Есть ещё испытательные лавовые трубки — там мы уже добывали образцы, и там же я нашёл свой Истинный Кварц чистотой девяносто восемь и четыре. Неплохой резерв, если удастся туда попасть второй раз. А в Глотке, сдаётся мне, кварц ещё чище. Интуиция буквально орала об этом. Но Глотка отпадает. Пока.

— Система, — проговорил вслух, глядя в потолок. — Подскажи, чтобы пережить спуск в эту Глотку — что мне нужно?

Перед глазами тут же развернулось окно.

[ЗАПРОС ОБРАБОТАН]

[Объект: Лавовая трубка «Глотка» (восточный склон Иль-Ферро)]

[Фон Ци Огня: критический]

[Температурный режим: 380–520°C на глубине 20 м и ниже]

[Минимальный порог выживания: 7-я ступень Закалки Тела]

[Обоснование:]

[— Автономный Горн 6-й ступени не способен поддерживать термобаланс дольше 8–12 минут]

[— Меридианы «Живой Ртути» не выдержат длительного давления Ян-Ци сверхвысокой плотности]

[— Пассивные навыки «Железная Кожа» и «Термальная Адаптация» не покрывают полный спектр воздействия]

[Рекомендация: достичь 7-й ступени Закалки или использовать экранирующий артефакт Эпического ранга]

Седьмая, значит.

Я хмыкнул. А ведь это — дело решаемое. Кристалл у меня за пазухой, Амальгама отработана, протокол «Горнило» уже запущен. При должной настырности седьмую ступень возьму за несколько дней. Может, даже быстрее — если первая сессия дала плюс двадцать шесть процентов, то темп вполне хороший. Восьмая тоже в планах, но седьмая — минимум для того, чтобы соваться вниз и не превратиться в хрустящий кусок угля.

Хорошо. С этим ясно.

— А что насчёт лозы? — снова обратился к Системе. — Ты мне чертёж подсунула, значит, что-то о ней знаешь. Подскажи, где её достать.

[ЗАПРОС ОБРАБОТАН]

[Объект: Смоляное масло высокогорной лозы]

[Статус: сведения неполные]

[Причина: недостаточный уровень профильных навыков (Травничество: 0, Алхимия: 1, Ботаника духовных растений: 0)]

[Доступные данные:]

[— Растёт на скальных осыпях выше линии леса]

[— Требует вулканических почв и перепада температур]

[— Сбор смолы — весна/раннее лето]

[Рекомендация: обратиться к специалисту соответствующего профиля]

— Ну да, логично, — кивнул сам себе.

Кузнец я, а не травник. Откуда мне знать, где какая лоза растёт и как её жмут. Тут нужен Алекс или что ещё надёжнее — Целители Духа из Святилища, у них такого должно быть под завязку. Но вот то, что требует Вулканических насыпей — это наводит на определенные мысли. Вероятность, думаю, есть.

— Ладно, последний вопрос, — проговорил. — Сама эта лоза — на Иль-Ферро она вообще есть?

[Оценка вероятности произрастания на острове Иль-Ферро: ~50 %]

[Обоснование: климатические и геологические условия подходят. Однако эндемичные виды высокогорных лоз часто привязаны к конкретным хребтам.]

Половина на половину. Ну, это уже кое-что — всяко лучше, чем ноль.

В крайнем случае, спрошу у Алекса. Святилище Духа — место, где лекарей полон двор, а у лекарей всегда есть кладовые с редкими маслами и смолами. Если такая лоза растёт на Ферро — её точно знают. Если нет — может, у них найдётся готовое масло, откуда-нибудь привезённое. За спрос, как говорится, денег не берут.

Хотя идти самому и светить лицом в Цитадели сейчас — плохая затея. Значит, через Чезару передам Алексу записку. Или Брок наведается. Что-нибудь придумаем. Главное, чтобы эти люди Сальери все не подпортили. Надеюсь, с Чезарой всё в порядке.

