Вопрос, как и всё остальное, сказанное ей сегодня, был задан ужасно не вовремя. Ленька впился глазами мне в лицо, как минуту назад Мигуля, Серёга наклонил голову и приготовился слушать, Ольга упёрла руки в бока, а по моим щекам крупным горохом потекли слёзы – сказалось обрушившееся сегодня нервное напряжение.

Ситуацию разрулил, как обычно, Чернов. Безапелляционно заявив:

– Серёга, подвези девушку, – он вытолкал активно упирающуюся подругу за дверь. – Какое преступление? Отвечай! Быстро!

– Меня всё равно убьют, – невпопад заявила я, глядя поверх его плеча в стену напротив.

– Кто тебя убьет, юродивая? – ласково улыбнулся он, но отклика в моей душе не нашёл – картина происходящего после разговора с капитаном была для меня ясна.

– Ты просто ничего не знаешь, – проговорила я тем же бесцветным голосом.

– Так расскажи мне, – тихо попросил он, посмотрев мне в глаза.

– Рассказать, – повторила я задумчиво, помолчала немного и вскинула голову, – хорошо, расскажу. – Мигуля говорил сейчас, что у маньяка была женщина – жена гражданская, с которой он жил во время… пока его не посадили. И ещё стало известно, что в среду вечером его видели неподалёку от моего дома – задержал полицейский патруль, проверили документы. Сейчас маньяк пропал, его ищут. Женщина эта предположила, что он мог пойти ко мне.

– Ты думаешь, он пытается тебя убить?

– Кто? – не поняла я.

– Пропавший маньяк.

– Мигуля так думает, – ушла от ответа я.

– А ты?

– А я не знаю, Лёнь, – тяжко вздохнула я. – Я думаю, мои проблемы с твоими никак не связаны, – всё же решилась быть честной я, – кто бы ни пытался меня убить, к тебе он никакого отношения не имеет.

– И что за преступление ты совершила? – не отреагировал на мою откровенность он.

Я вдруг испугалась, хотя минуту назад намеревалась рассказать ему о трупе. Разговор с губернатором, вопреки моим надеждам, ничего не прояснил, напротив, ещё больше запутал. Интерес ко мне правоохранительных органов напугал, заставил снова задуматься… Что если тот, кто убил маньяка, не мстил педофилу… Что, если он защищал меня? И где, чёрт возьми, задержался отец в ту среду?!

– Что бы ты сделал, узнав, что твой близкий человек – убийца? – ни с того ни с сего сказала я.

– Что? – переспросил он, слегка изменившись в лице.

– Ты слышал, – не стала повторять я.

– Я, – он замолк на секунду, а затем продолжил, – я не Господь Бог. Не в моей компетенции судить кого-то. И тебе с этим шутить не советую.

– То есть, ты бы просто забыл? Сделал бы вид, что не знаешь? – не уловила я, пытаясь понять по его лицу что означает его ответ.

– Я бы помог, – улыбнулся он, и мне стало ясно – не лжёт.

Мысленно возблагодарив небеса за то, что сосед мне попался воспитанный в духе советского пионера, я улыбнулась:

– Спасибо тебе.

– Обращайся, – усмехнулся он и осторожно снял с моих плеч шаль, – в этом ты похожа на мою бабушку, – пояснил он, продолжая улыбаться. – Так гораздо лучше, – рука его легко скользнула по обнажённой спине, – не стоит скрывать такую красоту.

– Я и не скрывала, – подняла я глаза, поёжившись от его прикосновения, – я пользовалась ей на приёме у губернатора, да вот только успеха особого не добилась.

– Кстати, на счёт губернатора, – посуровел он, – если ты ещё раз позволишь себе что-то подобное, я лично оторву тебе голову.

Я помолчала, осознавая его слова, затем всё же спросила:

– Позволю себе влезть в твои дела?

– Позволишь себе уединиться с мужчиной, – заявил он, и снабдил свои слова такой улыбкой, что я так и осталась в недоумении – то ли он неудачно пошутил, то ли сошёл с ума и решил, что может диктовать условия. – Вот что, малышка, – подытожил Лёнька, не реагируя на моё замешательство, – поехали-ка поужинаем. И тебе, и мне надо немного отвлечься. В нашем распоряжении лучший ресторан города, – заметил он без всякого стеснения.

Глава 19

«Лучшим рестораном города», была, по мнению Чернова, конечно, «Медведица», я с ним не спорила, так как была в данной теме не сильна, но судя по аншлагу в зале, граждане, в принципе, с этим утверждением соглашались, раз безропотно выкладывали немалые деньги за блюда в меню. Официанты только успевали поворачиваться, соловьем заливалась сладкоголосая Зарина, метрдотель зорким взглядом окидывал зал – вечер был в самом разгаре

– Зайдём ко мне, – шепнул Лёнька, наклонился над стойкой, быстро переговорил о чём-то с барменом и потянул меня за собой, приобняв за талию.

Я кивнула, чувствуя, как обнажённую спину калёным железом жжёт чёрный Заринин взгляд. «Ко мне» означало в кабинет.

Он прошёлся, неторопливо развязал галстук, отточенным движением бросил его на стол, скинул пиджак. Я беззвучно наблюдала за ним, улучив момент – редко удавалось увидеть его таким настоящим – без иронии, без напускного веселья, без равнодушия.

Почувствовав это, он развернулся, посмотрел очень серьёзно и вдруг сделал пару шагов, приблизившись почти вплотную. Он не касался меня, но между нами оставались какие-то миллиметры зазора.

Тело напряжено, взгляд исподлобья, руки в карманах… Его позу можно было бы считать угрожающей… Мне бы испугаться – но нет, в этом сногсшибательно-провокационном платье я непостижимым образом чувствовала себя спокойно. Я была властительницей, королевой, и Чернов, не смотря на всю свою немалую силу, мне подчинялся.

Я улыбнулась уголком рта, глядя ему прямо в глаза – он не отвёл взгляда и не пошевелился – стоял истуканом, я тоже замерла: впереди возбуждённый мужчина, сзади стена, а я понимаю – бояться нечего. Стоит мне только намекнуть – он отступит, стоит поощрить его, и мы станем любовниками. Грань была настолько явной, чувствовалась так остро, ощущать её всей кожей становилось столь умопомрачительно, что он хрипло предупредил, не отводя глаз от моих напрягшихся под тонкой тканью сосков:

– Похоже, я слегка переоценил свои возможности. – Это было правдой. Сдерживаться ему становилось всё труднее.

Надо было решаться. Я выдохнула и шагнула вперед.

В ту же секунду распахнулась дверь. В проходе, блестя глазами, стояла Зарина. Грудь её ходуном ходила от возмущения. Сообразив, что стою в обнимку с мужчиной перед его любовницей, я дёрнулась, чтобы отстраниться. Не тут-то было. Лёнька удивлённо посмотрел на меня и удержал.

– Что случилось, Зарина? – спросил он с неудовольствием, не двигаясь с места.

На месте девушки уже за один этот тон я вцепилась бы ему в физиономию, но её, похоже, волновали проблемы посерьёзнее:

– Там, там… – запиналась она, силясь что-то сказать.

Горячая рука его пробежалась вдоль ожерелья по