Я был в таком восторге от всего происходящего со мной, что не мог сразу выразить чувства. Присутствие человека, который являлся главой тринадцати и был моим близким родственником, приводило в восхищение. Мне хотелось находиться с ним все время, иметь неразрывную связь, потому что любая пауза между нашими отношениями пугала меня.

И я ответил:

— Брат, со мной происходят лучшие моменты жизни. И я не хочу прекращать это.

Сжав мое плечо, Валентин улыбнулся:

— Ты прав. Лучшие.

— Мне нужна информация. Хочу получить ее от тебя.

— Да, конечно. Пройдем в мой кабинет, там есть необходимые условия.

В кабинете было темно и прохладно, мягкие кресла располагали к расслабленному состоянию, и мы погрузились в них друг против друга.

— Хочу узнать про руны, — начал я. — Они имеют какую-то силу, правда? Какое у них значение?

— Руны имеют большое значение в нашей жизни. Каждая несет за собой определенный смысл своей силы. Если соединить несколько символов, получим мощный знак. Мы этим активно пользуемся.

— Значит, та невидимая стена на нулевом этаже это защита руны, что там расположена?

— Точно, — кивнул Валентин. — Но она действует до получения красного доступа, теперь эта стена для тебя не существует.

— Руны это преграда для непосвященных?

— Мы расставляем их там, где нужно скрыть что-либо от посторонних. Допустим, вход, или предмет, или помещение. Там, где расположена руна, пройдет только имеющий красный доступ. Иные не смогут пройти, либо не увидят сокрытое.

Я вспомнил, как получил полный доступ и ничего не достиг, спотыкаясь на нулевом этаже и не понимая абсолютно ничего, о чем хотелось узнать. Мне были не видны двери, аппараты и комнаты, и все прошло впустую, целая неделя. Отсутствие красного доступа сделало из меня дурачка при усиленном поиске правды.

— Хорошо, это понятно, — задумчиво произнес я. — А что означают руны у братьев? У них есть знаки, теперь они мне видны.

— Это своего рода обозначение характера обладателя символа. Для более лучшего понятия тебе необходимо открыть значение каждой руны. Пойдем к панели, там будет легче объяснить.

Мы прошли в другую часть кабинета с большой доской-экраном, на которой Валентин нарисовал знаки.

— Расскажу о некоторых, поскольку все сразу ты не запомнишь. У каждой руны есть два положения, если руна стоит правильно, значение одно, если знак перевернуть — сила несет противоположное значение. Вот это руна Альгиз — создает невидимую защиту. Это Ансуз. Получение даров, мудрость, понимание. В перевернутом виде — ошибка, непонимание, иллюзия. Уруз — сила и мощь. Обратное положение забирает силу и волю, оборачивается против. И самая главная — Иса. Она одинакова во всех положениях. Это препятствие, замораживание и остановка всех процессов. В шестом отсеке тебя встретила смешанная руна: Альгиз, Ансуз, Уруз и Иса. Они наложены друг на друга для более сильного эффекта. Когда ты получил полный доступ от меня, я дал тебе возможность понять самому, что сам ты ничего не сможешь, потому что здесь не работают обычные законы людей. Ты натыкался на перевернутую Ансуз, отсюда иллюзии, ошибки и непонимание.

— Это так сложно и так просто, — сказал я, разглядывая знаки на экране. — И так интересно.

— Подойди сюда, — Валентин махнул рукой, входя в смежную комнату кабинета, где одна стена была зеркальная. — Посмотри на себя. Внимательно. Что видишь?

Оглядев себя, я не нашел ничего странного и пожал плечами.

— Внимательно, Марк. Постарайся.

Чтобы сконцентрироваться, пришлось закрыть глаза и подождать минуту, приводя в нужное состояние все органы чувств. Когда я открыл глаза, увидел на уровне своей груди знак, он был сложным, вероятно, смешанным.

— Что это? У меня тоже есть руна?

— Конечно, брат. Здесь Перт — руна посвящения и тайных знаний, кардинально меняющая сознание и внутренний мир. И Тейваз — знак воина, активного противоборства и смелости.

— Какое чудо… — прошептал я, пытаясь прикоснуться к своей руне, разглядывая ее в зеркале. — Почему это происходит со мной только сейчас…

— Потому что всему свое время, — ответил Валентин. — И теперь настало время для тебя.

После моего обучения, мы не разлучались ни на час. Шли дни, я совершенствовал свои силы и знания, чувствуя крепчайшую связь со своим братом, без которого теперь не мыслил существования.

Как-то Валентин решил тестировать мои умения и устроил проверку. Она заключалась в том, что все тринадцать братьев встали против меня одного. Мне показалось это интересным. Мы собрались в тестовом помещении, где братья образовали круг, в центре которого находился я.

Валентин сказал мне, когда буду готов, кивнуть ему. Я оглядел всех, снимая с каждого вибрацию, чтобы быть готовым настроиться на их энергетические потоки, затем закрыл глаза, приводя себя в рабочее состояние. Когда открыл, кивнул по договоренности и сразу почувствовал порыв воздуха.

Первыми начали братья Карповы. Дмитрий и Владимир сжимали пространство вокруг меня, создавали воронки и воздушные свищи, которые я активно удалял и деактивировал. Антон Седов запустил звуковую волну с потоками воздуха, но и с этим мне удалось справиться. Альбиносы Тор Йохансон и Стивен Ли слажено сработали с Кристофером Джонсоном, создавая вокруг густую тишину и вакуум, что очень дезориентировало, но с этим состоянием, странным для физического тела, я тоже разобрался.

Следующими агрессивно вступили Томас Горр и Хлоя Грин. Хлоя подняла свое тело горизонтально, проникая в мои глаза тяжелым взглядом, словно желая завладеть моим разумом в то время, как Томас накидывал невидимую обжигающую сеть. К ним присоединились братья Рабовски, после чего меня просто сбивало с ног какими-то потоками. Хлоя не давала мне оторваться от ее глаз, чтобы среагировать на других, и продолжала проникать в мою голову с такой силой, что, казалось, тут я проиграю. Но какая-то внутренняя энергия снова и снова выручала меня, выводя из сложных ситуаций победителем.

Когда вступили Роберт Кински и Джозеф Браун, все остальные тоже активировались, и тринадцать потоков разом обрушились на меня. Я сделал, как подсказал внутренний голос: закрыл глаза и замер, слушая себя и ловя потоки нападающих. Энергия от каждого потянулась ко мне широкой лентой, осталось только ухватить их все, накручивая на руки, как веревки. После чего я открыл глаза и рванул потоки со всей силы, сбивая с ног сразу всех. Тут же резко развернул эмбрион, давая ему волю, и разогнал воронку. Мне хотелось образовать что-то особенное в этот раз, и пришлось постараться.

Стены моей бешеной центрифуги наполнились мощью и скоростью, которую я сам не ожидал. Воронка выросла до верхнего перекрытия, метров пять высотой, и начала затягивать присутствующих. Братья упирались, но мои силы так