— Что такое неразвитая планета?

— Планета считается неразвитой, пока её обитатели не вышли в космос за пределы своей системы.

— А… ну тогда да, земляне точно не развиты.

— Земляне? — переспросила Трин.

— Угу, так называется наша планета — Земля.

Трин и синеволосый парень переглянулись, будто пытаясь скрыть улыбки.

Да, да, в фильмах про инопланетян не раз обсасывали это название как нелепое, дурацкое, странное и непонятное.

— И много этих девушек и парней уже похитили?

— Мы не знаем, ведь мы не общаемся с неразвитыми мирами. Но знаем, что такие заказы поступают.

— Неужели они попадают в рабство? — ахнула я. Даже у нас его окончательно искоренили тридцать лет назад. В прошлом году мы подробно разбирали эту тему на уроках социального устройства. Рабство существовало в виде принудительного труда и принудительного брака. В большинстве случаев рабы использовались в частном секторе.

Парень и Трин нахмурились.

— Вселенная, увы, не идеальна, — проворчали они хором.

— Почему развитые расы не должны общаться с неразвитыми? — Мне правда было интересно, но я тут же поняла сама. — Чтобы они развивались самостоятельно? Сами двигали научный прогресс? Ведь потом они смогут предложить что-то новое Вселенной, что-то, что сможет конкурировать с другими предложениями… Возможно, новые расы предложат новые формулировки законов математики, физики, химии. Может быть, они окажутся более оптимальными, чем существующие у вас. Если мы будем развиваться без внешнего воздействия, то сохраним самобытность и культуру.

Парень тепло улыбнулся:

— Знаешь, лучше и не скажешь. Теперь верю, что до скачка прогресса людям осталось всего двести-триста лет…

Я напряглась.

— Откуда ты знаешь?

— Тот, кто заказал твоё похищение, похоже, изучал твой мир, нам пришли некоторые вводные.

— Куда потом отправляются похищенные?

Он нахмурился.

— Мы не знаем. Но не думай, что мы ничего не делаем. Погибло тридцать четыре вига, чтобы добыть эту незначительную информацию.

— Я приманка? — Голос дрогнул.

Трин ответила:

— Да.

В горле образовался ком.

— Если я помогу вам, это прекратится? Людей перестанут похищать?

Тут синеволосый вздохнул:

— Всегда может найтись какой-то псих, которому не писаны законы Вселенной. Но конкретно этот похититель исчезнет, я обещаю.

— Потом вы вернёте меня домой?

Парень и Трин синхронно кивнули.

И вытащите мой чип, а если позволяют технологии, ещё и сотрёте память, как в фантастических романах.

— Ты прикольный, а как тебя зовут? — обратилась я синеволосому.

— Пока ты можешь звать меня Дин.

Значит, есть ещё и какое-то другое имя?

— Ну, тогда я Лани, Мелания Васькина.

А чего это они удивилась? Нормальное имя для северного полушария Земли.

* * *

— Лани, тебе нужно заплакать, быть зарёванной. Мы должны тебя показать, чтобы заказчик убедился, что ты — это ты. А ещё он ни в коем случае не должен знать, что мы понимаем друг друга, — заявил Дин.

Слёзы потекли сами собой. Внезапно стало страшно. Там погибло много вигов, что я могла сделать? Что могла сделать неразвитая землянка?

— Я пойду туда одна?

— Нет! — возмутился Дин. — Мы ведь обещали, что защитим тебя.

После я стояла и тихо плакала, пока Трин представляла меня какому-то существу. Голос у него был странный — ни живой ни мёртвый. Впрочем, нейросеть Земли могла и не такой воссоздать. Поднять голову я боялась. Боялось, что существу, которому я понадобилась, покажется, что я недостаточно напугана.

Голос сообщил, что отправил координаты места, куда необходимо доставить меня, а потом всё на корабле Трин пришло в движение.

— Лани, мне нужно, представить тебя команде. Мне нужно, чтобы ты перестала бояться их, возможно, кто-то из них спасёт наши жизни, если дойдёт до этого.

Руки вспотели.

Я снова увижу то страшилище со шрамом вместо носа?

Я кивнула. Мы пришли в трюм. Глядя на таких разных инопланетян, я судорожно вздохнула и громко произнесла:

— Я Лани, человек с планеты Земля. — И решила добавить: — Мы пока не развитый мир.

На лицах и мордах проступили улыбки. Наверное. Первым подошли ближе женщины-белки.

— Мы сёстры. Тири, — представилась одна.

— Нири, — сказала другая. — Мы — охрана.

Очуметь, и как их различать?

Ещё два года назад я материлась как сапожник. Во всемирном языке матерных слов содержалось мало, но в русском — такое разнообразие! Но когда в детском доме появилась тётя Оля, мне досталось по полной!

— Лани, люди переходят на мат не тогда, когда нужно эмоционально выразить происходящее — в большинстве случаев они используют мат, когда их словарный запас очень скуден. Неужели нужно было за завтраком употреблять то матерное слово, чтобы сказать, что каша вкусная? Ведь можно было сказать, что она потрясающая, достойная королевского стола, аппетитная, лакомая, пища богов?

— Деликатес, — буркнула я. Каша и правда вышла очень вкусной. А я почему-то встраивала мат в повседневную речь. Потому что так делали другие?

— Да, верно, — смеясь, заметила тётя Оля. — Язык проглотишь! Видишь, Лани, сколько слов может помочь выразить восхищение? А то слово… Оно просто принизило мастерство повара. А ведь каша действительно получилась вкуснейшей!

Следующим подошёл эльф. Он чуть поклонился, приложив руку к сердцу.

— Рэвелиг Лаонтис, раса — элефины. Моя планета называется Элея. Ты можешь называть меня Лигом.

Бля! То есть очуметь!

Удержаться от внутреннего восклицания оказалось выше моих сил.

Я уверена, что эти красавчики побывали на Земле. Иначе почему их так точно изображают в сказках и фильмах?

Следом мне представилось высокое, мощное серокожее страшилище с уродливым шрамом на морде. Инопланетянин