Именно в этот момент Ноа, который то и дело поглядывал на Райдера с тех пор, как мы сели за стол, повернулся к Аннабель и сказал: — Симпатичный малыш.

Аннабель сияла от удовольствия. — Спасибо.

— Не за что, — он продолжал смотреть на ребенка еще минуту, прежде чем повернуться к Джордану и спросить: — Он твой?

Этот комментарий чуть не заставил меня подавиться глотком вина, который я как раз собиралась проглотить.

— Нет, — резко ответил Джордан. — Он не мой.

Не обращая внимания на резкий тон Джордана, Ноа еще раз внимательно посмотрел на ребенка, прежде чем вернуть внимание к моему мужу. — Ты уверен, что он не твой? Малыш чертовски похож на тебя.

— Абсолютно уверен, — холодно парировал Джордан.

— Па-па! — закричал Райдер, заставив Ноа поднять бровь, а Хантера хихикнуть.

В этот момент подошел официант, чтобы принять наш заказ, и я была уверена, что никогда в жизни не была так рада видеть человека с блокнотом и ручкой.

Неловко…

К счастью, все за столом пропустили закуски и заказали только основные блюда. Я была рада. Для меня эта ночь не могла закончиться быстрее.

Во время ужина я сходила к барной стойке не меньше семи раз, и каждый раз возвращалась все более шаткой походкой. Мне было плевать на неодобрительные взгляды Джордана, которые он бросал на меня каждый раз, когда я возвращалась с чрезмерно полным бокалом вина. Мне нужна была «голландская храбрость», чтобы пережить этот чертов ужин.

Я ела молча, чувствуя себя слишком измотанной, чтобы поддерживать натянутую беседу. Я не была грубой, отвечала на редкие вопросы, которые мне задавали. Было безопаснее держать голову опущенной и сосредоточиться на своем стейке.

ГЛАВА 37

Лаки

Я попал прямо на, пожалуй, самую неловкую чертову вечеринку в истории человечества. Рядом со мной была женщина, в которую я был влюблен, ее муж, его поддельная невеста, ребенок, который чертовски похож на него, мой бывший сокамерник и его беременная жена. Кто-то должен был срочно позвонить доктору Филу, потому что у меня было ощущение, что он нам понадобится.

Честно говоря, когда я вернулся после перекура и увидел их всех за столом, я даже на секунду задумался, не камера ли это, и не розыгрыш ли всё это.

А блондинка, которую посадили рядом со мной, сводила меня с ума своими взглядами. Я начал думать, что у нее, возможно, проблемы с глазами, потому что иначе она бы не осмелилась смотреть на меня так, как будто это было нормально.

У меня нет проблем с матерями-одиночками, и я мог оценить, насколько она сексуальна, но я не был заинтересован.

Ни в ком.

К сожалению для меня, мой член и мое сердце, казалось, были связаны одной веревкой, и единственная, в кого я хотел его вложить, была женщина, сидящая напротив меня с кольцом на безымянном пальце.

Чертова жизнь.

Зачем я вообще согласился прийти? Это полный бред. Стоять и смотреть, как она себя унижает. Я хотел подойти и забрать ее у мужа, который вернулся на минуту раньше, чем нужно.

Хоуп выглядела несчастной за ужином, сидя между Тиган и Джорданом. Он с ней не разговаривал.

На самом деле, он вообще не смотрел в ее сторону все это чертово время. Он не мог сделать более очевидным, что не хотел быть здесь, с нами, а она выглядела униженной.

Я хотел протянуть руку через стол и взять ее за руку. Сказать ей, что это не ее вина, и ей нечего стыдиться. Я хотел сказать ему, чтобы он вытащил голову из задницы и побыстрее.

Он сосредоточил свое внимание на блондинке и ребенке, и вздрагивал каждый раз, когда Хоуп касалась его руки или прижималась к нему.

Я бы с радостью поменялся с ним местами.

Она продолжала пытаться привлечь его внимание, а он продолжал ее игнорировать.

Для Хоуп не имело значения, что у нее было все мое внимание без каких-либо усилий.

Я был поглощен этой женщиной. Каждой ее улыбкой, каждым взглядом. Я не мог оторвать от нее глаз.

Я ловил каждое ее слово, даже когда она говорила о вещах, в которых я ничего не понимал. Звук ее голоса был как теплое одеяло вокруг меня.

Черт возьми, мне потребовались все силы, чтобы оставаться на месте и не перегнуться через стол, чтобы вправить ему мозги. Я хотел сказать ей, чтобы она перестала умолять. Он не старался, так зачем ей?

Потому что она любит его, — прошипел голос в моей голове.

Не в силах больше смотреть, как ее игнорируют и недооценивают, я наклонился вперед и коснулся ее руки, чтобы привлечь ее внимание.

— Как продвигается книга?

— Она потрясающая, Лаки, — ответила она, слегка заплетающимся языком. Я не был удивлен. Она провела больше времени за барной стойкой, топя свои печали, чем за столом. И, как обычно, он этого даже не заметил. — Я почти закончила.

Я не был уверен, беспокоит ли меня то, что она называет меня Хантером только когда мы наедине или с друзьями, или мне нравится, что это что-то личное между нами.

В любом случае, сегодня вечером я снова был Лаки.

— Я знал, что у тебя получится, ХК, — ответил я, чувствуя, как гордость наполняет мое тело.

— Да? — Она засмеялась и наклонилась вперед, уронив лицо в ладонь. — Мне кажется, я должна отдать тебе процентов пятьдесят от... от... — Она нахмурилась и покрутила пальцем в воздухе, и в этот момент она напомнила мне голубоглазую версию Покахонтас с ее выпрямленными каштановыми кудрями.

— Состояния? — предложил я, улыбаясь тому, насколько чертовски милой она была, когда была пьяна.

— Да! — Она кивнула и засмеялась. — Вот это слово.

— Мне не нужны твои деньги, ХК, — парировал я, улыбаясь.

— Да? — Она хихикнула. — Тогда как еще я должна отблагодарить тебя за помощь?

Я поднял бровь. — Отблагодарить?

— Да. — Она кивнула, глаза широко раскрыты. — Оплатить тебе.

— Так ты женат? — голос прервал нас, заставив Хоуп опустить взгляд на тарелку.

— Нет. — Я повернулся к блондинке, чье имя я даже не запомнил, и подавил раздражение, которое чувствовал. — Я не женат.

— Правда?

— Правда, — сухо ответил я.

— Девушка есть?

— Нет.

— Сколько тебе лет?

— Тридцать.

— Вау, — ответила она,