свои не очень-то и большие силы в этот рубящий удар вложил и меч острием прилично в землю раскисшую вошёл.

— Ха! — Иоганн подпрыгнул и обрушился всеми своими ста килограмма, если с железом и раздражением от неудачной схватки считать, на меч противника.

Прыгнул и удачно, и неудачно, одновременно. Меч сломался. Нет сейчас мечей, которые удар кувалды выдержат. Не та металлургия. Но и Иоганн не приземлился на обломки сапогами, он прыгал не вертикально, а ногами вперёд, и потому, со всей дури упал на спину.

А этот гад! А этот гад совсем не растерялся, он схватился за обломок меча двумя руками и с хеканьем всадил его по саму рукоять в глаз барончику. Почти. Иоганн успел перевернуться на бок и меч просвистел в миллиметрах от виска. Даже прихватил пару волосков.

И ведь не успокоился Торк, он, поняв, что этот вёрткий пацан опять уцелел, вырвал обломок из земли и опять со всего замаха ткнул им в спину парню.

Опять не успел. Иоганн продолжал крутиться, уходя от ударов противника. Но тут до конца провернуться не успел, меч острым краем сломанного клинка зацепился за звено кольчуги и сила удара перевернула парня на спину.

— Ха! — вот теперь досталось латной перчаткой физиономии братца магистра. Жаль без замаха и тоже вскользь. Но юнкер отпрянул, и это минутное затишье перед бурей позволило Иоганну вскочить на ноги и эту бурю организовать. Теперь он обрушил меч на противника. Сначала удар пришёлся по плечу, и рука юнкера подогнулась, потом, так как Торк продолжал падать, меч врезался в спину и только третий пришёлся по голове. И ещё раз, и ещё! Третий удар попал по шее и почти перерубил её. Вильгельм к тому времени уже мёртв был и первого удара по затылку хватило. Меч глубоко вошёл в голову, разрубив кость.

Глава 10

Событие двадцать седьмое

Замок соседа фрайхера Георга фон Айхштета, из-за которого пришлось дедушку любимого убить, а потом ещё и, наверное, не менее любимого младшего братика самого ландмейстера Тевтонского ордена в Ливонии Дитриха Торка, выглядел примерно так же, как и замок дядюшки фон Лаутенберга. Стены с барбаканом не было. Был деревянный забор и высокая башня вместо замка. Иоганн уже прикинул, сколько будет стоить возведение вокруг него настоящей каменной или кирпичной стены, и отмёл эту завиральную идею. Ему нафиг не нужен ещё один замок, хватит, и так на дядюшкин замок больше десяти тысяч марок истратил. А конца стройке нет. И опять непонятно зачем. Кто в том замке жить будет? Сейчас только управляющий да несколько слуг. И на это потрачена просто грандиозная сумма. Не добыча бы в татарском лагере, так и не потянул бы, сдулся. Замок фон Айхштета, в отличие от замка фон дер Зайцева, находился не на возвышенности среди полей, а в лесу, и можно даже было назвать это место болотом. Это как раз в тех местах, где они теперь белую глину — каолин добывают.

Два дорфа баронства Каугури и Кудра были не меньше Русского села. В одном сорок дворов, а во втором, на берегу озера Акацис, в поселении Кудра, больше пятидесяти. Сам же замок был расположен почти на берегу большого озера Слокас и довольно далеко от поселений. Башня, конюшня большая, всякие коровники и курятники, большая овчарня и семь домов для проживания работников с семьями, которые всё это обихаживали. По русским меркам этого времени тоже крупная деревенька, там в богоспосаемом отечестве частенько в деревнях по одному — два дома.

Девочку Грету вместе с нянькой, аппетитной такой дивчиной из сказок про нибелунгов забрала уже мачеха — фрайфрау Мария. Иоганн, когда увидел эту няньку то, язык высунул как пёс Плуто из мультика.

Девушке было лет двадцать, она была высокой… М… даже великаншей по нынешним меркам. Если сама Мария была тоже вполне себе для нынешних времен высокой, где-то метр семьдесят, то эта Брунгильда на голову над ней возвышалась. Звали Брунгильду — Зибилле, фон Бок перевёл это как предсказательница — гадалка. Встречал их Иоганн у ворот вместе с Андрейкой. И вот если Иоганн от вида дивчины только язык вывалил, то сын Перуна весь вывалился. Она была даже его на пару сантиметров выше. И кроме всего прочего девушка была, так сказать, истинной арийкой. Золотые волосы, голубые глаза, правильный овал лица, ровные зубы.

Вообще подобрать такой крале мужа — это не простая задача. У них в баронстве под стать ей только двое, сам Перун и вот его старший сын, остальные перед алтарём с сей дивчиной смешно бы смотрелись.

— А не пора ли тебе, Андрей, жениться. Представляешь, каких богатырей она тебе нарожает, — через пару минут созерцания валькирии пришёл в себя барончик.

— Ик.

— Понятно. Сам сражён. Но ты к девочке присмотрись. Правильная девочка. Ежели при красоте такой и петь мастерица, то… шучу. Про петь шучу.

Как выяснилось за обедом, Зибилле была не совсем служанкой, скорее, компаньонкой. Она была незаконнорожденной двоюродной сестрой Греты. Давно погибший на войне старший брат барона Георга, тогда и сам барон Андреас фон Айхштет, нагулял её со служанкой. Ну, если мать Зибилле была ей под стать, то осуждать барона рука не поднимется, ай, уста не раскроются.

А на обследование замка и двух деревень Иоганн с Отто Хольте и десятком новиков выехали на следующий день. Замок восторгов не вызвал ни у Отто, ни у барончика. В конюшне было всего пять лошадей, и по сравнению с целым табуном настоящих дестриэ у Иоганна, смотрелись они так себе. Кобыла только вороная более-менее к стандарту приближалась, она была не меньше Галки барончика. Её можно оставить на племя, а остальных или продать или крестьянам раздать, чего попусту кормить.

А вот при