– Мы постоянно находим выброшенную одежду: разрезанные колготки, женские вещи – кто-то выезжал в глушь, использовал их и оставил там. Иногда – порнографию. И кое-что попадалось совсем рядом с нашими местами. Но это обычная порнуха, не связанная с убийствами. Может ли такое его интересовать?

– Может, – сказал Тед, снова звуча так, будто говорит о себе. – Я не считаю его одномерным. В сексуальном плане у него, вероятно, несколько уровней. Нельзя исключать, что у него были какие-то обычные отношения, что он может быть как одиночкой, так и женатым. Он может возбуждаться от мейнстримной порнографии – «Плейбоя» или чего-то такого. Но он давно перешел эту грань. Насильственная смерть – часть его фантазии. И хотя вы находите одежду и журналы возле тел, это не значит, что именно это его туда привело. Люди просто выбрасывают мусор где попало. Такие находки ничего не значат… если только они не лежали прямо на теле.

Эта оговорка сразу насторожила меня. Он снова говорил о своих некрофильских фантазиях?

– Что в этом было бы значительного? – спросил я.

Тед снова уклонился от ответа:

– Не знаю. Зависит от предмета. Если это оставил сам убийца – тогда надо понять, что именно он оставил.

Потайные влечения

Я решил подойти к этой теме с другого края.

– Допустим, есть много тел, где вы ничего не находите или не можете определить, что оставлено намеренно, – сказал я. – Но есть одно, где явно что-то остав-лено с расчетом. Как будто: «смотри, что я оставил для тебя».

Тед задумался и начал рассуждать вслух:

– Ммм… Может, он оставил это не для вас, а для себя. Если это важно для вас, он мог получить от этого удовольствие и возвращаться, чтобы посмотреть снова.

– Видите какой-то религиозный аспект во всем этом? – спросил Дейв Райхерт. Возможно, Ривермен считал, что делает «правильное дело», или получал смысл в охоте на проституток и беглянок.

Тед сказал, что однажды задумывался, не был ли Ривермен чем-то вроде «человека, избавляющего общество от грязи».

– Честно, я так не думаю.

Тед говорил лекционно, но одновременно проявлял опыт профессионального убийцы, точно понимая мотивы, стоявшие за оставленными жертвами. Казалось, он осознавал, что мы понимаем: он сексуально манипулировал телами после убийства, и это не вызывало у него раскаяния. Его взгляд на Ривермена был почти интимным – в этом человеке он видел отражение себя, своих собственных убийств, узнавал те же паттерны насилия и извращенного контроля, что и в своих действиях.

– Если при осмотре тел вы видите признаки сексуального изуродования, – начал он, – это явно не случай и не «общественное благо». Если бы он был альтруистом, он просто убивал бы их и сбрасывал тела где-нибудь. Но эти убийства – нечто большее. Он получает удовлетворение от контроля и реализации своих фантазий на месте преступления.

– Что бы вы сказали об увечьях? – поинтересовался Дейв, не подозревая, поскольку не расследовал его дела, что Тед был настоящим мастером увечий.

Я знал, больше, чем кто-либо, кроме самого Теда, об уровне сексуального извращения, в котором утопал Банди, и потому сидел, завороженный сценарием, который разворачивал перед нами Тед.

– Ну, если он действительно насилует жертв и калечит их каким-то образом, я сомневаюсь, что жертвы выбраны ради «очищения» общества, – ответил Тед, повторяя мысль, чтобы мы точно поняли. – Здесь все переплетено: сексуальные побуждения, желание унизить и причинить вред, чувство власти над жертвой. Он выбирает их не только из-за того, что они доступны или уязвимы, но потому что на них он может реализовать свои зацикленные фантазии, которые выходят далеко за пределы восприятия их как просто молодых женщин. Если он находит способ повторять это снова и снова без риска быть пойманным, он будет это делать. С точки зрения мотивации, это не проявление гнева, морали или «миссии», а стремление к контролю и реализации своих извращенных желаний. Он продолжит это делать. Не представляю, чтобы он остановился.

Дейв, как обычно, углубился в спекуляции:

– Говорят, что жертвы сбрасываются в реку как будто для крещения…

На самом деле он проверял реакцию Банди с другого угла. Тед с комическим недоверием покачал головой и ответил:

– Нет, совсем не так. По моему мнению, этот парень – простой человек, который получает удовлетворение от жестоких убийств и сексуального насилия, полностью погружаясь в процесс. Почему он это делает – кто знает. Возможно, причины разные. Думаю, он сбрасывал тела в Грин-Ривер, потому что думал, что их не найдут. Но когда тела находили, он просто менял тактику. Все очень просто.

Дневники серийных убийц

– Известно, что некоторые убийцы вели записи или оставляли себе вещи в память о жертвах, – спросил Дейв. – Вы думаете, Ривермен делал так же?

Немного поразмыслив, Тед ответил:

– Я понимаю, о чем вы. Да. За эти годы у меня была возможность, которая, я уверен, была и у вас, прочитать о случаях, когда у человека, обвиняемого в убийствах, проверяли вещи. Некоторые это делали. Газетные статьи на стене и все такое. Но Ривермен – не человек, ищущий сенсацию. Он осторожен и прагматичен, не стремится привлечь к себе внимание, как Сын Сэма. Если что-то и хранит, то наверняка очень мало: может, пару сувениров, одежду, может, фото – не целую коллекцию. Сам я бы не стал. Скорее всего он действует быстро: подбирает, использует, избавляется. Единственное, что я не исключаю, смотря на ваш список – он мог опрашивать некоторых жертв, чтобы выяснить имена других проституток. Возможно, именно поэтому я, например, ухожу от этого вопроса.

Зная, что Тед собирается затронуть тему, которую мы уже обсуждали с членами оперативной группы, Дейв мягко подбодрил Теда. И Тед продолжил:

– Возможно, именно поэтому у вас складывается такая картина: в один день вы находите тело Синтии Хайндс, в другой – Опал Миллс. Может быть, он допросил Хайндс перед тем, как убить ее, узнал имена других женщин в районе и потом пошел по этим наводкам. В любом случае, я бы усомнился, что он стал бы хранить у себя что-то заметное или крупное. Если он и оставляет какую-то память о жертве, то, скорее всего, это минимум – пара предметов или фото, ничего, что привлекло бы внимание. Так что многое из этого – лишь предположения. На вашем месте я бы думал о возможностях работы с уже найденными местами захоронений и с теми, что вы можете обнаружить впредь. И если вы все-таки наткнетесь на такое место, настоятельно рекомендую организовать его защиту