Яркий росчерк молнии, озаривший уже черное море. Тяжелые волны, покрытые рябью дождя. Крохотный кораблик, заблудившийся вдали от дома.

Волны поднимались над ним, пытаясь накрыть, но он уворачивался в последний момент и продолжал плыть. Упрямый маленький кораблик.

Из воды поднялась туша огромного монстра. Треугольная голова, острый плавник, длинное тело и разъяренный рев, прокатившийся над водой.

Ему ответил такой же. Над кораблем прямо из воздуха медленно проступил контур василиска, всеми четырьмя лапами вцепившегося в борта судна. Он закрывал палубу собой, низко наклонив голову и рыча. Вода билась о тело, словно о камень и отступала, не в состоянии скинуть.

Василиск запрокинул голову, распахнул пасть и взревел так, что небеса содрогнулись, а молнии отступили.

Обитатель моря ответил, поднялся над поверхностью и нырнул, высоко подняв хвост и ударив по воде.

Ящер лишь прикрыл глаза, защищаясь, а волна прошла стороной.

Маленький кораблик продолжал плыть, и никто не знал, сколько ему осталось…

Глава 26

О наблюдениях…

Герр Меллер вытянулся перед столом, всем видом демонстрируя почтение и трепет, однако смотрел вовсе не как на императрицу. Нет, Валенсия умела видеть в мужских глазах интерес, и секретарь свекрови рассматривал ее как обычную, живую женщину, достаточно привлекательную, чтобы попытаться перейти черту. И даже ее деликатное положение не смущало. Впрочем, герра Меллера и возраст Маргариты не смущал. И прошлой работодательницы тоже.

Бывают же столь… нещепетильные люди.

— Полагаю, мой секретарь поделился с вами информацией?

— Да, Ваше Величество. Герр Хоффман оказался крайне полезен. Вам не о чем беспокоиться.

Беспокоиться она и не собиралась. А вот маслено улыбающегося ловеласа стоило поставить на место, но не сразу.

— Присаживайтесь, — Валенсия кивнула на кресло для посетителей. — Я хотела бы обсудить с вами один щекотливый вопрос.

— Я весь внимание и готов служить Вашему Величеству, — герр Меллер заулыбался шире и обаятельнее. Неужели решил, что она может предложить что-то неприличное?

— Не сомневаюсь. Ваши таланты мне хорошо известны.

— Прошу прощения? — улыбка стала чуть растерянной, а вот удивление выглядело наигранным.

— Я знаю, какую роль вы играли при покойной графине фон Вианден.

— Она стала моей покровительницей, взяла на работу без опыта, представила своему кругу друзей. Я бесконечно благодарен ей за заботу и буду скорбеть о ее безвременной кончине до конца своих дней.

Уверенная речь с нужной долей сожаления и благодарности. Так и тянет поверить, но взгляд. Взгляд скользнул к декольте, весьма аккуратному и приличному, но показалось будто собеседник заглянул прямо сквозь ткань. И его взгляд оставил грязные следы.

— Уверена, что так. Ее смерть наверняка доставила вам массу неудобств. Но удача оказалась на вашей стороне. Вы довольны новым местом?

— Безусловно. Ее Величество необычайно добра, к тому же ее идеи и стремления весьма необычны, а я всегда готов попробовать что-то… новое.

Заканчивая фразу он окинул ее еще более откровенным взглядом.

Валенсия закатила глаза и поняла, что терпение лопнуло.

— Полагаю, вы уверены, что раз ваши чары действуют на дам постарше, вы неотразимы и можете таким образом соблазнить любую.

Улыбка застыла на лице секретаря, превратившись в приклеенную маску.

— Ваше Величество…

— Я не закончила, — она подняла ладонь, прерывая поток слов. — Как я уже говорила, мне прекрасно известно, какую роль вы играли при графине. И полагаю, рассчитываете на нечто подобное уже с вдовствующей императрицей.

— Я бы никогда…

— Дайте мне закончить, — повышать голос не пришлось, лишь изменить тон на более жесткий, что подействовало. — Я вполне понимаю, к чему все идет. И чего вы добиваетесь. Полагаю, Ее Величество не торопится облегчать вам задачу, но вы умеете ждать. Вы амбициозны и желаете сытой и спокойной жизни под надежным крылом. А что может быть надежнее вдовствующей императрицы, живущей отдельным домом? Как вы думаете, что скажет император, когда узнает о вашей репутации и планах?

В кабинете воцарилась тишина, которую нарушало лишь тиканье часов на каминной полке. Валенсия изучала побледневшее лицо мужчины, с которого сползла улыбка. На лбу выступила испарина, кожа побледнела, а губы кривились и дрожали, словно пытались выдавить слова, которые смягчили бы приговор, но не могли подобрать.

Посчитав паузу достаточной, она продолжила:

— В любом другом случае я приказала бы избавиться от вас. Такой человек, как вы, может лишь создать проблемы и бросить тень на репутацию императорской семьи. Однако… Моя свекровь долгое время жила для других, исполняя долг и не зная ничего, кроме долга. Полагаю за свою жизнь она заслужила немного личного счастья.

— Ваше Величество, — голос мужчины прозвучал сипло, а на лице вновь проступил румянец, — вы можете не сомневаться, я сделаю все…

— Сделаете, — императрица не стала слушать заверения. — Именно все. И даже больше. Вы не станете рассказывать Ее Величеству о нашей встрече и разговоре. Вы будете и дальше помогать ей, исполнять любые ее желания. А еще вы станете следить за ее окружением. Слушать разговоры, собирать сплетни. Так, что если какая-то из горничных заведет себе ухажера, вы будете знать. Безопасность Ее Величества станет для вас самым высоким приоритетом. Вы будете беречь ее. И улыбаться.

— Что? — не понял герр Меллер.

— Улыбаться. Пока вы будете приносить моей свекрови радость, вы будете оставаться рядом с ней. И будете счастливы. Меня не интересуют ваши личные переживания, желания или прочие мелочи. Вы не будете уволены до тех пор, пока не надоедите вдовствующей императрице. И не дай вам элементали ее разочаровать…

Валенсия улыбнулась, позволив угрозе повиснуть в воздухе и заполнить комнату. Порой воображение куда убедительнее конкретных слов.

— Я… Я все понял, Ваше Величество.

Стоит отдать должное, секретарь свекрови отчаянно пытался улыбнуться. Получалось криво, но он старался. Не трус, что уже неплохо. Возможно, из него еще выйдет что-то приличное.

— На днях к вам обратится герр Шенбек, он передаст вам подробные инструкции касательно вашего положения. Вы подпишите дополнительный договор и продолжите работать дальше.

— Благодарю, Ваше Величество.

Герр Меллер поднялся и откланялся. Смотрел он теперь иначе. С уважением. И без всякого намека на оценку.

А стоило ему исчезнуть за дверями, часть стены за спиной отъехала в сторону. По шее пробежал легкий сквозняк.

— Мерзкий тип, — герр Шенбек закрыл проход и направился в обход стола. — Вы уверены, что стоит его оставить?

— Он нравится Маргарите. Она видит в нем опору и, возможно, что-то большее. А он открывает ей новые возможности, помогает увидеть мир иначе. Может быть, мое положение делает меня излишне сентиментальной, и позже я пожалею о своем решении, но сейчас… Пусть остается. И пусть она будет счастлива.

Юстас кивнул, принимая