Глава 18

Разговоры друзей слушал вполуха. В голове засела фраза принца о том, чтобы я беспокоился лучше о своей жене. Просто попытка сострить в ответ? Или угроза? Да нет, бред. У ящеров отсутствует возможность действовать или проводить хоть какие-то операции на Земле. Тем более сейчас. Иначе бы это давно хоть как-то да проявилось. Или я чего-то не знаю?

А ещё… ещё меня не отпускал тот факт, что они знали о нашем прибытии. Знали и совсем не переживали о безопасности дворца и принца в частности! Что это? Абсолютная уверенность в своих силах, как расовая черта? Или пренебрежение возможностями слаборазвитой расы? Хотел бы я узнать ответы на эти вопросы…

«Портал готов, господин. Спасённых людей переправлять на Землю?» — прозвучал в моей голове голос Кали.

К моему стыду, из мозгов напрочь вылетело, что параллельно нашим переговорам с Гротом должна была пройти операция по вызволению землян из плена ящеров. Бесам я намеренно приказал, чтобы если всё пройдёт по плану и без происшествий, они не отвлекали меня лишними докладами, до тех пор пока мы не покинем дворец. Так и вышло.

«Нас сначала на борт перенесите. Уже можно. Повязки пленникам на глаза надели?» — на всякий случай уточнил я, хотя и так понимал, что подобную важную мелочь Кали бы не позволила тёмным забыть.

«Да, господин. Но это их напугало».

В следующий миг мир мигнул и наша четвёрка растворилась в пространстве. Да, одержимого ящера оставлять во дворце я был не намерен — с ним пришли, с ним же ушли.

Оказавшись в не очень просторной кабине мусорного бота, мы с друзьями переглянулись.

— Пленники спасены? — также запоздало вспомнил о них Степан, на что я лишь молча махнул рукой, предлагая ребятам идти следом.

Людей перенесли и усадили в грузовой отсек захваченного моими демонами корабля. И бесовка была действительно права: наличие повязок на глазах отнюдь никак не способствовало проявлению на лицах пленников радости от освобождения. Впрочем, уже скоро всё закончится, и я отпущу их на свободу.

— Господа, — привлекая внимание голосом, нарушил я напряженную тишину в отсеке, — понимаю, все нервничают, но бояться нечего. Мы вас спасли, скоро доставим на Землю и передадим службе безопасности Российской Империи для оказания вам положенной помощи и отправки домой. Повязки — мера вынужденная и временная. Прошу потерпеть.

— Кто вы такие? Зачем… — на разный лад донеслось от пленников, но мне было отнюдь не до разговоров.

— Всё позже, — отрезал я. — Скоро всё закончится.

Наверное, закрывать им глаза было не совсем обязательно, но я понимал, что этих людей будут много раз допрашивать. Сначала ИСБ-шники, затем, по прибытию на место жительства, наверняка заинтересуются и княжеские безопасники, если, конечно, тут есть те, кто не из столицы. Поэтому лишних деталей произошедшего спасения им знать необязательно.

— Если все меня услышали, то осторожно поднимаемся на ноги и следуем, куда направят. Мамочка, держи дитя крепко, но не передави — впереди будет портал, — всё-таки решил уточнить я, и следом, немного помешкав, произнёс: — Или давай его лучше сюда. На той стороне верну. Не бойся.

На этих словах протянул руки к ребёнку и попытался забрать, но та немного заупрямилась.

— Обещаю вернуть через минуту, — как можно более спокойным голосом добавил я, и женщина всё же поддалась.

Настаивал лишь потому, что действительно переживал за малыша — мало ли как дёрнется его мать во время перемещения или после? Банально даже споткнётся если, и то может нехорошо получиться…

— Не тронь ребёнка! — внезапно взревел сбоку кто-то мужским голосом, и следом же я почувствовал как меня вполне ощутимо попытались заграбастать щупальца чужой силы.

Среагировали все моментально. Я просто отмахнулся от попытки его воздействий, тогда как Степан с Максимом в секунду повалили мужчину с ног и уткнули лбом в металлический пол корабля. Всё так же, телекинезом. Повязку с глаз, к слову, он каким-то образом умудрился сорвать.

Очередная волна напряжения прошлась по жавшимся друг к другу пленникам. Я уже и пожалел о своих мерах предосторожности, но на эмоции всё же не поддался — всё как надо делаю. Ничего страшного, перетерпят.

— Всем успокоиться, — вновь мягким голосом постарался проговорить я, и, приблизившись, очевидно, к отцу ребёнка добавил: — Не нервничай. Я же обещал отдать. Не тупи.

Последняя фраза сначала сбила человека с толку, а затем он шумно выдохнул и обмяк. Видать догадался, что давать пустые обещания, за которые одарённый может пострадать, мне нет никакого резона, и успокоился. Следом мужчине вновь надели повязку на глаза и подняли на ноги. А ещё я для себя отметил, что этот человек — один из немногих попавших в плен одарённых. Может даже и единственный.

На этом, собственно, наши с друзьями приключения на Талааксе на ближайшее время и закончились. Демоны провели под руку каждого пленника через мерцающую арку, а следом прошли и мы с товарищами. Мать с отцом ребёнка придержал возле себя — чтобы меньше нервничали. В итоге мы вошли в портал последними.

Каково же было моё удивление, когда, оказавшись на другой стороне, я сразу же встретился взглядом с Алисой. Увиденное заставило меня вздрогнуть. Вокруг всё во льду, изо рта идёт пар, глаза жены испуганные хуже некуда.

По спине пробежали мурашки.

— Ва-а-а-а! — раздался плач ребёнка на моих руках.

— Лёша… — растерянно произнесла девушка, придерживаясь за живот. Я обнаружил её сидевшей прямо на полу возле стены. — Напали… невидимки…

— Что случилось⁈ — спешно отдав ребёнка матери, бросился я к супруге, на ходу отмечая, что та вся в крови!

— Напали… — лишь повторила она и устало прикрыла веки. Будто наконец чего-то дождалась, и теперь можно позволить себе расслабиться.

— Нет, нет, нет! Не смей закрывать глаза! — прокричал я, тормоша девушку и не давая ей погрузиться в сон. Параллельно спешно осматривал тело жены, пытаясь найти на пышном тёмном платье следы ранений. Но куда там! Всё в крови, ничего не понятно! — Алиса, я… — в этот момент в голову ворвалась, казалось бы, спасительная мысль! — Надо впустить внутрь демоницу. Она придержит раны до прибытия помощи.

— Нет. Я не могу, — твёрдо и решительно качнула головой супруга, и я едва не взвыл от отчаяния.

Нашла время упорствовать! Но что ей