Полежал так ещё несколько минут, просто слушая, как шипит в Глотке горячий воздух и как мой рыжий сосед тихонько похрустывает остатками сухаря. Кварцевый контур на плите остыл, руны потемнели — обычные борозды в камне, только и всего. Будто ничего и не было.

И вот лежу я тут, в заброшенной штольне, со спящим древним разумом в камне, с огненной мышью под боком, с планами на охоту за чудовищем размером с город, и строю расчёты, как бы мне выковать убийцу Левиафана. Сам себя поймал на этой мысли и негромко рассмеялся.

Да я сейчас, небось, выгляжу точь-в-точь как тот самый Маэстро Ферро. Отшельник, запершийся в горе со своими безумными чертежами. Процарапывает на стенах схемы, которых никто не поймёт. Бормочет под нос о лозе и кварце. Кормит огненного зверька сухарями и величает его соседом.

Усмехнулся этой мысли беззлобно.

Ну что ж. Может, он был не таким уж безумцем, этот Безымянный. Может, просто видел то, чего другие не видели.

Я упёрся ладонями в базальт, подтянул ноги и поднялся. Отряхнул штаны от угольной крошки, повёл плечами, прогоняя остатки дурноты. Голова прояснилась — туман разошёлся, оставив на своём месте чёткий порядок.

Дел у меня невпроворот.

Для начала — Камень.

Оглядел очаг. Угли под золой ещё были, но жара в них не осталось — серые, подёрнутые белёсой коркой. Присел на корточки, сгрёб ладонью золу в сторону. Под ней мерцали редкие красные точки — дотлевающая сердцевина. Выудил из-за наковальни остатки растопки: щепу, сухой мох, пару тонких обломков Железного Дуба, которые оставил впрок.

Сложил всё шалашиком над углями. Неторопливо, аккуратно — чтобы тяга пошла куда надо, а не задохнулась под ворохом.

Прижал пальцы к щепе. Короткий выдох и Ци потекла к кончикам, собираясь в каплю жара. Щепа потемнела, пустила тонкую струйку дыма, а через миг по ней пробежала оранжевая ниточка. Мох вспыхнул сразу, с сухим треском, и пламя лизнуло дубовые сколы.

— Вот так, — пробормотал я, подбрасывая угля побольше.

Рыжий прохвост подошёл ближе и уселся у очага, глядя на разгорающееся пламя с видом хозяина, принимающего давнего приятеля.

Поставил котелок Чезары, залил воды из бочки. Пока грелась, достал из сумки свёрток Алекса, развернул кожу. Семь аккуратных мешочков с пронумерованными узелками — рыжий почерк въедливо выводил цифры на каждом. Рядом бычий желчный камень в отдельной тряпице.

Устроился поудобнее на сухом куске кожи Вепря, что служил мне подстилкой. Спина к прохладной стене, ноги скрестил. Достал Духовный Камень.

Замер.

Кристалл в ладони — совсем другой. Не тот, что был утром. Прозрачный, глубокий, без тени мути. Прожилки огня ярче, злее, будто кто-то протёр стекло и впустил свет; льдяные жилы чище и голубее. Камень дышал ровно, без тех глухих толчков, что раздражали меня прошлой ночью, как чужое бормотание за стеной.

А сила просилась наружу, как зверь, которого долго держали в клетке и который вдруг увидел открытую дверь. Внутренний Горн откликнулся сам, без моей команды — запульсировал под грудиной голодным ритмом.

Положил кристалл перед собой на плоский камень. Сел в позу лотоса, выпрямил спину, опустил плечи. Просто посидел так, ни о чём не думая.

Дышал глубоко и размеренно.

От Камня исходили частицы — тонкие, едва уловимые нити. Чувствовал их кожей лица: холодные касания на щеках, у висков, под подбородком. Как снежинки, только