присутствующие хорошо знаете меня — это уже обычных людей должно настораживать. А насчет того человека… Я надеюсь, что она сможет разобраться. По крайней мере, она точно знает больше нас. И… в любом случае, это лучше, чем сидеть тут и лить слезы над банкой с мозгами.

— Так чего ты стоишь и болтаешь, давно бы его позвал!

— Вообще-то, я как раз и шёл. Но вам моя морда маски не понравилась. В общем, иду. Скоро вернусь, без меня мозги не есть!

Получается, едва войдя в лабораторию, Молох был вынужден топать обратно. Правда, не сам. Не успел наёмник и десяти шагов сделать, как за ним увязался Макс.

— Можешь в официальные бумаги забивать имя нашего малыша! Я таки смог!

— Извини, Макс, но ты не в моем вкусе. К тому же, новую жизнь ты можешь подарить разве что глистам.

— Да, блин, нет! Я о нашем договоре. Название корабля! РазвраТор теперь останется с нами непокобелимым монументом решительности и смекалки, ведь у меня получилось извлечь и восстановить прыжковый модуль.

— Оп-па-а-а!

— Добро пожаловать в клуб «опа-пы». Теперь и ты с нами. Пойдем, расскажу по пути, что получилось сделать.

И Макс рассказал. После таких «рассказов» глаза на лоб вылазят от понимания гениальности некоторых личностей. И от понимания того факта, что они эту самую «гениальность» в себе не видят в упор. Проще говоря, история сводилась к тому, что Макс нашел нужный модуль. Конечно же в состоянии далеком от идеального. Но уважаемый механик не растерялся и восстановил всё, что смог. А потом залил в искин-проектировщик все данные и уже с его помощью доделал полностью утерянные детали. Звучит может и не особо сложно, но по факту, этот человек восстановил модуль, который видел первый раз в жизни.

— Я загрузил в проектировщик чертежи обычных разгонных врат. Уменьшил, выделил основные принципы цепей. Мы с искином сопоставили все варианты, я кое-что подкрутил… В целом, вроде заработало. — Сказано это было с такой мальчишеской наивностью, словно разговор шёл о ремонте капсулы сбора биоотходов, а не о автономном разгонном модуле космического корабля. — Но, есть нюансы, которые мне не удалось преодолеть.

— Нужно больше информации?

— Да. И не только. Во-первых, ты видел этих «жуков»? Они такие бронированные не от любви к полушариям. Пусть современные технологии позволяют «прощупать» путь между точками входа и выхода систем, но никто не застрахован от мелких обломков астероидов и другого увесистого мусора. Датчики их пропустят, но для тебя это будет как выстрел из кинетического орудия. Отсюда и бронь у «жуков». Если будешь ставить модуль, тебе тоже такая броня пригодится. Если не на всём корабле, то хотя бы на носу.

— Звучит выполнимо. Хорошо. Что тогда «во-вторых»?

— Вычислительные мощности. «Жуки» оснащены очень мощными искинами, отвечающими только за прыжки. Это отдельная система. Я их не сразу заметил, потому что уцелевших нет ни одного. Но даже мощных аналогов может быть недостаточно. Искины регулируют энергопотери, точно рассчитывают координаты прыжка и вносят корректировки мощности. Все это можно адаптировать под имеющие у нас в доступе технологии. Но всё равно не будет хватать одного элемента.

— Чего же?

— Пилота, который будет способен реагировать на их запросы и обрабатывать поток информационной отчетности всей этой группы. Тут автоматизацией и постановкой еще одного мастер-искина не обойтись. Но, это просто за гранью человеческих возможностей. И этот факт отправляет большую часть моих планов в утиль. Я не понимаю, как пилоты «жуков» преодолели эту проблему.

Как и говорил Харви, основные доки были под землей и линкор Молоха опустился туда вскоре после ухода своего капитана. Над ним была надежная защитная бронеплита горизонтальных врат, а сам подземный док был экранирован глушилками. Никто не мог отсканировать точно их местоположение, а значит, и нанести прицельный удар. Технология, как лом –простая, но рабочая. Правда весьма дорогая в строительстве. Но надежность и безопасность ТэльМара возросли многократно.

Вот только двоим друзьям было не до любований доками. Они уже стояли у трапа Тора. Обговорить стоило еще кучу нюансов.

— Значит, поставить прыжковый модуль не получится?

— Получится, Молох, получится. С мастер-искинами и автоматизацией. Но ты должен понимать, что идеального результата, увы, не достичь. Будет не прыг-прыг-прыг-прыг, а прыг… поспал… прыг… сходил в туалет… прыг.

— Сейчас было очень технически глубоко, Макс.

— Но ты же понял? — Главмех улыбался. Видимо, общение с Молохом и его командой не прошло зря… и без хронических последствий для психики. — Понял ведь?

— Понял… И это меня пугает.

Они поднялись на борт. Несколько коротких бесед с членами команды и вот уже эта парочка техпсихов подходит к медотсеку.

— В общем, если ты не против, я начну монтировать. И ещё. Удалось из обломков оставшихся «жуков» слепить еще один модуль. Но получилось так себе, из говна и палок. Я его для тестов использовал. Мощность есть, но теряется слишком быстро. В целом, штука рабочая… на коротких дистанциях… Как хахаль у бывшей Доминго. — В медотсек Макс зашел первым, не замолкая ни на секунду и «вещая» прямо вперед, по направлению движения. — Осталось договориться куда вставить.

Лишь договорив, он понял, что последнюю фразу говорил в лицо встреченной незнакомой девушки странного оттенка кожи.

— Себе лучше вставьте, извращенец чёртов!

Вот же. Давно главмех не был замечен настолько красным.

— Здравствуйте. Это… Вы ошиблись. Я у вас не спрашивал.

— Ах, так ты у меня еще и не спрашивал? — Ну вот, неоново-синие глаза засветились.

— Нет, просто куда вставлять должен решить капитан корабля…

— Так у вас тут еще и традиции есть⁈ Капитан благословляет нужное отверстие?

В этот момент даже Молох не сдержался, опустив бронированную ладонь на кислородную маску лица:

— Макс… Ты только хуже делаешь… Как же ты себя феерически закапываешь… Смотри как надо нормально общаться. — Наёмник сделал строгое выражение маски с спокойно произнёс. — Доктор Штерн, извините, что прерываю ваш отдых, но вы нам нужны. Мы хотели вам кое-что показать.

— Да я уже поняла, что вы хотели показать. И куда это вставить. Только не пошли бы вы туда, куда хотели вставить и на то, что хотели показать!

Теперь пришло время Макса качать головой:

— Да уж, Молох… Спасибо, что научил, как надо.

* * *

— … Таким образом жидкость обеспечивает регенерацию и функционирование мутировавшего органа, снимая условности «цельного тела». Но