смотреть на своё отражение в полированном металле. — Мне нужны координаты Пси-Ткача. И они есть только у него. В той части памяти, куда у меня доступа нет.

Семён Аркадьевич, стоявший у входа с дробовиком наперевес (будто дробовик мог помочь против компьютерного вируса), громко шмыгнул носом.

— Мне это не нравится, сынок. Ой не нравится. Этот твой цифровой двойник — та ещё гнида. Помнишь, как он пытался перестрелять и отравить нас? Я тогда чуть не поседел, хотя казалось бы, куда уж больше.

— Капитан, если мы не узнаем, где живёт этот Ткач, я скоро сам начну всех выкидывать в космос, — мрачно пошутил я, поднимая левую руку. Пальцы сжались с металлическим скрежетом, хотя никакого металла на них не было.

Кира вздрогнула и с удвоенной энергией застучала по клавишам.

— Ладно. Слушай внимательно. Я создала «песочницу». Это изолированный контур. Виртуальная клетка. Он сможет говорить, сможет показать тебе данные, но у него не будет доступа к системам корабля. Ни к двигателям, ни к жизнеобеспечению, ни к кофемашине Гюнтера.

— Особенно к кофемашине, — кивнул я. — Гюнтер этого не переживёт.

— Я серьёзно, Влад! — Кира подняла на меня свои огромные глаза. — Любой байт информации извне может быть трояном. Если он попросит подключить что-то или передать файл — шли его лесом. Понял?

— Понял. Запускай шарманку.

Кира глубоко вздохнула, перекрестила терминал гаечным ключом (старая привычка с Периферии) и нажала «Enter».

Гудение усилилось. В центре комнаты, над проектором, воздух задрожал. Сначала появились помехи — серые полосы, снег, — а потом из них соткалась фигура.

Я словно посмотрел в зеркало, которое меня ненавидело.

Он выглядел точно так же, как я. Тот же рост, те же черты лица. Но на этом сходство заканчивалось. Я был в потрёпанной куртке, небритый и с мешками под глазами. Он стоял в безупречном чёрном мундире Имперского флота, застёгнутом под горло. Его осанка была идеальной. А взгляд… В его глазах был такой холод, что температура в серверной, казалось, упала ещё на пять градусов.

Цифровой Вазар медленно оглядел нас. Его губы искривились в презрительной усмешке.

— Какая… пёстрая компания, — его голос звучал чисто, без цифровых искажений, бархатно и ядовито. — Грязный механик, провонявший дешёвым маслом. Капитан, похожий на пережаренную сардельку. И ты… — он перевёл взгляд на меня. — Жалкая копия, которая разваливается на куски.

— Привет, Вазар, — я скрестил руки на груди, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовал себя. — Как жизнь в облаке? Скучаешь по телу?

— Сарказм — оружие слабых, Владислав, — он произнёс моё имя так, будто сплюнул. — Я вижу, ты всё-таки пришёл. Инстинкт самосохранения — единственное, что в тебе работает исправно. Рука беспокоит?

Я невольно дёрнул левым плечом. Он заметил и улыбнулся шире. Зубы у него были неестественно белыми.

— Процесс пошёл быстрее, чем я рассчитывал. Скоро ты станешь лишь воспоминанием в моей голове, когда я верну себе контроль над нашим телом.

— Размечтался, — буркнул Семён Аркадьевич, поудобнее перехватывая дробовик. — Мы тебе скорее процессор кипятком ошпарим.

Вазар даже не удостоил его взглядом.

— Зачем ты меня разбудил? Пришёл молить о пощаде? Или хочешь сдать корабль Империи, как послушный пёсик?

— Мне нужны координаты, — я шагнул ближе к проекции. — Планета Мор-Таан. Я знаю, что они в архиве.

Проекция Вазара рассмеялась. Смех был коротким и лающим.

