Он переводит взгляд на окно. Солнечный свет мягко стелется по траве, и колосья едва слышно шелестят; тишина льется по всему залу, и он, повернув голову обратно, рассеянно смотрит на двадцать сидящих за маленькими партами детей.

Почему он здесь?

За стеклом в небе плавно передвигаются бесшумные воздушные суда. Молочно-белые, обтекаемой формы никаких лопастей, турбин или винтов у них уже несколько столетий нет, лишь неспешно меняющие направление кольцеобразные механизмы, создающие тягу за счет окружающего воздуха. На траве веселятся подростки. Громко чокаясь бутылками, они убегают прочь от учебного заведения.

Он выходит из учительской на улицу и останавливается в тени дерева, глубоко вдыхая свежий воздух. Спокойствие и безмятежность растекаются по костям, и он прикрывает глаза, ощущая ветер на коже.

За опущенными веками меркнет, как если бы солнце зашло за тучу. Он приоткрывает глаза.

Впервые он видит Это. Видит в небе приближающуюся фигуру. Поражающая воображение тень, сравнимая по масштабам с его собственной планетой.

Нутро дрожит. Ощущения величия смешивается с животным страхом, и смертное тело трепещет.

Как будто их мир – это маленький хрустальный шарик, к которому приблизился покупатель, чтобы посмотреть на крохотные украшения, добавленные рукой мастера.

Силуэт не излучает и не отражает света; ничего, кроме очертаний величественного гуманоидного существа, не разглядеть.

Оно загораживает солнце, и на мир падает тень, словно за окном ночь.

Оно смотрит.

В ушах гудит; отдаленно слышны крики бегущих в панике людей, но его тело застыло.

Он не может оторвать глаз.

Ветер продолжает гладить руки. Существо молчит.

За его спиной щелкнул пистолет, снимаемый с предохранителя, и холодный женский голос произнес:

– Прости, красавчик. Насильственная смерть приносит больше.

Эксцентричный Монах хмыкнул и оторвал взгляд от экранов, на котором зависло изображение Фигуры. Все шло по плану.

Человеческие эмоции – один из самых востребованных товаров. Ты можешь прийти и умереть спокойно, но дилеры заработают больше, если получат плату за услугу и при этом смогут выделить из мозга страх.

Поэтому Суицидальный Квартал – не самое лучшее место для смерти.

Клуб «Сяшань» встретил Дельца оглушающей динамичной музыкой; под гудящие басы, пробравшись сквозь ряды людей, с модулем под мышкой он прошел к задней стене и, оглядевшись, подошел к одному из тупиков. Нажал на стену, рука провалилась в углубление, и стена отъехала, пропуская внутрь. Увлеченные рейвом люди ничего не заметили.

В комнате сидел господин Цао, потягивая длинную курительную трубку. Этот мужчина средних лет с зачесанными назад волосами имел довольно специфическое лицо: слегка квадратный контур и невероятно высокомерный взгляд, создающие образ авторитетного главы мафии, хотя в действительности охарактеризовать его деятельность именно так можно было лишь с натяжкой. Напротив него, скрестив ноги и скукожившись на стуле, сидела девушка, положив руки по оба края сиденья. По бокам от рабочего места стояло несколько тучных охранников. Они тут же настороженно взглянули на вошедшего, но господин Цао остановил их жестом.

– Господин Чэнь.

Он отсалютовал рукой:

– Земляне! Прошу прощения за вторжение.

Пройдя внутрь, он не слишком бережно положил модуль на стол между девушкой и мужчиной; та вздрогнула, сохранив при этом деловую мину, но Цао даже взглядом не повел, несмотря на наглую непунктуальность. Он осмотрел устройство, не вставая с места, затем сообщил даме, что та может быть свободна и, дождавшись ее ухода, выразил явное разочарование:

– Твои находки все хуже и хуже.

– Стараюсь, – довольно протянул Чэнь Рэн, а затем до него дошел смысл слов. – Э? В смысле? Он наиотличнейший!

– Если следующий будет такой же дерьмовый, наша сделка обнулится.

– Ну не будьте таким сердитым. Я стараюсь изо всех сил.

Господин Цао затянулся трубкой, и облако дыма окружило Дельца. Померещился лай, но Чэнь Рэн не придал этому значения. Он был занят получением своих кровных.

Не очень довольный, но все-таки ценящий проворство Дельца, постоянный заказчик услуг махнул головой, и один из мужчин отошел, чтобы отсчитать кеш.

– Держи свой полтинник косых – до оговоренной сотки не доработал. В другой раз и десятки не дам за такой ширпотреб. Запомни, только прототипы! – сделал паузу. – А теперь… есть для тебя задачка. Не знаю, справишься ли.

– На меня всегда можно положиться, – без зазрения совести воскликнул Чэнь Рэн.

Господин Цао едва заметно вздохнул. Даже его, уважаемого человека, которого никто не мог вывести из себя, этот феномен иногда начинал подбешивать.

– Мне нужен EVOLUT. Не меньше литра. Сложность в том, что о нем почти ничего неизвестно, кроме того, что его производят какие-то экстеры. Достань его – и миллион юаней твои.

«Миллион юаней» выжглось в мозгу, и Чэнь Рэн расплылся в улыбке. Он уже хотел сказать «есть, господин!», когда двери разъехались, и две собаки вбежали внутрь. Охранники мгновенно среагировали, достав пушки, но Чэнь Рэн сразу же выставил руки вперед.

– Нет-не… АЙ!

Одна из собак укусила его за ногу, и тот грозно шикнул.

– Как они попали сюда?

Прыгая на одной ноге от боли, Чэнь Рэн простонал:

– Да они сами! Только не стреляйте! Мать их за ногу! Да не меня!

Собаки гавкали, не унимаясь.

– Да в чем дело?!

Одна из собак схватила его за штанину и потянула в сторону выхода. Штанина грозилась порваться. Господин Цао, явно подуспокоившись, поинтересовался:

– Откуда они у тебя?

– Это не мои. Да иду я, иду. Моего друга. Ладно. Господин Цао, все будет сделано!

– EVOLUT, – пробормотал он и тряхнул трубкой, улыбаясь сам себе.

Стараясь остаться незамеченным за спинкой кресла, Монах медленно потянулся к шлему. Дотянувшись, резко бросил его, с легкостью оторвав все трубки, попадая женщине в грудь; случайные несколько выстрелов мимо цели. Он перекатился с кресла на пол и подскочил к женщине, в мгновение оказываясь на нужном расстоянии для размашистого удара и выбивая из рук пистолет. Перехватив его, он направил оружие на женщину и стальным голосом произнес:

– Запчасти. Веди на склад.

В этот же момент дверь раскрылась, с грохотом ударившись о стену, и из коридора забежали два добермана, следом за которыми, спотыкаясь, ввалился слегка запыхавшийся Чэнь Рэн: «Ай! Оуч».

– Чего пришел?

Делец почесал голову:

– Твои псы чуть не сорвали мне сделку. Я подумал, ты в опасности, а ты, как вижу, в полном порядке. И чего ради вы за мной побежали? Без меня бы не управились? Плохие, плохие собаки!

Закончив жаловаться, он добавил:

– Кстати, лови десятку – в частичное погашение.

– Маловато.

– Если не тянуть кота за маленькие шлемы скафандра, дальше будет больше!

– Поверю на слово. Но сейчас мне больше не помешает одна коробка…

Отвлекаясь на мгновение от