Любители кино хорошо знают отель «Am Zoo»: это в нем проходил один из самых престижных международных кинофестивалей – Берлинский. По его красной дорожке шагали Микеланджело Антониони с главным призом за картину «Подруги»; Клод Шаброль, который привез сюда свою знаменитую работу «Ночь»; Жан-Люк Годар, Пьер Паоло Пазолини; Ингмар Бергман, взявший главный приз Берлинале за фильм «Земляничная поляна»… Кто знает, возможно, если присмотреться повнимательнее к кадрам хроники, на ступеньках отеля «Am Zoo» получится разглядеть и тени наших героев?

Что ж, эта история и впрямь весьма кинематографична, ведь как только на часах разрушенной церкви Кайзера Вильгельма часы били двадцать три раза, для двух человек в этом городе, полном ночных соблазнов и волнующих тайн, начиналась совсем другая жизнь. Нужно было дождаться, когда уйдет усталая «наружка», ведь, вспоминает Кеворков, она велась не очень тщательно: «Уже в 11 часов они снимались оттуда и уезжали», – предоставляя двух подозрительных приезжих самим себе.

В двенадцатом часу начинался шпионский детектив. Протиснувшись сквозь тусовку звездных знаменитостей, двое уходили в ночь. Кружили по городу, проверяя, нет ли хвоста, меняли машины. В последний момент на переездах срывались под опускающийся шлагбаум. Нужна была стопроцентная гарантия, что на место конспиративной встречи они не приведут сотрудников ЦРУ: все прекрасно понимали, что это вызвало бы грандиозный международный скандал.

Деталь, характеризующая непростую реальность, в которой приходилось работать двум сторонам: чтобы американские, британские и немецкие спецслужбы не могли связать эти тайные встречи с КГБ, конспиративные квартиры для переговоров подбирал лично Эгон Бар. У него, как разъяснил мне позже Кеворков, был друг Северин – очень видный архитектор, который построил в Берлине первый отель, так и называвшийся «Берлин». У Северина была небольшая частная квартирка, где и встречались стороны. Громко включалось радио, мешавшее говорить, зато дававшее прикрытие. И эта мера себя полностью оправдала: за 13 лет информация ни разу не всплыла.

Глава 11. Лондон против единой Германии

Что же это были за вопросы, обсуждение которых требовало такой жесткой конспирации? Вопрос был один, но крайне важный – мирный договор между непримиримыми противниками, СССР и ФРГ. Именно это, меняя легенды и конспиративные квартиры, обсуждал канцлер Германии Вилли Брандт с личными посланниками Брежнева.

Политический консультант аппарата канцлера ФРГ Петер Брёнер потом рассказывал, что Брандт увидел в Брежневе политика, с которым можно разумно договариваться и который имел ряд целей, совпадавших с его собственными: «В стремлении договориться они были похожи, потому что политическое сознание обоих сложилось под влиянием переживаний Второй мировой войны».

Но какие влиятельные силы вынуждали даже первых лиц Германии прятаться, опасаясь шпионов – и чужих, и своих? В первую очередь, против мирного договора ФРГ и СССР была Великобритания. Чего же она боялась? Джордж Блейк, сотрудник британской разведки МИ-6, который в Берлине несколько лет отвечал за противодействие сближению Москвы и Бонна, но был агентом советской разведки, говорил об этом так: «Правительство Великобритании очень боялось, что Германия заключит договор с Россией, как это случилось после окончания Первой мировой войны в Рапалло, в Италии. Боялось, что это может повториться, что в обмен на более близкие отношения с Восточной Германией они заключат договор с советским правительством».

Почему британцы были против любого сближения Западной Германии с СССР? По словам Блейка, согласно прогнозу МИ-6, вторым шагом к сближению должно было стать неизбежное объединение двух Германий. А именно этого как огня боялась Великобритания.

…Пройдет 20 лет, и объединение Германии станет неизбежностью, тогда категорически против объединения выступит именно Лондон.

Сотрудник советского МИД Владислав Терехов, посол РФ в ФРГ в 1990–1997 годах, объяснил это так: «У Тэтчер была своя точка зрения. Она считала, что объединенная Германия может представлять угрозу стабильности Европы, что это будет плохо для объединенной Европы, что опять может возникнуть некая опасность со стороны Германии, особенно если она укрепится экономически. Тогда она будет представлять серьезную конкуренцию для европейских государств».

Если мотив Лондона препятствовать сближению Москвы и Бонна был, в первую очередь, экономическим, то мотив Вашингтона был военно-политическим. Западная Германия изначально рассматривалась США как плацдарм для размещения ядерных ракет, подлетное время которых было для СССР убийственным, и время от времени у Вашингтона появлялось желание этим преимуществом воспользоваться. По свидетельству начальника Главного управления разведки ГДР в 1958–1986 годах, Маркуса Вольфа, «целый ряд генералов требовали применения малого атомного оружия», так что опасность была абсолютно реальной.

Глава 12. «Короткий поводок»

Ах, эти шестидесятые… Они уже скрылись за поворотом.

Отшумели 70-е, 90-е пролетели, двухтысячные проросли. Где ты, послевоенная Западная Германия, манившая сладким запахом свободы, доступными развлечениями и дешевым жильем жаждущих славы молодых музыкантов, художников, кинематографистов?

А между тем не все в благословенные времена было так безоблачно. Пока по Западному Берлину совершали дефиле звезды мирового кино, The Beatles запросто играли в ночных клубах Мюнхена, гитарист The Rolling Stones Брайан Джонс делал скандальную фотосессию в нацистской форме, в Гамбурге будущие звезды Deep Purple Джон Лорд и Ричи Блэкмор вместе брали первые аккорды, а Фредди Меркьюри глотал отравленный ветерок ночных притонов Мюнхена, по всей Западной Германии как грибы росли стартовые площадки американских ядерных ракет. И это не преувеличение: сведения подтверждает недавно рассекреченный документ из архива библиотеки конгресса США.

К 1969 году ядерный арсенал США на территории Западной Германии достиг своего пика – семь тысяч триста единиц. А вот и рассекреченный перечень американских ядерных запасов:

• ракеты с ядерными боеголовками;

• ядерные авиабомбы;

• артиллерия, оснащенная ядерными боеприпасами.

И вот что интересно: несмотря на то что сам документ рассекречен, страница со схемой размещения баз хранения ядерного оружия на территории ФРГ в 60–70-е годы полностью закрашена, то есть эта информация до сих пор секретна.

Другой документ, уже из немецкого архива, свидетельствует, что только на территории земли Баден-Вюртемберг было семь ядерных баз. В нем обозначены склады с ядерными боезарядами, ядерными авиабомбами, стартовые площадки ядерных ракет. В Баварии шесть таких баз. В Гессене – десять. В Северной Рейн-Вестфалии – двенадцать. В Рейнланд-Пфальце – восемь. В Шлезвиг-Гольштейне – еще восемь. Вы представляете объем ядерной смерти на единицу немецкой территории?

Вот с этим арсеналом американцы и не хотели расставаться ни за какие коврижки. Поэтому они были против сближения СССР с ФРГ в общем и заключения мирного договора в частности.

Чтобы не дать Вилли Брандту пойти на заключение подобного договора, у Вашингтона в руках был такой лом, против которого приема практически не было. Имя ему было «Канцлер-Акт». Что это? Экс-посол СССР