— Да не за что, кружка отличная. Держит хорошо температуру. Нашли тут пару месяцев назад в магазинчике пару таких, понравились. А сахар вредно, он только вкус кофе портит.

— Не знаю, я так и не привык без сахара пить. Но спасибо еще раз.

Я отхлебнул из кружки, поморщившись от непривычной горечи. Может и в самом деле привыкну. Когда-нибудь. Очень нескоро.

За ночь ничего не произошло: если бы что-то случилось, то меня бы точно разбудили, такой приказ имели все. Так что мы просто сидели в вестибюле и ждали остальных. Группа Штефана спустилась вниз без десяти восемь. Я отправил Эдди и самого Штефана монтировать пулеметы на машины, Марио и остальные ребята получили разрешение перекурить на улице. Утро уже вовсю вступило в свои права, солнце светило как днем, и только обильная роса на траве еще напоминала о раннем времени. В восемь вооруженные машины подкатили ко входу, и я собрал всех в круг у наших новых внедорожников.

— Так, едем быстро, смотрим внимательно. Мы едем головной машиной, Штефан со своей группой за нами. Я не думаю, что нам стоит реально чего-то ждать на этом участке, но давайте порепетируем. Прислушиваемся к машинам: чуть что не так, сразу сообщаем по связи. В общем, ничего интересного, как раз идеальная ситуация, чтобы привыкнуть к технике. Принято?

Ну а куда оно денется, принято конечно. Расселись по машинам, у нас Марио сел за руль, Эдди полез на место пулеметчика, я сел рядом с водителем. Вторую машину повел Штефан, что в общем-то неверно, не должен командир группы вести машину, но я не стал сейчас придираться. Прошли ворота, и понеслись по автобану, набирая скорость.

До Маяка долетели замечательно: по дороге ожидаемо ничего не случилось, машины вели себя отлично, личный состав тоже вроде старался концентрироваться. Встречавшие нас на Маяке солдаты немного удивились такому серьезному конвою за формой, но я сразу объяснил Сиди, что мы обкатываем транспорт. Взяв с собой Марио, я пошел на базу получать наш груз, остальные остались у машин. Нам успели сшить двадцать комплектов формы, сейчас они двумя тюками стояли на полу в переговорно-торговом здании в самом начале мола. Вот в общем и все, но Сиди попросил минуту моего внимания. Я отправил Марио с грузом к машинам, сам сел за стол, Сиди уселся рядом, и достал затертую карту из заднего кармана брюк.

— Ты в прошлый раз про машины говорил, так? Что хотел бы машины получше себе в полицию присмотреть?

— В жандармерию. — машинально поправил я Сиди, который нас упорно именовал полицией. — Да, хотел бы. А что, у тебя есть парочка?

— Почти. У меня есть информация, где они точно есть. Ну, или вернее — где они должны быть. И это недалеко от нас. Интересно?

— Еще бы. Прям стоят и нас ждут?

— Угу. Ленточками украшенные. Вот смотри. Вот Генуя, у вас под носом, верно? А вот тут, — палец Сиди с большим и не очень чистым ногтем проскользил по достаточно подробной карте Генуи на восток, на самую окраину города. — вот тут есть местечко Сан-Мартино. Это, по сути, пригород Генуи. И там есть сервис, с виду не очень приметный, но по сути очень интересный.

— Так-так. — сказал я, заполнив паузу Сиди своим вниманием.

— Так вот, этот сервис специализировался на доводке и переделке машин, в основном «лендроверов». Ну, тюнинг, короче. Они обычно исполняли частные заказы, но порой принимали и заказы официальные, от структур разных. — Сиди выразительно посмотрел на меня, взглядом обозначив разность структур. — И вот, как раз незадолго перед катастрофой они получили заказ на шесть машин, от какой-то охранной фирмы. Усилить подвеску, укрепить борта, поставить пуленепробиваемые стекла. Колеса покруче, все лишнее вон. В общем, сделать легко бронированные внедорожники. Не такие, на которых вы приехали, а реальные внедорожники.

— И насколько они продвинулись с этим заказом?

— На момент катастрофы как минимум четыре машины были готовы. Клиенту нужна была вся партия целиком, потому их не забрали. Должны стоять в боксах. Остальные две тоже близки к завершению. Один из работяг с того сервиса обитает сейчас у меня на базе. Говорит, если те две машины подцепить и отбуксировать к нам, то он берется их довести до ума.

— Так. — я размышлял вслух. — А какая гарантия, что машины до сих пор не нашли и не увели?

— Никакой. — кивнул Сиди. — Но есть нюанс. В сервисе работали всего четверо. Там больше и ненужно, всё же у них не поточное производство было. Двоих, по словам этого работяги, убили в первый день, зараженные, при нем. Он и еще один его коллега сбежали, но в разные стороны. Заказчик вообще не из Италии, ему сейчас скорее всего не до машин. То есть, получается, что про машины, кроме моего сотрудника, знает еще один человек. Конечно, есть шанс, что он про них вспомнил и рассказал кому-то. Но и тут есть моменты: во-первых, не факт, что он вообще выжил. Во-вторых, не факт, что ему нужны эти машины, или что он о них вспомнил. Ну и в-третьих: этот пригород Генуи очень «темный».

— В каком смысле?

— В том смысле, что там огромная куча зараженных была. Там неподалеку делали что-то вроде полевого госпиталя в первые дни. И его, конечно, быстро накрыло. А ты знаешь, что зараженные не склонны отходить далеко от того места, где они… хммм… живут.

— Знаю. Еще вопрос: с чего бы этот твой работяга сейчас вдруг выдал тебе такую информацию?

— А ты молодец, я то же самое подумал: подстава какая-то. Но потом пораскинул мозгами, и пришел к выводу, что вроде нет, все чисто. Он, гаденыш, хотел эти машины потихоньку сам как-то вытащить, и загнать. Покупателей хватило бы, без вопросов. Так вот, недавно он уговорил одного солдатика, из моих, скататься поближе к тому месту, не объясняя причин.

— Скатались?

— Скатались! Солдатик в лазарете, и это он ещё сказочно отделался. Тот работяга цел, но дрожит, как осиновый лист. Зараженных там много, но больше всего их напугал и ранил солдата мутант. Гнался за ними, еле ушли. Работяга теперь, как я думаю, наружу за периметр базы не скоро решится выйти.

— Так вот почему ты рассказываешь это мне, а не летишь сам со своими ребятами