– Светлые Боги! – ахнул кучер. – Это точно не вы!

Долго убеждать его не пришлось. Разница слишком бросалась в глаза.

– Боги… – повторил Тибо уже иным тоном. – Боги – это хорошо, только, господин Арье… то есть господин Совье, я бы на вашем месте не стал бы говорить правду. Не поверят. Лучше скажите, что от удара память потеряли. Такое часто случается, полгода назад одному из наших агентов голову проломили – он родную маму не узнал, а на любимую жену посмотрел – переплевался. К тому же, уж простите за прямоту, но службу моего господина вы не потянете. Господин Кейвен многое брал на себя, какие-то вещи вообще никому не докладывал. Его прохвостом, честолюбцем и циником звали и в глаза и за глаза, а на самом деле он любил свою страну и свою работу.

Тибо отвернулся.

– Он был вам дорог? – смущённо спросил Рен.

– Он вместо бессрочной каторги взял меня к себе на службу, – в грубоватом голосе послышалось глубокое уважение. – Сжёг моё досье и сказал: «Начинай с чистого листа. Ти́нто Бо́ршо больше нет, есть Тибо». Много вы знаете людей, которые так поступили бы?

– Кейв был замечательным человеком. И вы правы, мне до него далеко. К тому же я тоже люблю свою работу, – Рен задумался. – А ещё есть дилемма. Дея моя жена, и я равно не хочу ни ждать положенный год траура, ни создавать ей репутацию бессердечной ветреницы, меняющей мужей как перчатки.

У меня ёкнуло сердце. По правилам мы с Реном… с Кейвеном Совье должны были жить порознь не менее года перед тем как вступить в брак.

– Тоже мне, беда, – пожал плечами Тибо. – Госпожа Дея объявит, что это была очередная операция Особой службы, и ей пришлось разыгрывать влюблённую жену. Надо будет – я подтвержу. Мол, у моего господина с госпожой сразу чувства возникли, однако долг прежде всего. Господин Кейвен и не такое проделывал, никто не удивится, особенно Её Величество.

Я поднялась и открыла ящик письменного стола, где Рен держал документы. Свидетельство о браке лежало поверх бумаг. На вид и ощупь – совершенно обыкновенное. Только дата стояла сегодняшняя, а в графе «брачующиеся» тем же ровным красивым почерком было выведено:

«Кейвен Совье и Андея Муэрро».

Глава 40

– Боги не вмешиваются в нашу жизнь, Боги не влияют на узор, Боги никому не помогают, – иронично перечислял Рен, разглядывая себя в зеркале моей прихожей: вернуться в квартиру покойного было бы кощунством в глазах окружающих. – Почему именно мы, Дея? Что в нас такого особенного?

– То, что на данный момент мы единственные живые Пряхи, считается?

– Но свет клином на нас не сошёлся.

– Может, и сошёлся… Мне придётся подарить тебе другую цепочку. Золото с хризолитами, например, очень пойдёт к твоим кошачьим глазам.

– Мне придётся снова завоёвывать уважение парней в Розыскном, – в тон отозвался Рен. – Но всё это мелочи по сравнению с огромным чувством вины.

Отражение Кейва сжало губы.

– Он был достойнее, мужественнее, решительнее. И в результате оказался благороднее.

«Может быть, он просто хотел, чтобы ты обнимал меня его руками?..»

Разумеется, я не произнесла это вслух. Романтик в Рене не принял бы такое объяснение. Звон колокольчиков в прихожей заставил нас застонать. Кто ещё?! За дверью стояла госпожа Стейша с блюдом в руках.

– Счастливого Пере… – она натолкнулась взглядом на Рена и потеряла дар речи.

– Госпожа Стейша, теперь можно всё рассказать, – торопливо заговорила я. – Обманывать дурно, но это же вопросы государственной безопасности! Господин Арье и я не вступали в брак, это была операция Особой службы. А мой настоящий муж – Кейвен Совье, и мой ребёнок от него.

– Боги! – ведьма расслабилась. – Простите, что плохо о вас подумала. Особая служба, естественно… Признаюсь, я не слишком симпатизировала господину Арье, он казался мне чересчур высокомерным. Поздоровается и спешит мимо, словно и не ведьмак вовсе!

– Господин Арье погиб как герой при задержании опасного преступника, – обиженно произнёс Рен.

– Конечно, конечно! – любезно согласилась госпожа Стейша. – А я принесла вам праздничный пирог! Это старый ведьминский рецепт, он очень полезен вашей супруге.

– Проходите, пожалуйста, – посторонился Рен… или Кейв? Перемену внешности я приняла легко, но теперь придётся звать его и другим именем, даже наедине… Настоящий Кейв, должно быть, сейчас очень доволен!

– У нас, к сожалению, ничего нет, – повинилась я. – Ни пирога, ни свечей.

– Достаточно кешинского чая, – проворковала ведьма и направилась на кухню.

Через четверть часа мы пили чай и ели пирог, действительно невероятно вкусный. На столе мерцала свечка, за которой госпожа Стейша сходила к себе: нельзя же не украсить дом! Она окончательно подобрела и весьма благосклонно поглядывала на Кейва, а потом улучила минутку и прошептала мне на ухо:

– Теперь мне понятна ваша снисходительность к той певичке, и то, что вы так переживали из-за ребёнка. Ваш муж – настоящий красавец, не то что господин Арье.

– Наверное, – равнодушно согласилась я. – Мне всё равно, как он выглядит.

– Не скромничайте, – улыбнулась госпожа Стейша. – И ещё: вы знаете, что он ведьмак?

– Он Пряха, – поправила я. – Но это тоже государственный секрет. Вы же не станете болтать?

– Что вы! – ведьма часто закивала. – Понятно – государственная безопасность!

После ухода гостьи мы с Реном… Кейвом, Кейвом, Кейвом! Долго смотрели на маленькую мерцающую свечку.

– Будет тяжело, – признался Кейв.

– Очень, – подтвердила я. – Хотя Тибо подал замечательную идею. Ты потерял память.

– А тебя я при этом помню?

– Великая сила любви, – ехидно протянула я. – Её Величество будет в восторге. Она любит душещипательные истории.

– Ещё и королева… – простонал Кейв.

– Королева, – я начала загибать пальцы, – дядя в Грелоне, племянники, друзья, знакомые, подчинённые. Врагов, вероятно, немерено. С твоим характером и принципиальностью – треть столицы. Кстати, я до сих пор не знаю, где ты живёшь, зато ты говорил про довольно неплохое состояние. Это тебе не семь тысяч злотых господина Арье.

– Молчи лучше, – последовал гневный взгляд. – Кому-то вообще досталось миллионное наследство покойного Веррена!

Я хлопнула рукой по лбу. Точно! Первая мысль была – откажусь! Вторая, здравая – надо восстанавливать школу. Здесь, в Съере. Попросить помощи у ведьм и отдать деньги им. Пусть состояние, нажитое Пряхой, служит одарённым. А условием поставить бесплатное обучение детей из Шерры, если такие появятся.

– Кейв, а господин Арье оставил завещание?

– Не-а, – растерялся он. – Знаешь, я… он как-то не планировал умирать.

– Придётся написать. Эриен Арье должен завещать деньги юной певице… как фамилия Мариши?

– Рунк. Погоди, ты серьёзно?

– Серьёзнее некуда. Девушка