изучали в лабораториях год назад. Мне тогда ещё запала эта новость в память, но потом я об этом как-то позабыл, больше новостей об этом не было, да я и не искал.

Выходит, смерть придёт к нам из космоса…?

21. Корица и ксеносы

Срочное собрание было назначено в офисе. Михаил лично разослал всем в группе сообщения о том, что необходимо встретиться и начинать работать прямо сейчас в связи со сложившимися обстоятельствами.

Едва шеф положил трубку, как мы с Мартой начали собираться. Наспех перекусили чаем с купленным тортом и вызвали транспорт на двоих.

На крыльце как всегда сидела Саша. Только в руках сегодня было не пиво, а персиковый чай. Она сделала несколько глотков, затем протянула в мою сторону:

— Будешь? — спросила она вместо приветствия.

— Пошли уже. Много народу собралось?

— Эла проснулась. Ну и оно тоже у себя в комнате.

— Оно? — уточнила Марта.

— Миттани. Не обращай внимания, — отмахнулся я.

— Есть кто-то, кто может вывести её из себя? У неё следует поучиться, — заметила Марта.

— Ага-ага, пробуйте. Кстати, вас обоих шеф просил сразу к себе, не дожидаясь толпы.

Я кивнул и вошёл в здание.

Прошёлся по коридору и свернул налево, в офис.

Дверь шефа была открыта. Я подошёл к ней и хотел было постучать, но Михаил заметил меня раньше и окликнул:

— О, Полярис! Марта! Наконец-то. Как вы уже поняли, у нас проблемы.

— Не рановато ли для кризиса? — спросил я.

— Это ещё не он. Третьего у нас начинается рабочий год. Четвёртого будет ровно год до конца света. Это космическое недоразумение будет лететь ещё долго.

— Значит, это просто маркер? Хорошо, и что нам тогда полагается делать? И причём здесь хаос и пропавший стиратель?

— Забудь, это была просто теория. Не я придумал эту охоту. Стирателя нельзя спрятать под подушкой. Аура перед выбросом должна была накрыть город.

— Правда? — спросил я, напрягшись.

— Уже не важно. Зря только дёрнули всех. Но сейчас у нас работа другого рода.

— Даже не представляю, как нам сражаться против инопланетной хтони.

— Вот об этом я и хотел поговорить. Работы у нас много, причём для каждого. Нам нужно подготовить население к инопланетному вторжению.

— Каким образом? — спросил я. Хотя он и раньше упоминал о подобном, да и я сам идею поддерживал двумя руками.

— Вечные уже начали. У нас большая свобода пропихивать нужные нам законы, а ресурсы здесь общедоступны. Сейчас по городу уже работают наши стрелковые клубы. Специалисты пустили на форумах слух, что умение обращаться с оружием переходит в игру и можно качаться даже без доступа в эфир. Это, кстати, правда.

— Ну, это немного. Там только фанаты рейтингов будут, а не массовые игроки.

— Это понятно. Просто один из уже реализованных проектов. Завтра запускается новая революционная игра с полным погружением. Называется «Вторжение». Смекаешь, к чему я?

— Симуляция нападения, — кивнул я.

— Да. Они, конечно, потом будут говорить что это мы беду накликали, — сказал Миша, — Но когда придёт время, эти знания им очень помогут. В идеале бы вообще сделать так, чтобы они перепутали реальность с игрой и вместо ступора пошли отстреливать ксеносов.

— Звучит слишком фантастично, — ответил я. — Местные патологические пацифисты. У каждого над головой висит коэффициент эмпатии и страх получить пометку психопата.

— Знаю, я здесь дольше тебя варюсь. Этот план отчасти моя заслуга. Нужно выработать условный рефлекс. Среди программистов наши люди. Эта игра будет одной сплошной школой выживания с учётом опыта разнообразных кризисов в техногенных эхо.

— Тогда здорово. А в чём наша работа?

— Время в эфире лучше тратить там. Особенно тебе, Полярис. Все, у кого высокий уровень инкарнации должны периодически туда заходить. Так мы сможем усилить приток пользователей. Добавим ещё рекламы и будем продвигать…

— У меня всего лишь четвёртый уровень, — заметил я.

— Нужны все. Мотивируй местных своим примером, да и своих всех своди. Есть негласное правило — что интересно высокой инкарнации, туда подтягивается и малая. Личные спрайты, простые жители, несуществующие — Город будет стараться нагнать публику чтобы создать побольше интересных событий вокруг высокой инкарнации.

— Несуществующие? — ухватился я за новый термин.

— Те, кто за городом и не имеет физического тела, — пояснила Марта. — Например люди из других городов, которых по факту не существует. Отсюда и название.

Я кивнул.

— И вам это отличная тренировка перед настоящим вторжением, — добавил Михаил. — Мы сделали упор на максимальный реализм. От игры там будет только система и рейтинг.

— Хорошо. Это всё?

— Нет, конечно. Это подработка в эфире. Настоящее дело в том, что нам нужны свои люди в военных и охранных структурах колонии. Мы уже обсудили положение с планетарной администрацией. Сейчас нанимаются добровольцы за часы в эфире. Их усиленно тренируют и готовят якобы для игры, но это основа нашей будущей армии. Я закреплю за тобой пару боевых групп ополчения. Чуть позже я представлю тебя им. Учите тактику боя против порождений хаоса. Марта, это относится в первую очередь к тебе, донеси до всех, как сражаться с ними.

— А мы уже знаем кто наш враг? Разве там не инопланетяне? — спросил я.

В ответ Миша наклонился, открыл стол и бросил на него сверху горсть распечатанных снимков.

На каждом были изображены червеобразные монстры, напоминавшие дождевых червей, согрешивших с колорадским жуком в Чернобыльской зоне отчуждения.

— Ланцеты, — повторил я название существ из новостей.

— Да, — кивнул Михаил. — Пока что это догадка, но её можно считать уже почти правдой. Мы с коллегами долго думали, почему уровень эхо так чудовищно огромен, но мы получили такой вменяемый мир.

— А как же альтернативная психология, утопия, пацифизм и запредельное развитие науки? — удивился я.

— Я тоже так думал, но… на четырёхсотом должны ставиться под сомнения законы здравого смысла. Помню на одном из таких был мир Алисы в Зазеркалье, в самой психоделичной интерпретации. Мы долго об этом думали и пришли к мысли, что эффект эхо будет касаться наших врагов. Они станут главным маркером искажения.

— Поясни, — нахмурился я.

— На самом деле, мы понятия не имеем, какими способностями они обладают. В игре они будут меняться согласно всему тому,