готов продолжать! — из кабинета, поправляя расхристанную одежду, вышел… Аметист Вольдемарович.

Увидев ошарашенную меня и смеющегося демона, галантно расшаркался:

— Мариночка Александровна. Претемнейший. Рад приветствовать! Прошу прощения, мы с Нэтали немного пошалили в кабинете… Но я уже всё прибрал, словно нас там и не было!

Арайская, с открытым ртом наблюдавшая эти реверансы, вдруг взвыла. Развернулась и, хлопая в воздухе корсетом, понеслась по коридору.

— Простите, вынужден вас покинуть! Моя дама расстроена, — Аметиус снова поклонился и помчался вслед за Арайской. Миг — и наступила оглушительная тишина.

Я стояла, открывала и закрывала рот и пыталась понять, что это было? И вообще! Даниланис, гад, притворился, что это он в кабинете!

— Что. Это. Сейчас. Было⁈ — произнесла я, поворачиваясь к ржущему демону и делая «руки-в-боки». Нет, так-то я не против, что стерва Арайская получила за то, что к моему демону клеилась и мне пакости делала. Но тем не менее!

Даже не подумав ответить, Даниланис снова схватил меня в объятия. Открыл портал, и не успела я моргнуть, как уже лежала на кровати в его спальне. Сверху меня прижимало тяжёлое, такое родное, жаркое и нетерпеливое тело моего демона. Губы тонули в поцелуях. Руки мелко дрожали от нетерпения, пока он снимал с меня дурацкую, ужасно мешающую одежду.

Забыв про всё на свете, я растворялась в немыслимом, невозможном счастье быть с ним. Дышать им. Смотреть в его шальные от радости глаза. Трогать, целовать. Даже кусать и таять от того, как он глухо рычит в ответ на мои зверства. Задыхаться, мучительно стонать и в сотый, тысячный раз умирать от невыносимого удовольствия, разбивающего тело на миллионы хрустальных частиц…

Много позже, когда у нас не осталось сил даже шевельнуться, и мы просто лежали, приткнувшись друг к другу, я пожаловалась:

— Чуть не умерла от ревности там, в приёмной. Что это было?

— Объяснение в любви, — хмыкнул Станислас и подгрёб меня себе под бок, нашёл где-то силы. — Аметиус давно неровно дышит к Нэтали.

— А она неровно дышит к тебе! — возмутилась я и стукнула демонюгу кулачком в плечо. — Гад ты!

— А я при чём здесь⁈ Она пришла в мой кабинет, когда меня там не было, зато был бес — занимался бумагами. Аметиус не растерялся, принял моё обличье и… не смог устоять перед жарким натиском красавицы.

Станислас засмеялся:

— Может быть, Арайская и не поняла бы ничего, но в самый… эм-м… пиковый момент Аметиус не смог удержать чужую личину и вернул собственный облик. Ну а дальше ты всё сама видела.

Помолчал и хмыкнул:

— Может, теперь Нэтали начнёт смотреть на него более благосклонно. После такого… взаимно прекрасного финала.

— Я уже собиралась ворваться в кабинет и поддеть её тушу своими рогами. Но потом передумала, — призналась я смущённо.

Демон несколько секунд изумлённо молчал, а потом захохотал.

— Ты такая темпераментная, моя девочка.

Потерся о мои волосы носом и неуверенно спросил:

— Ты надолго ко мне?

— Уже гонишь? Даже чаю не предложишь? — фыркнула я. Послушала его напряжённое молчание и поинтересовалась: — Даниланис, тебе никакая помощь не требуется? Ну там… спинку в ванной потереть… Или галстук помочь завязать красивым узлом. Вдруг ты с чем-то не справляешься, а я могу спасти тебя от этого мучения?

— Марина… ты что? — голос демона дрогнул. — Ты понимаешь, что предлагаешь сделать?

Я досадливо закатила глаза:

— Хочу завершить ритуал, демон. Неужели непонятно⁈ Откликнуться на твою просьбу о помощи в трудную минуту. Окончательно подтвердить нашу парность! Но если ты против, то и не надо. Живи с истинностью на три четверти! — обиделась я. Вернее, не я, а мои гормоны.

— Не сердись, моя сладкая. Лучше расскажи, как ты здесь очутилась? — Станислас притянул меня к себе. Завернул в объятия и приготовился слушать. Я посопела сердито, но быстро сдалась и начала рассказ…

Намного позже, когда уже светало, я завершила рассказ о себе и своём происхождении. О Валере, оказавшемся моим дедом. О своих родителях.

— Подожди, Марина. А Лиза, твоя племянница? Они же с сестрой — твоя родня. Тогда с какой стороны они тебе родственницы?

— Ни с какой. Валера сказал, что он просто выбрал семью, которая ему понравилась. Подчистил всем память, и с определённого момента все её члены стали считать моих родителей своими родственниками. Как сказал Валера: «С таким характером, как у твоей матери, ты бы и без подруг на всё детство осталась. А так, хоть родня будет». Он и родителям моим память того… подкрутил, чтобы семью Лизы и Васьки считали родной. Спасибо ему за это!

— Урод! — прокомментировал Станислас. Ругнулся совсем по-земному и с досадой процедил: — Шляется по мирам, творит что хочет…

— Может, не просто так он всё делает? Вдруг есть в этом какой-то смысл, нам неведомый? — что-то я совсем философом стала.

Демонюга фыркнул недовольно и вдруг завозился, зашипел, потянул руку куда-то себе за спину.

— Что⁈ Что такое? — заволновалась я.

— Марикеша, скорее! Помогай! — вскричал демон отчаянным голосом.

Перепуганная донельзя, я кинулась смотреть, что там произошло.

— Почеши под лопаткой! — мучительно простонал этот гад. А я, забыв включить голову, кинулась чесать!

Только прикоснулась к его коже — меня ка-ак тряхануло! Дёрнуло, будто я палец в розетку вставила. И тут до меня дошло!

Ах, ты, гад такой! Обвёл вокруг пальца бедную доверчивую девушку. Провёл-таки завершающий ритуал! Я теперь что, без него никуда⁈

Никуда, и слава богу! Потому что, когда я слушала рассказ деда про истинность, то поняла одну великую вещь, которая никак не доходила до меня раньше.

Поняла, что люблю своего демонюгу больше жизни. Хочу быть с ним. Есть, пить, спать с ним вместе. Ссориться, а потом сладко мириться. Просыпаться по утрам и засыпать по вечерам в одной постели. В обнимку или повернувшись друг к другу спинами. Не важно, на самом деле, как. Главное — вместе.

Ну а истинность… Что же, она будет приятным дополнением к нашей любви — ведь я не обязана повторять судьбу своих родителей. У них так сложилось, у меня будет по-другому.

Ещё дети! Я хочу рожать своему демону детишек. Много, сколько получится.

Поэтому без всяких обиняков заявила: — Даниланис, я беременна! — и долго-долго приводила его в чувство, обалдевшего от такой новости. Ну а когда он наконец перестал сиять улыбкой счастливого идиота, то…

Ой нет, тут уже началось такое неприличие, что нельзя рассказывать — книга-то у нас не 18+!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован