думаю о нем, пытаясь очертить его лицо в своей памяти. Ощущение тепла его рук, когда они обнимали меня в тот ужасный день две недели назад.

— Я не уверена, что понимаю, — соврала я.

Протянув руку ко мне, он скользнул рукой по моей. Я сначала застыла неуверенно, а затем расслабила кончики пальцев от его прикосновения. Моя кожа шипела под поверхностью, как будто я окунала пальцы в только что налитое пиво. Его пальцы соскользнули с моих на мою ладонь, и это было почти невыносимо.

В самом деле, я не доверяла ни одному мужчине настолько, чтобы принять его в любовники до Чарли, но это было намного сильнее, чем должно было быть.

Я почти ослабла, хотя мы не прошли и десяти минут по лесу.

— Как думаешь, если здесь? — спросил он, когда мы остановились.

Его рука осталась в моей, и мне пришлось бороться, чтобы отвлечься от того, насколько приятным был этот контакт.

Я огляделась и кивнула.

— Выглядит хорошо.

Мы были на небольшой поляне; Луна была окружена ореолом высоких деревьев, тянувшихся к ней.

— Почему ты не можешь вырастить их посевы? Я видел, как ты выращивала разные травы, — спросил он.

Его глаза пристально смотрели на мое лицо, я могла видеть их отражение в лунном свете, как глаза любого волка. Такие моменты напомнили мне, кем он был, но я перестала этого бояться. Информация, которую я узнала о перевертышах, была неверной. Он был добрым, умным и терпеливым.

Почему я поверила человеческим историям о них, когда они так ошибались насчет ведьм?

— Если растения прорастут в одночасье, они узнают, что использовалась магия, и откажутся есть ее, — объяснила я.

— Ах, люди глупы, — вздохнул он.

Я покачала головой.

— Ты прав. С дождем они, по крайней мере, могут поверить, что проклявшая их ведьма ушла, и им больше не придется охотиться.

— Я думал, что большинство ведьм хороши только в одном.

Я обдумала свой ответ и пожала плечами.

— У меня никогда не было проблем с тем, чтобы творить какую-либо магию, которую я хотела, кроме случаев, когда это противоречит законам природы, — объяснила я. — У меня никогда в жизни не было ни царапины, ни ожога, которые я не могла бы залечить.

— В детстве это спасло бы меня от многих переломов, — засмеялся он. — Жаль, что ведьмы не могут быть врачами.

— Жаль, — согласилась я.

Медленно и осторожно я отпустила его руку и подняла ладони к небу.

Я чувствовала, как мой белый свет соответствует луне, поднимается из меня и танцует в свете звезд. Глубокий вздох рядом со мной отвлек меня на мгновение, заставив меня немного стесняться своей магии, но я продолжила.

Дождь.

Поначалу вокруг нас танцевал сверкающий белый туман, покрывая нас так плотно, что я не была уверена, что Чарли все еще был рядом со мной, пока не почувствовала, что его рука коснулась моей поясницы. Нажимая, я подняла туман и сгустила его, пока не почувствовала, как он грохочет голодным громом. Пройдя дальше, он поднялся, пока мы снова не вышли на открытый воздух, и верхушки деревьев отсырели.

— Эдит, — мое имя в его голосе звучало как похвала.

В моей груди росла гордость, и я подняла туман выше. Он закручивался и кружился, растягиваясь все толще и дальше. Луна гордо сидела в открытом кольце в центре, пока даже оно не заполнилось слоями искрящихся облаков. Я могла чувствовать свет внутри меня, могла чувствовать, как он умоляет меня выпустить и наказать тех жителей деревни. Зачем им есть после всего, что они сделали? Почему у них должен быть счастливый конец после убийства моей подруги?

Теплая ладонь Чарли на моей спине заземлила меня, и я проглотила эту огненную молнию.

Гром прокатился по облакам, и я уронила руки по бокам. Теперь было темно, почти как смоль, но наши глаза привыкли к этому.

Вода начала падать.

Взволнованная и успокоившаяся, я вскрикнула от радости, когда почувствовала, как первые капли дождя упали на мою кожу.

— Сработало! — ахнула я.

— Ты невероятна! — Чарли обрадовался.

Не задумываясь, просто чувствуя, как гром и дождь разливаются по моему сердцу, я наклонила его лицо ко мне и поцеловала. Он притянул меня ближе к себе, крепко обвил руками мою талию, и мы потерялись в ощущениях. Его губы были такими теплыми и мягкими по сравнению с моими, когда он приоткрыл губы и наклонил голову, чтобы углубить поцелуй, я хотела все, что он мог дать.

Дождь пропитал нас, поливая ведрами и смывая грехи города, и все, что меня волновало, это его вкус на моем языке.

Мне больше ничего не нужно.

Глава 6

Эдит

К тому времени, как мы добрались до моей квартиры, мы промокли до костей.

Я попыталась зажечь лампу в темноте, но как только мы увидели свет ее пламени, мне захотелось рассмеяться. Мое платье темно-синего цвета, которое я надела для прогулки по лесу, цеплялось за каждый дюйм кожи, к которому оно могло прикоснуться. Его одежда облегала его тело и обнажала мышцы, которые я увидела в первый день нашей встречи.

Я мерзла, за исключением того, что его рука согревала мою ладонь.

Чарли выглядел так, будто собирался сказать что-то, будто он уже решился, и пытался придумать слова. Я чувствовал себя нетерпеливой, нуждающейся и в отчаянии, чтобы избавиться от этой промокшей одежды. Поднявшись на цыпочки, я обняла его за широкие плечи и поцеловала. Он был таким же электрическим и ярким, как и в лесу. Обе его руки коснулись моей спины, и Чарли наклонился, чтобы поцеловать меня, обнимая. Я могла бы взорваться от того, как хорошо это было.

Как это было правильно.

Он знал меня, понимал меня как человека, а не только как ведьму или медсестру, он хотел узнать обо мне больше.

Вместо того чтобы уклоняться или бояться наших разногласий, он снова и снова доказывал, что хочет меня в своей жизни. Чарли мог уйти после смерти отца. Я бы не стала его винить.

Он остался со мной.

Слово «любовь» было похоже на рыбу в глубоком колодце. Я еще не была готова поднять его на поверхность, но не возражала, наблюдая, как оно скользит и извивается. Что-то было в нем таким правильным после того, как в его жизни все было плохо.

Он мне нужен.

— Мое платье, — пробормотала я.

Это была не просьба, это было разрешение. Я не могла просить его о том, чего хотела. Я была бы унижена, но я могла