– И тут на меня снизошло озарение. Я сделал шаг назад и, вместо того чтобы всматриваться в детали, посмотрел на картину в целом. И тогда я понял, что вопрос вовсе не в том, какой из двух вариантов текста старше, – в сущности, это неважно. Ну, или важно, если твоя цель – установить оригинал. Только вот что такое оригинал? То, что записал сам автор (кстати, это был не Павел)? Первый черновик? Последний записанный им вариант? Та версия, которая широко распространилась в церквах на побережье Эгейского моря? Та версия, которая вошла в канон? Когда я бросил попытки выяснить, какая из версий оригинальная, вся эта проблема вдруг стала разворачиваться передо мной по-новому, подобно распускающемуся цветку, и я стал задаваться более интересными вопросами. Почему слова этого Послания были так важны для тех людей, которые его читали, дорожили им, сохранили его для потомков?

Он наконец приступил к торту.

– Архилох говорил, что все люди похожи либо на лис, либо на ежей, – сказал Дэниел. – Лисы знают множество вещей, но не знают главного, а ежи знают только главное. И того и другого не знает никто.

– Возможно, ежам стоило бы поучиться у лис, а лисам у ежей. Надо уметь сделать шаг назад, Дэниел, один шаг назад… Торт просто восхитительный.

Дэниел никак не мог понять, к чему клонит епископ.

И наконец тот перешел к цели своего визита:

– Мы тоже недавно сделали шаг назад, поглядели со стороны на нашу епархию, прикинули, какие у нас имеются ресурсы и перед какими задачами мы стоим. В связи с этим я хотел бы обсудить с вами возможность реорганизации вашего прихода.

Дэниелу показалось, что у него от неожиданности даже кофе остыл.

– Реорганизации прихода?

– Да.

– Вы хотите объединить Чемптон с другим приходом?

– С другими приходами.

Это было совсем уж неожиданно. Просто немыслимо. Хотя – если подумать об этом отстраненно – объединение приходов повсеместно становилось нормой, поскольку общины верующих редели, священников тоже не прибавлялось, а уж о деньгах и говорить было нечего. Чем Чемптон отличался в этом плане от других приходов? Но в том-то и дело, что он от них отличался. Разве возможно, подумал Дэниел, объединить Чемптонский приход Святой Марии с любым другим? Это же совершенно особый случай: жизнь этого прихода тесно связана с жизнью имения, а не с жизнью соседних поселений. Объединить Чемптонский приход с соседними было не легче, чем повенчать моржа с пирамидой. А кроме того, что скажет Бернард? Как, интересно, у епископа хватит смелости заявить лорду де Флоресу, что его приход придется объединить с другими?

– С другими приходами?

– Да. Вы знаете, что Морис Легге выходит на пенсию? А значит, освобождается место настоятеля приходов в Верхнем и Нижнем Бэдсэдлах.

Верхний Бэдсэдл и Нижний Бэдсэдл находились к северу от имения. С тем же успехом он мог предложить объединить Чемптон с приходом в Улан-Баторе.

– Нужно будет, конечно, уладить некоторые юридические моменты, – сказал епископ, придав своему лицу великодушное выражение. – Но как вы смотрите на то, чтобы стать ректором прихода Святой Марии в Чемптоне, прихода Святого Фомы Мученика в Верхнем Бэдсэдле и прихода Святой Екатерины в Нижнем Бэдсэдле?

На мгновение это предложение показалось Дэниелу заманчивым – но лишь на мгновение.

– Для меня честь, что вы вспомнили обо мне, епископ. Вы упомянули какие-то юридические моменты?

– Да, у приходов же разные попечители – ну и еще есть некоторые мелочи. Ваш попечитель – лорд де Флорес, я – попечитель прихода в Верхнем Бэдсэдле, а попечитель прихода в Нижнем Бэдсэдле – колледж Святого Альфеджа в Кембридже, я его возглавлял и уверен, что в этом вопросе они поведут себя разумно. Вопрос только в том, поведет ли себя разумно лорд де Флорес.

– Я уверен, что, с его точки зрения, он поведет себя разумно. Но не факт, что вы сочтете так же.

– Ясно.

– Де Флоресы были попечителями этого прихода долгие века. Бернард очень серьезно относится к этой своей должности.

– Правда?

– Правда.

– Это трижды женатый лорд де Флорес?

– Людям свойственно ошибаться.

– О, разумеется, но скажу вам прямо, Дэниел: дни, когда попечитель платил за ремонт крыши в алтаре, а настоятель в благодарность за это крестил его внебрачных детей, позади.

«А когда вам понадобились деньги на ремонт органа в соборе, вы преспокойно взяли их у Бернарда», – подумал Дэниел. Но вслух ничего не сказал.

– Я думаю, лорду де Флоресу – да и всем нам – пора взглянуть правде в глаза. Я понимаю, что для лорда де Флореса это может быть очень нелегко, поэтому и решил сначала поговорить с вами, чтобы вы, как Иоанн Креститель, приготовили путь.

«Как же плохо вы меня знаете», – подумал Дэниел.

– Разве не правильней будет, если эту новость сообщите ему вы, епископ? Или архидиакон?

– Потом, конечно, я так и сделаю. Но я был бы очень вам признателен, если бы пока что вы тоже пустили в ход свои дипломатические таланты, как уже пускали их в ход в прошлом, за что мы вам были и остаемся благодарны. Так сказать, сделали бы прямыми стези в степи [157] и все такое.

– Хорошо, епископ, конечно. Я поговорю с лордом де Флоресом.

– Ну вот и славно. Как же вы справляетесь со всем этим стрессом? Всегда поминаю в молитвах вас и ваших прихожан. Если вам что-нибудь нужно, только попросите.

И тут Дэниела осенило.

– Я и в самом деле кое о чем хочу вас попросить, епископ.

– О чем угодно.

– Второй из убитых прихожан – Нед Твейт. Его смерть не то чтобы совсем не заметили, но гораздо больше внимания по понятным причинам уделяли смерти Энтони Боунесса. Семье от этого, кстати, не слишком хорошо. Никому, конечно, не пожелаешь такого навязчивого внимания прессы, которое де Флоресы испытали на себе в связи со смертью Энтони, но мне кажется, вдова и дочери Неда чувствуют, что про них забыли и их трагедию как-то замяли. Коронер уже разрешил забрать тело, и мне пришло в голову, что им, да и всему приходу, станет легче в это трудное время, если вы согласитесь служить похоронную службу.

Епископ продолжал улыбаться, но уже напряженнее.

– Если, конечно, вы сможете встроить это в свой график. Я знаю, что у вас очень много дел.

– У меня и правда много дел, Дэниел, но я прежде всего пастырь. Если я правда вам нужен…

– Очень нужны.

– Тогда, конечно, я буду служить эту службу. Можете обсудить детали с Гаретом?

– Это очень любезно с вашей стороны, епископ. Вы потом останетесь на поминальный ланч? Лорд де