Пламя из камина потрескивало, наполняя залу рваным ритмом тамтама из моего родного мира.

— Деус, вы и без чар мне всегда нравились. Но стоит ли форсировать. У вас свои сложности, вы о них как-то говорили. У меня — огромная рогатая сложность. Не люблю, когда все смешивается и путается.

— Это потому, что вы прямолинейны, Виолетта. Это отличает вас от большинства знакомых мне женщин… Вы мне отказываете?

Несмотря на упоминание кого-то еще, мне резко стало все равно.

— Нет, просто предупреждаю, Дэв. Вы суете голову в петлю.

Он накрыл мою руку своей, и горячая дрожь пошла бродить по телу совсем уже беспрепятственно. Я не застонала лишь потому, что это глупо, реагировать так буйно на обычное прикосновение. Но губы сами собой приоткрылись.

— А если я стремлюсь именно туда? — усмехнулся адвокат. — Главное, чтобы вы выкинули из головы лишние мысли.

Мои веки сомкнулись, его дыхание ласкало губы и подбородок. Мы на секунду замерли перед тем, как… Свирепый рев обрушился сверху так внезапно, что я отпрыгнула от Деуса вместе со стулом. По-моему, Вельзевул принялся реветь издалека, еще обретая плоть в дымоходе…

Он вылетел наружу, разломав топку и все декоративное оформление. Но за его спиной камин сложился обратно. Как кубики из которых сын и Беррион строили домики… То есть очередные адские штучки.

Муженек в эту минуту был по-своему красив. Таким я его еще не видела. Большая часть наростов с сошла с лица и тела. Морда утратила многие бычьи черты, а сходство с белой акулой, наоборот, усилилось. До ужаса разумной акулой… Такой зверь пойдет по твоим следам, найдет в небе и под землей… Неотвратимая грубая смерть. Он разорвет на части, а голову размозжит об колено.

Первым делом чудовище обернулось ко мне, изучая умными кровожадными глазками. Они сверкнули, отыскав на моей побледневшей физиономии то, что их обладателю и хотелось увидеть. Глупое троллье сердце зашлось от восторга.

— Виола, мне придется тебя наказать. Нельзя пускать таких тварей в дом. Да еще за моей спиной. Он тебя обманул, малышка.

Почти отсутствующая линия губ изгибалась при каждом слове. Два неровных клыка выпирали с нижней челюсти — как у первых троллей… Красавец, моя ожившая легенда.

Вот откуда пошел агррррхцврм. Если не можешь победить в открытой схватке, замани слишком сильного противника в ловушку. Тогда появится шанс выжить, родить крепких деток, а потом открутить любимому ублюдку голову.

Я легонько оскалилась, показывая, что буду сопротивляться. До тех пор, пока не сдамся. Вельзевул торжествующее зарычал, как будто я только что пообещала ему бурную ночь.

За это время Деус тоже успел измениться. Он словно поблек, потом резко потемнел, и в итоге поднялся со своего места уже в виде черной, как ночь, тени. За ней угадывала еще одна тень, более бледная. За той — еще одна, и так куда-то в бесконечность.

Обе ладони Дэва были накалены до предела. Вместо глаз и рта — провалы в лаву. Никогда не слышала о таких демонах. Что-то подсказывало, что это очень опасная и редкая разновидность.

Вельзевул и Деус встали друг против друга. Между ними засиял пламенный круг. Иного вызова и не требовалась. Высшие приготовились удариться насмерть.

Во мне зашевелилось беспокойство. Мысль дождаться победителя и возлечь с ним не находила поддержки ни у одной моей половины.

Человеческая кричала:

— Это варварство. Я личность, а не переходящий приз. Только я буду решать, нужен мне один из двух или кто-то третий.

Троллья прямо взвыла от испуга.

— Нам ни к чему этот демон-огненная палка. От него родится разве что столб огня. Вернем мне моего монстра. Он, как первые тролли, только лучше.

С ней все понятно. Она давно определилась.

Глава 50

Через мгновение я договорилась сама с собой. Я не позволю прикончить моего все еще мужа в его все еще доме. Но и своего недолюбовника потерять нельзя. Где я еще найду такого адвоката… А наши фонды? Нет, Дэв Деус, однозначно, ценный кадр.

Правда, сейчас этот лучший из лучших готовился прошить рогами Вельзевула. Все в нем аж клокотало от предвкушения.

Все-таки демоны неисправимы. Какой костюм ни наденут, какие часы на запястье ни повесят, нутро так и рвется наружу.

— Ты же всегда сторонился папочки. Решил пойти по его стопам? Подсовываешь липкий язык под чужих жен? Да у тебя молоко с рыла капает. Сейчас подсушу.

Оба кружили друг за другом, а потом замирали и принимались гипнотизировать взглядом. И это было бы забавно, — прямо две разгоряченные кобры, только совершенно разных видов, — ни знай я, какая силища за ними скрывалась. А у меня ребенок в доме. И Беррион… Беррион! Вот, кто мне поможет. Впрочем, как и всегда.

— Папуля — урод, кто бы спорил. Но с ним давно все ясно. Он не изображал из себя чмо в костюме. Не делил себя на части. Не скрывался по мирам. Отвечал за каждый свой прое.… Апокалипсис и точка… Кстати, не демону, как и он, вылепленному из грязи, тыкать мне происхождением в лицо.

Это все игра. Каждый прощупывал соперника перед тем, как атаковать. Ведь первый сокрушительный удар при такой мощи у обоих — это уже половина победы.

— Мне не за что отвечать. Я не совершал ошибок. Использовал голову. У меня ни грехов, ни грешков. Ко мне не подкопаться. Я служил по всем правилам. Твой отец, напротив, срывался и губил города, а то и миры. Развлечения другого герцога, Люцифера, на захваченных территориях до сих пор пересказывают шепотом. А я… я люблю убивать. Но казнь в моем исполнении стоит дорого. Это особая привилегия, которую ты, впрочем, заслужил, напав на мою жену.

С этими словами Вельзевул сделал обманный выпад правой и тут же попробовал поймать Деуса другой рукой, укутанной огнем. Он целился снизу в подбородок. Но тот, как и полагается демону, состоящему из теней, ускользнул от соприкосновения. Ни один из ударов его не достал.

Мне пока лучше притихнуть. Влезать со своими репликами и доказывать, что принуждение со стороны Деуса сводилось к минимуму, было бы глупостью. Мой красавчик только распалился бы сильнее, а это грозило расплавить ему мозги.

Дэв умудрился выставить локоть и создать препятствие между ними прямо в круге. Второй рукой он обвел нашу гостиную, а затем расхохотался.

Скрепя сердце, я наблюдала, как вызванные этим жестом искры рассыпаются по ковру. Как они тухнут на обивке кресел. В этот момент захотелось взять кочергу и…

— Я достаточно