– Что ты предлагаешь? – спросил я.

Аниса отвела взгляд, словно обжегшись холодом в моем голосе.

– Как я уже говорила, я собираюсь разрушить нашу магическую связь. Не только нашу – связь всех дитто с драконами и фарффлами. Ритуал обратим, сам Кеол рассказал мне об этом перед смертью. Когда драконы получат свободу, Астраэль лишится практически всех сил. Сопротивление тоже, но… Но теперь это наша последняя надежда. Я должна попасть во дворец и найти там одну древнюю книгу. Если ты мне поможешь… – Она осеклась, а затем подошла ближе и мягко коснулась моего плеча. – Помоги мне, Винсент. Пусть все драконы и фарффлы наконец будут свободны.

Крепко задумавшись, я опустил голову – не хотел, чтобы Аниса могла угадать мои мысли. Они были далеко за пределами шатра. С Милинафом. С драконом, который верил в меня, когда больше никто не верил.

Если Аниса Корс сдержит слово и разорвет наши цепи, Милинаф будет свободен. Я буду свободен. И стану императором – настоящим, а не марионеткой дитто белого дракона. Принц Александр не сможет подчинить мою волю. Никто не сможет.

Я поднял голову и встретил взгляд Анисы.

– Хорошо. Я помогу тебе.

Она слабо улыбнулась и приобняла меня за плечи.

– Ради будущего Таррвании.

Я улыбнулся в ответ.

Ради будущего императора Таррвании – Винсента Фуркаго.

– Кхм-кхм…

Неожиданный звук чужого голоса заставил Анису отпрянуть, а меня обернуться, взявшись за меч. Тан стоял на входе в шатер, учтиво опустив взгляд. Неужели решил, что застал нас за… тем, чем обычно в книжках занимаются невеста и жених?

– Что-то случилось, лейтенант? – строго спросил я.

– Вы велели сообщать о любой подозрительной ночной активности, – тут же нашелся Тан. – И только что из лагеря отправился конвой. Мимо драконьих загонов, в направлении Сарркара. Пленник – высокий рыжий мужчина. Кричал в сторону императорского шатра, что это он убил принцессу.

Меня бросило в пот. Имена сорвались с губ сами собой.

– Дагадар… Эжен…

– Кто такой Эжен? – поинтересовалась Аниса.

Я кивком велел Тану уйти. Когда полог шатра опустился, перед моими глазами вновь возник образ жены. Затем – веснушчатое лицо стража Эжена, преданного слуги Таррвании.

То есть слуги императора.

– Долгая история, – ответил я.

История, полная совпадений и предательств.

Но предательство, приведшее к уничтожению кулона, и появление в лагере нового вожака ликариласов совпадением быть не могло. Я не злился на Эжена из-за Дагадар – даже если он в самом деле убил мою жену, виновен только тот, кто послал ее на смерть. А вот подставлять Анису…

Я вдруг остро ощутил гнев и тревогу Милинафа, который видел Эжена входившим в императорский шатер, и эти чувства смешались с моими собственными. Не бойся, друг. Мы со всем разберемся. И каждый получит то, что заслужил.

Глава 38. Рейн

Мы прятались в колодце, и вода дрожала, как будто плакала.

Записка из архива сиротского приюта

Арридтское море

946 год правления Астраэля Фуркаго

– Нет-нет! – воскликнула Эл. – Не вставай!

– Еще рано, – веско добавил Ро.

Я поочередно смотрел на них, молча умоляя если не помочь, то хотя бы не мешать. Голоса этих двух фарффлов вытащили меня из лихорадочного полусна, а теперь запрещали двигаться. Но как капитан корабля, как лидер сопротивления, как муж… я обязан был…

Дверь каюты распахнулась, едва не ушибив Эл, отжимавшую над медным тазом тряпку с моего лба. Ворвавшийся снаружи свет на мгновение меня ослепил.

– Поднимай свою задницу, твое высочество.

Голоса этой женщины я прежде не слышал, но безошибочно узнал. Низковатый, с рычащими нотками и презрением к формальностям.

– Асира де Мораладье, – хрипло поприветствовал я. – Добро пожаловать на борт.

Что-то длинное и тяжелое с металлическим звоном упало к моим ногам.

– Поднимайся, говорю. Дерись со мной. Или я вместо тебя возглавлю эту клятую армию.

Проморгавшись, я разглядел на полу свой меч. Вздохнул. Самая преданная сторонница Костераля, опытная волчица Асира справилась бы уж точно не хуже меня.

– Хорошо, – ответил я, игнорируя причитания Ро и Эл, словно шум прибоя. – Только скажи сперва: что ты здесь делаешь?

Она промолчала, и я наконец поднял взгляд. Тугая белая коса на плече, волевой подбородок и ярость, застывшая в янтарных глазах. Вероятно, Асиру перенесли сюда при помощи портала. Несомненно, ее мнение при этом не учли.

– Я здесь, чтобы проследить, что ты не испортишь нам все дело, – процедила она. – Вовремя явишься к побережью Аргтауна. Это мое последнее задание как солдата сопротивления, и я его выполню, клянусь Матерью двух лун!

– Нельзя! – вскричал Ро на пределе возможностей своих легких. – Он еще слишком слаб!

– В этом-то и проблема! – рявкнула Асира.

– Но она не решается избиением!

– А меч вашему принцу для красоты?!

– Хочешь пить? – прошептала Эл у самого моего уха.

Я благодарно кивнул и принял кружку из ее рук. Сделав глоток, поднялся, изо всех сил стараясь не застонать.

Ро и Асира прекратили перепалку. Волчица взглянула на меня с неким подобием уважения, а затем вынула из ножен меч и молча вышла на палубу.

Я шагал следом, держась за перила – не столько от слабости, сколько по привычке. Ветер хлестнул в лицо соленой влагой, и я вдруг понял: это вовсе не мой корабль. Не «Красавец». Тот ведь давно затонул.

Доски палубы – чуть шире, чуть темнее. Флагшток с обломанным навершием, которое на стоянке лазал чинить Бернард. Бушприт – не изогнутый, как у моего корабля, а прямой, с трещиной у основания. Это «Каракатица» – старая компаньонка «Красавца», та самая, что ходила с ним парой, когда груз оказывался слишком велик, а риск – чересчур высок. Контрабандисты звали их «близнецами с разным характером». Один – дерзкий, как я в роли Кроссмана. Другая – упрямая, как покойный капитан Вард. Его имя завершало длинный список потерь, которые мы понесли в морском сражении с императором.

– Приветствуем, капитан, – бросил кто-то с вантов. – Ждали, когда очухаешься.

Я кивнул. Мы с этими ребятами давным-давно знали друг друга. Я помнил, кто пьет ром с перцем, кто крадет лук у кока, кто поет фальшиво, но громко – чтобы заглушить страх перед штормом. Теперь они – моя команда. Не по выбору. По долгу службы. По праву выжившего.

Асира уже стояла у фальшборта. Она не смотрела на меня – смотрела в море, будто там, за горизонтом, уже горел дворец.

– Ты не спросил, как я здесь оказалась, – сказала она, не поворачивая головы.

– Спросил. Ты не ответила.

– Потому что