— Не, ко мне приходили. И вроде все круто было — или дома, или в кафе, куча народу, торты, подарки. Вот только мать обязательно фотки вываливала в сеть. Ах, ах, мой сыночка стал еще на годик старше. Не спрашивала, хочу я или нет. Отец с ней ругался из-за этого, я тоже просил не выкладывать.

— Дай угадаю. — Я беру его за руку. — Ей нужно было развивать свой блог, а такое мимими повышает рейтинг. Да?

— Да, именно так и говорила.

— Знаешь, я раньше завидовала Кульке, — говорю, немного помолчав. — Казалось, что у нее дома тепло. Что они там все друг друга любят. Может, еще и поэтому за нее цеплялась. Ну хоть крошечку вот этой теплоты урвать. У нас-то дома была… Антарктида с белыми медведями. А сейчас понимаю, что и у них было совсем не имбово. Куча народу, но все сами по себе.

— Вот-вот, — с горечью усмехается Ринат. — Каждый сам по себе. И у нас так было. Наверно, многие так живут. Отец сейчас совсем другой стал. Очень надеюсь, что у них с твоей мамой все получится хорошо.

— У них… — повторяю тихо. И спрашиваю осторожно: — А у нас? Все говорят, из первой любви редко получается что-то годное. Но у них же получилось. Хотя и не скоро.

— У нас? — Он крепко сжимает мою руку. — Очень хочется верить, что и у нас тоже. Но давай договоримся. Помнишь, мы решили, что их отношения никак не повлияют на наши?

— Да, конечно. И что?

— Даже если вдруг у нас ничего не выйдет… ну мало ли. Если они поженятся, мы ведь будем сводными братом и сестрой.

— Ты хочешь сказать, если у нас не получится, мы все равно будем дружить — как родственники?

— Да. Хотелось бы.

— Хорошо, — киваю, но про себя думаю, что лучше бы этот вариант не пригодился.

То есть чтобы мы не только дружили. Это ведь от нас зависит. И сейчас, когда все так хорошо, даже думать не хочется о том, что может быть иначе.

Мы немного опаздываем, у Ники уже веселье в разгаре. Собрался почти весь класс, кроме Кульки, Петрицкой и еще пары их подружаек. Ринат прекрасно в нашу компанию вписывается. Ловлю завистливые взгляды девчонок, и мне приятно. А еще я думаю, что на свою следующую днюху обязательно приглашу всех. Пусть хоть один школьный день рождения, но все-таки у меня будет.

Глава 64

Глава 64

Дарья

— Ну вот, теперь я нищий. — Тим вывернул карман, и из него высыпались какие-то крошки, как будто таскал там кусок хлеба на черный день. — Еще не поздно передумать. Найдешь богатенького буратинку.

— И не подумаю. — Я запихнула карман обратно, попутно погладив по бедру. — На дошик заработаем, зато в центре. А Даньке не придется снимать хату. И если детки надумают со временем пожениться, им будет где жить.

— Чего хорошего жить в центре? — Он поймал мою руку, сдвинул в опасном направлении и плотно прижал. — Грязно, шумно, магазинов рядом нет нормальных, зато толпы туристов.

— А чего ты тогда за эту квартиру полгода сражался, как берсерк? А теперь отвалил за нее хреналион денег и карманами трясешь пустыми.

— А из принципа. Заходи. — Тим открыл дверь и подтолкнул меня в прихожую. — Раздевайся. Не бойся, Рума все свое барахло вывезла, а я еще проверил, чтобы ничего не осталось. И клининг загнал.

По правде, мне было не по себе. Румия хоть и съехала, но свой энергетический отпечаток оставила. Как будто сама незримо все еще оставалась здесь и смотрела на нас из параллельного пространства. И если бы только энергетический. Такое чувство, что Тим махнул рукой: делай тут что хочешь. Она и сделала — по своему вкусу.

Впрочем, я все равно пока не собиралась сюда переезжать, как мы и договорились. Дети окончат школу, поступят — или не поступят, неважно. Только после этого поженимся. То есть еще через полгода. А пока Тим с Ринатом переберутся обратно домой.

Все это время они жили в тесной, здорово убитой двушке на Кирочной, а однушка на Петроградке так и осталась нашим «гнездом разврата». От двушки Тим уже отказался, а в однушку в перспективе должен был перебраться Ринат. Такая вот рокировка. Все при жилье, все довольны.

— Как тебе вообще удалось? — спросила я, оглядывая свое будущее обиталище и прикидывая, что не мешало бы изменить. Гламурный дух Румии вопил из каждой щели, и мне это не нравилось.

Вот же сучка, такую квартиру испоганить!

— Во-первых, учли, что мой финансовый вклад был намного больше. А во-вторых, что ребенок остался со мной. Я как раз боялся, что с Ринатом будет сложно, но нет. Сыграло его желание и то, что ему всего несколько месяцев до совершеннолетия. Ну как тебе?

— Честно? — вздохнула я. — Просто пиз… капец. Тим, я понимаю, что с деньгами труба, но… я не хочу жить в одной квартире с Румией. Если понимаешь, что я имею в виду.

— ЕВПОЧЯ… — Он состроил гримасу и пояснил: — Если вы понимаете, о чем я. Фидошка. Или жежешка (Сленг ФИДО (FidoNet, международная любительская некоммерческая компьютерная сеть) или «Живого журнала» (международная блог-платформа) ). То, что появилось задолго до мемасиков. У меня в службе в основном молодые ребята, для них это такая же допотопщина, как СССР. Чувствуешь себя динозавром. Приходится мониторить их сленг, чтобы въезжать, о чем они разговаривают. Да, так вот… Даш, не парься. Я понимаю. Если бы пришлось жить у тебя, мне бы тоже хотелось Мысникова выкорчевать.

— Ну Мысникова там уже почти четыре года нет, а тут все-таки свеженькое.

— Угу, тут румский дух, тут Румой пахнет, да простит меня Александр Сергеевич. Заработаем, ремонт сделаем — как скажешь. Я тебя привел, чтобы показать.

— Ну вообще, здорово, конечно, — оценила я. — Понимаю, почему бился. Это такой… настоящий Питер. Не наши выселки. Привести в человечий вид — будет вообще роскошно.

— Я уже не могу представить, как можно в новостройках жить. — Тим потянул меня за рукав на кухню, слащавую, в карамельно-кремовых тонах. — Это же другой город.

—