был больше похож на Дрю Ривза, чем думал.

Мне стоило остаться.

Мне стоило, блять, расправить плечи и найти способ справиться с ним, потому что рано или поздно меня бы к этому принудили. Как сейчас.

Мне нужно найти тело раньше Хьюго. Без него я не смогу защитить Мэдока. И мне нужно сделать так, чтобы Грин–стрит не добралась до тех, кого я люблю.

На закате дом, в котором прошло мое детство, стоит темным на углу улицы. Я замедляю шаг, вдыхая знакомые запахи района и глядя на окно старой маминой спальни наверху. Было бы здорово продать этот дом с улыбкой на лице, но мне все равно кажется, что дверь не закрыта. Как будто там все еще живет часть меня.

Куинн хорошо позаботится об этом месте.

Я собираюсь проехать мимо, но мотоцикл Фэрроу Келли стоит у обочины, и я жму на тормоз.

Смотрю на входную дверь, вижу, что она приоткрыта. Оглядываюсь в поисках ее велосипеда, но не вижу. Заезжаю на подъездную дорожку и паркую машину. Он что, теперь постоянно ее подвозит?

Входя в дом, я стараюсь не врываться, будто имею право указывать, с кем ей ездить, но я чертовски жалею, что оставил кровать наверху. Даже если мысли о ней и о том, что она делала с собой прошлой ночью, преследовали меня с тех пор.

Я поднимаюсь по лестнице, толкаю дверь в старую комнату моей матери, затем в мою.

Фэрроу Келли стоит у окна, глядя на задний двор, и оборачивается ко мне через плечо.

Я оглядываюсь в поисках Куинн.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я его, распахивая дверцы шкафа.

Но ее здесь нет.

Фэрроу поворачивается, лениво направляясь к краю кровати.

– Я мог бы спросить тебя о том же, босс. Владелец разрешил тебе здесь быть?

– Я владелец.

– Грейс Морроу – владелец. – Он усмехается, затем уточняет. – Была владельцем.

Я делаю шаг к нему.

– Где Куинн?

Он тихо смеется, затем встречается со мной глазами, улыбаясь, как самодовольный мелкий засранец.

Схватив его за воротник точно так же, как я недавно схватил его босса, я поднимаю его так, что мы оказываемся нос к носу, и отталкиваю.

– Какого хрена ты здесь делаешь? – рычу я.

Он не перестает улыбаться.

– Пытаюсь решить, где поставить свою кровать. – Он ударяет коленом о мою кровать, заставляя ее снова и снова биться о стену. – Может, матрас на полу будет более тихим местом для траха.

В голове всплывает образ Куинн.

– Где она?

– Куинн? – уточняет он. – На работе, может? Или в ее новом доме?

В ее новом доме?

Глядя мне в глаза, он закрывает их, снова смеясь.

– Ты думал, она купила твой дом.

Она не купила? Я прокручиваю в голове разговор с ней вчера. Она не отрицала, что купила дом. Если не этот, то…

– Я купил, – наконец говорит он. – Я купил твой дом.

Я сокращаю расстояние между нами.

– Что?

– Вернее, мой отец купил его для меня.

– Какого черта ты несешь? – Я уже кричу. – Ты живешь в Уэстоне.

– Да. – Он засовывает руки в карманы. – Но я хочу иметь место и здесь.

– Зачем?

Он замолкает, не желая объяснять, что у него на уме. Я не хочу, чтобы он здесь жил. Я бы никогда не продал ему дом. Его имя будет на бумагах, но дом принадлежит моей матери. Она видела бумаги, а не я.

– Ты думал, притащить свое дерьмо с Грин–стрит в Шелбурн–Фоллз – хорошая идея? – наступаю я.

Он просто пожимает плечами.

– Ты же притащил.

Ага, очень смешно.

– Где Куинн? – спрашиваю я.

Он снова просто ухмыляется.

– Я как раз хотел тебе об этом рассказать. – В его глазах мелькает озорство. – Ты либо отреагируешь плохо. Либо отреагируешь так, что приблизишь ее к себе. Я имею в виду, ты ведь этого хочешь? – дразнит он. – Чтобы она была рядом с тобой? Прямо как один из ее братьев?

Я чувствую Куинн на кровати рядом с нами, стонущую и покачивающуюся, пока она доводит себя до оргазма. Я наблюдал за ней. Я не остановил ее, и если бы ее братья знали, они бы убили меня.

– Я помню тебя, – говорю я ему. Он был одним из детей, которые иногда околачивались поблизости. – Тебе было сколько, одиннадцать? Двенадцать? Кто твой отец?

Большинство тех детей были из неблагополучных семей. Кто его отец, который позволяет ему водиться с наркоторговцами и сутенерами, но может позволить себе купить ему дом за наличные?

Он понижает голос, достаточно громко, чтобы я услышал.

– Я тоже тебя помню. Ты установил датчики движения и камеры в районе складов. Так мы отслеживаем передвижения и создаем буферную зону на Грин–стрит. – Его улыбка становится шире. – Гениально. Что случилось с тем парнем?

Пошел ты.

Но, несмотря на раздражение, во мне просыпается гордость. Эти датчики были хорошей идеей. Благодаря им можно видеть за много миль, кто и куда движется в темноте.

Я сглатываю ком в горле.

– Что тебе здесь нужно?

Я уехал, чтобы Мэдок, Фэллон, Куинн… были в безопасности. Будучи так близко теперь – с его связями с Грин–стрит – он собирается это разрушить? Даже если я уеду?

Но, к моему удивлению, он просто говорит:

– Мне нужна твоя помощь.

Моя помощь?

– И тебе нужна моя, – добавляет он. – Если хочешь вернуть ее доверие.

Глава 14. Куинн

Я жую ластик от карандаша. Измельченная ежевика…

Лежа на животе в поле у одной из трасс Фоллзтауна, я записываю ингредиент в блокнот и добавляю шоколадный соус.

Но затем вычеркиваю его и пишу вместо него шоколадную крошку. Молочную шоколадную крошку. Соус только перебьет коричневый сахар и масло, а мне нужны вкрапления сладости.

– О, он такой забавный, – воркует Мэйс.

Вкрапления. Сладости. – записываю я в блокнот. Мне нравится, как это звучит.

Дилан, Аро и их друзья сидят вокруг меня с Bluetooth–колонкой и сумками–холодильниками, Коди обнимает колени, а Мэйс откинулась на руки с парой других девушек, чьих имен я не помню.

– Кто он? – спрашивает Мэйс.

Что еще, что еще… Один лишний яичный желток, точно.

– Куинн?

Кукурузный крахмал, сахар, соль, ваниль, разрыхлитель…

– Куинн,