если есть документы. Ты ж, вроде, к нам на буровые нанялся.

— Документы есть.

— Так что, берёшь в долг?

— Беру, — вдруг соглашается геодезист.

Продавец даже обрадовался, кажется, быстро достаёт из-под прилавка толстенную книгу, раскрывает её. Забирает у Горохова удостоверение и начинает записывать его имя в книгу.

Сделал всё быстро и, возвращая удостоверение, сказал:

— Десятого числа у вас аванс, отдашь рубль десять, если не отдашь десятого, двадцать пятого отдашь рубль двадцать. После двух рублей проценты будут начисляться на проценты. Постарайся вернуть вовремя.

Теперь он был доволен, куда-то скука его подевалась, сообщал все условия весело, всё объяснял и пододвинул Горохову книгу:

— Распишись.

— Что-то проценты у вас не милосердные. — Он стал читать всё, что было написано напротив его имени.

— Ты берёшь или не берёшь? — пацану снова становилось скучно.

— Беру-беру, — сказал геодезист, расписываясь в книге.

Пацан спрятал книгу под прилавок:

— Не забудь вовремя рассчитаться.

— А если забуду? — на всякий случай уточнил Горохов, пряча флакон в левый карман.

— Лучше не забывай, — сказал пацан и в его голосе, в его ухмылке, появилось что-то мерзкое, весьма похожее на угрозу.

— Постараюсь не забыть. — Сказал Горохов и вышел на улицу.

До открытия банка ещё много времени. К тому же Людмила явно не была самым пунктуальным банковским клерком. Но на всякий случай он решил дёрнуть ручку входной двери. И не ошибся, дверь открылась. Горохов удивился и вошёл. А вот то, что Людмила впустила его в операционный зал, не заставив разоружиться предварительно, его совсем не удивило. Она была взволнована. Сама вышла ему на встречу из-за своего толстого стекла.

— Вот! — Она подошла к восточной стене и для убедительности похлопала по ней. — С этой стороны вы подойдёте.

— Хорошо, подойдём с этой стороны, — спокойно согласился Горохов.

— Подойдёте? Так вы точно не сможете всё сделать один?

— Не уверен, что смогу сработать сам. Никогда не грабил банки, — признался он.

— Чем меньше людей знает о деле…

— Не волнуйтесь, как закончим дело, он сразу исчезнет.

— Исчезнет? — Она уставилась на него, смотрела в упор.

Он специально произнёс слово «исчезнет». Словечко-то со смыслом, с неприятным смыслом, а ему хотелось знать, как она отреагирует на это.

Людмила смотрела на него пару секунд, а потом сказала твёрдо:

— Ну, раз по-другому нельзя, пусть так и будет.

«А бабёнка-то с характером, согласна, значит, на «исчезновение» помощника. Лишь бы деньги получить. Молодец. Крепкая бабёнка, далеко пойдёт».

Он сделал нужные для себя выводы и потом спросил:

— Так инструменты, резак, лестница — будут?

— Всё будет, — сказал она. — Скажите, куда привезти, Бабкин привезёт, к ночи привезёт. И потом под утро заберёт всё обратно. Всё положит на место, никто и не подумает, что брали.

— О! — Горохов удивился. — Сам привезёт, сам увезёт. Любопытно, как вы с ним договорились? Ему придётся заплатить или… Или это будет маленькой женской тайной?

Людмила смотрит на него неодобрительно:

— Вы на что-то намекаете?

— Я просто спрашиваю.

— Мне не пришлось его долго уговаривать.

— Я в вас ни секунды не сомневался.

— Лучше смотрите, что нужно будет делать. — Она снова похлопала по стене.

— Я уже прикинул, как всё сделать. Я уже посмотрел на дверь в хранилище.

— Может быть, вы знаете, где провод сигнализации, что ведёт к посту дежурного?

— А вот это интересно, показывайте.

Она провела его за стойку, наклонилась и указала на провод, что шёл под ней:

— Перережете здесь, а потом здесь. Это питание. А это провод от источника бесперебойного питания…

«Чёрт, а ноги у неё почти идеальные. Чуть-чуть бы ей зада прибавить…Самую малость».

— Куда вы смотрите? — она прервала своё объяснение. Она явно недовольна. — Я вам сейчас рассказываю, что нужно делать, чтобы не сработала сигнализация… А вы…

— Я всё понял, сначала нужно перерезать провод к аккумуляторам, — говорит Горохов.

«Кстати, а откуда ты всё знаешь про сигнализацию?»

— Будьте внимательны, ночью меня с вами не будет, — говорит она серьёзно. — И, если вы откроет дверь, не обрезав сигнализацию, сюда явятся люди пристава.

— Извините, я просто засмотрелся.

Она взглянула на него очень серьёзно и сказала:

— Сделаете дело, и у вас будет возможность рассмотреть всё, как следует.

— Очень на это надеюсь, — сказал Горохов также серьёзно.

— Нужно всё сделать сегодня ночью, — продолжает Людмила. — Завтра может приехать Брин.

«Она, кажется, никогда не называет его мужем».

— И завтра же прибывает караван за водой.

— Караван будет завтра? — переспрашивает Горохов.

— Да, это точная информация. Водовозы уже в Александровске сегодня будут.

— Отлично, — говорит геодезист спокойно, — значит, грабим завтра в ночь. Приставу будет не до нас. Он уже готовится к приезду каравана. — Горохов стал объяснять ей: — Если пристав умный, а на вид он именно такой, он разгадает наш нехитрый ребус с ограблением на щелчок пальцев. Да учитывая то, что я пытаюсь отвести от нас подозрения. Он возьмёт вас и чуть надавит…

— Никуда он меня не возьмёт, — с вызовом сказал Людмила, — и ни на что не надавит.

Она сказала это так уверенно, что Горохов призадумался на секунду, а потом спросил:

— Это потому, что он человек Коли-оружейника, а Коля не против, чтобы мы ограбили Брина и Ахмеда?

Красавица поджала губы, скосила на него глаза неодобрительно. На такие провокационные вопросы она явно отвечать не собиралась.

— Всё равно будем грабить в ночь, когда придут водовозы. Тут будет суета, нам будет так легче, — принял решение Горохов.

— Я боюсь, муж приедет, — волновалась красавица. — Он первым делом придёт проверить, как дела в банке.

— Тем лучше, тем очевидней будет ваша непричастность. Я думаю, что в день приезда он не кинется тут же отвозить товар, он хотя бы переночует дома.

Она смотрела на него и не могла решиться, наконец, произнесла:

— Ладно, может быть, вы и правы, я просто не хочу упустить случай. Бабкин спрашивает, как вам передать инструменты? Куда пригнать квадроцикл. Он хочет, чтобы всё потом вернули ему. Ну… Сделали всё за ночь и вернули.

Геодезист опять подумал и потом сказал:

— Правильное решение. Завтра ночью пусть подгонит квадроцикл к водораспределительной станции, которая на восточной дороге. Пусть меня не ждёт, поставит машину и уйдёт. А до рассвета пусть опять придёт — всё вернём ему.

— Я прошу вас, будьте внимательны, накладок быть не должно… — со всей возможной серьёзностью сказала Людмила. — Иначе…

Горохов понимающе кивал. Он и сам знал, что будет иначе. Он прекрасно понимал, с кем имеет дело.

Тут в банк вошёл человек, остановился в тамбуре.

— Добрый день, — тут же ласково заговорила Людмила в микрофон. — Мы рады вас привставать в стенах Губахабанка.