Веспер не стала дожидаться ответа. Опустилась на пол, тоже склонившись над юношей, обхватила ладонями его виски.

– Давай же посмотрим, как он здесь оказался… – промурлыкала она.

Вампирша прикрыла веки, и с минуту ничего не происходило. Затем губы Веспер тронула улыбка, она довольно протянула:

– О, а он много успел повидать, этот желторотый юнец. Столько воспоминаний, столько образов… Был и солдатом, и кузнецом, и даже бродячим музыкантом. – По лицу Веспер пробежала тень. – Пришел сюда вместо своей сестры, проданный мачехой, – вампирша усмехнулась. – Ох уж эта жертвенность…

– Где сейчас его сестра? – обеспокоенно спросила Ева.

Вампирша поджала губы.

– Тебе действительно так хочется знать? – Она раздраженно покосилась на девушку. – Не очень-то она была хорошенькая. Здесь таких долго не держат.

Веспер снова склонилась над юношей, и лицо ее смягчилось.

– А вот он красивый…

Вампирша коснулась его бровей, медленно провела подушечкой пальца по спинке прямого носа, тронула даже во сне плотно сжатые губы.

– Пошла бы за ним? – спросила вдруг Веспер.

– Куда? – не поняла Ева.

– Куда угодно, – ответила вампирша, гладя спящего юношу по голове, – куда глаза глядят. За такими готовы пойти многие. Но и они отплатят тем же.

– Глупости. –  Ева покачала головой. – Он просто израненный человек. Ему нужна моя помощь, и только.

Вампирша усмехнулась, будто слова девушки прозвучали неубедительно.

– Зато никаких вампиров и вечного мрака, – проговорила она. – К мраку быстро привыкаешь, когда ты вампир. И от него сходишь с ума, когда остаешься человеком.

Ева нахмурилась:

– Меня устраивает жизнь здесь, никакой мрак меня с ума не сводит. – Она поднялась на затекшие ноги, устало вздохнула. – Мне нужно проверить еще несколько человек.

Ева направилась к котлу, чтобы набрать свежего отвара трав и тут же столкнулась с Милтосом.

– Не разговаривай с ней, – тихо проговорил рыжий. – Не разговаривай с этой ведьмой. А лучше иди спать. Ты выглядишь отвратительно.

Он скривился, окидывая Еву взглядом с головы до пят. Самый молодой из братьев сам все еще смотрелся неважно после долгого сна, в которое его погрузило зелье Альбы, и болезненного паралича, наведенного серебряными кинжалами Атрея. Такое количество людей вокруг и запах их крови постоянно держали Милтоса в напряжении. К тому же рассветные лучи вот-вот должны были забрезжить на горизонте, и ему ужасно хотелось укрыться от них куда-нибудь подальше.

– А как же все эти люди? – Ева оглянулась на ряды бывших узников.

– Лучше подумай о себе, – ответил Милтос. – К тому же дьяволица тоже может прекрасно справляться с обязанностями лекаря. Веспер способна не спать днем, и, пока Торн держит ее в узде, она будет помогать нам. – Рыжий аккуратно потянул Еву за руку, уводя к выходу. – Идем. Поверь мне, никто без тебя не умрет. Тем более подумай об Астэс. Ей ты нужна не меньше.

Ева вздохнула. Милтос был прав. Оставаясь без сна почти сутки, она валилась с ног.

– Ладно, – ответила девушка. – Нужно предупредить Торна.

– О том не беспокойся, – махнул рукой Милтос. – Я найду его, а ты ступай. – Он по-мальчишески склонил набок голову и, подцепив подбородок девушки, улыбнулся. – Увидимся вечером.

Дождавшись, когда она вымученно улыбнется в ответ, вампир отпустил ее. Ева проводила его усталым взглядом, пока он не скрылся в пролете ведущей вниз лестницы, и стала подниматься наверх, в свои покои, которые теперь занимала вместе с Астэс.

Уже отворив дверь, Ева поняла, что потеряла нечто важное. Ожерелье из ягод морозника.

Еще вчера Альба вымочила их в чесночном соке и, немного поколдовав над ними, выдала своим юным подопечным по связке. «Мы все-таки в вампирском замке, – сказала она. – И пусть Торн теперь занимает трон, и им, и этими стенами владеет мрак, а во тьме гуляют чудовища. Мы должны уметь защитить себя».

Она завязала нитки на шее Евы и Астэс и велела носить не снимая.

Но сейчас Ева, пошарив ладонью, поняла, что под воротом блузки их нет. Должно быть, поглощенная заботами, Ева забылась и случайно сняла их. А может, обронила на лестнице.

Проверив, что Астэс мирно спит в своей постели, Ева решила вернуться. Однако стоило ей выйти из комнаты, как пропажа нашлась.

– Интересно, старуха действительно думает, что такая безделушка могла бы меня остановить?

Веспер сидела на подоконнике, грациозная, как кошка. Рассветные лучи подсвечивали ее прекрасный профиль и роскошные волосы. В руках вампирша держала порванное ожерелье из морозника.

Ева осторожно закрыла за собой дверь, прижалась к ней спиной, словно защищая спящую внутри Астэс, и замерла, не зная, чего ждать от вампирши.

– Чего тебе нужно? – спросила она.

– Мне? – удивилась Веспер и состроила сердитую гримасу. – Что тебе нужно?

Она медленно спрыгнула с подоконника и подошла к Еве.

– Какого дьявола ты вмешалась? Зачем все испортила? – ядовито прошипела она. – Чего тебе не сиделось дома? Зачем ты забрала его?

– Я не понимаю, о чем ты, – проговорила Ева.

Эти слова взбесили Веспер. Она взвилась, словно к ее спине приложили раскаленный уголь.

– Ах, не понимаешь?!

Веспер приблизилась вплотную и вцепилась в ее волосы. Ева обхватила руки вампирши, пытаясь разжать цепкие пальцы, но стальная хватка той была сильнее челюстей льва.

Вампирша дернула Еву вниз, подхватила и, пронесясь с ней по всему коридору, вжала в оконное стекло. Деревянные створки распахнулись, впуская сырой воздух внутрь. Ева охнула, по пояс вывалившись в окно. От падения ее удерживала лишь рука Веспер. Вцепившись в горло и волосы девушки, вампирша клонила ее вниз, заставляя посмотреть на землю и ужаснуться высоте, открывшейся перед ними.

– А хочешь, – Веспер склонилась к уху Евы, – хочешь, я сделаю тебя такой же, как я? Будешь нашей сестрой. Моей названой дочкой. – Она хихикнула и зашептала: – Ведь я могу убить тебя прямо сейчас, выпить досуха и скинуть, опустошенную, в грязь. Никто и не узнает… Ты просто не представляешь, каких усилий стоит каждому из нас сдерживать себя, чтобы не съесть твою плоть. Не испытываешь капли благодарности за то, что еще дышишь. За то, что тебе позволено быть живой!

Веспер толкнула Еву, и та почувствовала, что вот-вот упадет. Из горла вырвался хриплый крик, мир опасно качнулся перед глазами.

– Ева! – голос раскатом грома пронесся по коридору.

Тут же хватка вампирши ослабла, и чьи-то руки втащили Еву назад, поставили на пол и обняли, защищая.

– Торн… – Ева вжалась в вампира, уткнулась в его рубашку, дрожа, как осенний листок.

Веспер тут же попыталась сбежать, скрывшись в тенях.

– Стоять! – рыкнул Торн.

Из его рта вырвался клубок тьмы, подобный когтю, мгновенно нагнал убегающую вампиршу, обвился вокруг