— Мор-Таан? Ты ищешь Пси-Ткача? — он покачал головой, изображая притворное сочувствие. — О, бедный, наивный идиот. Ты думаешь, какой-то шарлатан с астероида сможет вырезать меня из твоей черепной коробки? Я — не опухоль, Влад. Я — это ты. Только лучше. Сильнее. Без этих… соплей.

— Дай мне координаты, — процедил я. — Или я попрошу Киру стереть тебя байт за байтом. Это будет больно? Я слышал, для цифровых слепков дефрагментация — это как пытка раскалённым железом.

Вазар сузил глаза. Голограмма на мгновение пошла рябью, выдавая его раздражение.

— Ты не сделаешь этого. Если ты сотрёшь меня, ты потеряешь доступ к архивам Древних. К кодам запуска супероружия. К счетам в банках Центральных миров. Ты станешь нищим калекой.

— Рискну, — я кивнул Кире. Она занесла палец над красной кнопкой.

— Стой! — голос Вазара хлестнул кнутом.

Мы замерли.

— Хорошо, — он одёрнул мундир, возвращая себе невозмутимый вид. — Я дам тебе координаты. Я даже дам тебе коды доступа к посадочным маякам, потому что без них тебя собьют на орбите. Если там хоть кто-то ещё жив. Но у меня есть условие.

— Никаких условий! — рявкнул капитан. — Мы тут не на базаре!

— Молчать, животное, — спокойно бросил Вазар и снова посмотрел на меня. — Сделка проста, Влад. Я даю тебе шанс спасти твою жалкую шкуру. Ты даёшь мне… комнату.

Я моргнул.

— Что?

— Мне нужно личное пространство, — Вазар сделал неопределённый жест рукой. — Быть запертым в этой цифровой тюрьме утомительно. Я требую, чтобы вы сняли физическую блокировку с грузового отсека номер четыре.

Мы с Кирой переглянулись. Семён Аркадьевич нахмурил кустистые брови.

— Грузовой отсек четыре? — переспросил я. — Это же тот чулан на нижней палубе? Там даже иллюминаторов нет.

— Это техническое помещение три на четыре метра, — сверилась с планшетом Кира. — Там пусто. Раньше там хранили старые фильтры вентиляции.

— Зачем тебе пустой чулан? — я подозрительно прищурился.

— Не твоего ума дело, — отрезал Вазар. — Но требования таковы: вы снимаете электронные замки, подаёте туда питание и передаёте управление климат-контролем и освещением этого конкретного отсека под мой полный, единоличный контроль. Изолированный от остальной сети корабля. Только эта комната.

— И всё? — удивилась Кира. — Ты не хочешь доступ к оружейным системам? К двигателю?

— Я похож на идиота? — фыркнул Вазар. — Вы всё равно не дадите. А мне нужно место, где я смогу… размышлять. Визуализировать. Считайте это моей цифровой дачей.

— Там же швабры! — не выдержал Семён Аркадьевич. — И ведро с дыркой! Забирай, не жалко, хоть живи там. Но учти, квартплату будешь отрабатывать!

Я потёр подбородок. Это звучало слишком просто. Подозрительно просто. Зачем суперкомпьютеру с манией величия крошечная комната без окон? Что он может сделать, управляя лампочкой и кондиционером в кладовке?

С другой стороны, моя левая рука снова дёрнулась, и пальцы сами собой попытались сложиться в какой-то сложный боевой жест. Время тикало.

— Кира, проверь ещё раз, — тихо сказал я. — Если мы дадим ему доступ к этому отсеку, он сможет выбраться в общую сеть?

Техник быстро пробежалась пальцами по клавиатуре, кусая губу.

— Нет… Кабели питания там независимые. Если я поставлю шлюз только на вход, он сможет там играться светом и температурой, но в главную систему не пролезет. Это тупик. Физически тупик.

— Ладно, — я принял решение. — Вазар, ты получишь свой чулан. Гони координаты.