Напоминание суровое. Она никогда не смогла бы остаться со мной навсегда.

Она должна быть среди себе подобных. У нее есть связи с этим миром, которыми она дорожит и за которые готова умереть. Смерть была бы быстрее, чем эта боль. Каким глупым я был, когда-то думая, что смогу так легко отшвырнуть ее в сторону. Каким глупым я был, думая, что эта искусительница будет чем-то иным, а не всем для меня.

Вот почему Богам запрещено совокупляться с любым существом, кроме другого Бога. Смертные обладают способностью уничтожить нас, даже если они этого не знают. Их смерти, их разбитые сердца могут уничтожить нас. Наши сильные стороны - это также и наши слабости, и теперь Авеа знает это, потому что за разрыв сделки я заплатил высокую цену.

И все же я ничего так не хочу, как крепко обнять ее. Я даже жду, надеясь, что она придет за мной.

Она этого не делает, что подсказывает мне мой ответ, и после сегодняшнего вечера я сомневаюсь, что она вообще захочет вернуться ко мне. Она выдержит испытание; я в этом не сомневаюсь. С ее новыми способностями ее не остановить, особенно против надоедливой маленькой королевы. Я просто надеюсь, что она контролирует их, чтобы не выдать себя и не стать жертвой.

На самом деле, я наложу на нее защиту, так что даже если она воспользуется своими силами сегодня ночью, ни один другой Бог этого не почувствует. Я буду защищать ее издалека, хотя отдал бы все, чтобы быть рядом с ней. Я никогда не хотел быть смертным, но теперь хочу, за исключением того, что мы с Авеей идем двумя совершенно разными путями, которые какое-то время пересекались, но теперь расходятся.

Однако время, которое мы провели вместе, было самым оживленным в моей жизни, и это научило меня, что такое настоящая любовь.

Без этого и без нее я ничто.

АВЕА

Морс ушел так быстро и легко, как будто это было просто - уйти от меня. Он не просто нарушил сделку, он разбил мне сердце.

У меня нет времени горевать, хотя я и хочу побежать обратно в храм, упасть на колени и умолять о новой сделке. Морс прав. Сделка была расторгнута, потому что я не могла уйти от Матео. Я не могу позволить своему другу сделать это в одиночку, и даже несмотря на то, что мое сердце ушло, забранное Богом Смерти так же легко, как он забирает души, я должна идти дальше.

— Так какой у нас план? — Спрашиваю я Матео, но это выходит сдавленно, и когда я поднимаю взгляд сквозь слезы, я вижу, как вытягивается его лицо.

— Ты любишь его. Ты действительно любишь его, — бормочет он, направляясь в мою сторону.

Я отползаю назад, вытягивая руки. — Не прикасайся ко мне, ладно? Я просто... я не могу. Я не могу сломаться прямо сейчас. Давай переживем сегодняшний вечер.

Он озабоченно смотрит на меня, но кивает. — Это вечеринка.

— Конечно, это так, — бормочу я.

— Мы решили, что они хотят продемонстрировать свои способности и заверить массы, что после кровавого бала все в порядке. Нас немного, и мы рассредоточимся по толпе. Когда я брошу вызов королеве, мы надеемся, что те, кто работает с ней, выдадут себя. Если нет, то, как только она умрет, они наверняка остановятся.

— Ты продумал, что произойдет, когда ты убьешь королеву? Что, если король тебе не поверит и в гневе сорвется на тебе?

Он хмурится. — У тебя есть план получше?

Вот в чем вопрос, не так ли? Несмотря на боль в груди, я закрываю глаза и думаю. Когда я открываю глаза, он ухмыляется.

— Есть, не так ли? У тебя есть план получше.

— Что общего у всех злых людей? — Спрашиваю я.

— То что, они придурки?

— Они любят власть. Никто не любит ее больше, чем королева. Давай отдадим ей должное. — Я злобно ухмыляюсь, вкладывая в это всю свою душевную боль и гнев.

Я покинула двор слабой, полуголодной отверженной, но теперь я вернусь этим вечером с силой древнего, проходящей через меня.

Если они жаждут власти, то они ее получат.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

АВЕА

Двор Стихий в точности такой, каким я его запомнила. Снаружи он непритязательный, именно такой, как им нравится, с простой дверью с замысловатым металлическим каркасом. Металл образует символы и чаши, и когда мы приближаемся, они начинают мерцать, излучая силу.

Здесь, за городом, в небольшом лесу, никто не наткнулся бы на это, если бы не захотел, а если бы и наткнулся... что ж, они бы не вернулись. В отличие от более крупных дворов, таких как Призрачный или Алый, Стихий часто игнорируют. Даже когда приходили судьи, я слышала, что король не участвовал ни в этом, ни в последующих заседаниях. Это заставляет меня задуматься, знали ли они об этом дворе или наш король просто снова спрятался. Я бросаю взгляд на Фиби и Матео, которые оба кивают. Выдохнув, он прикасается рукой к шипам в центре двери. Она ощущает вкус его крови, которая течет по металлу, возвращая ее к жизни. Изогнутая и светящаяся, она со скрипом открывается, пропуская нас внутрь.

Входить разрешается только тем, кто пожертвовал кровь двору, иначе она отравит вас - то, что я чувствовала слишком часто, когда меня слишком долго не было, и моя кровь вскипала от двора. Им никогда не нравилось мое присутствие здесь, поскольку они считали меня ничтожеством, особенно королева. Король был не так уж плох, и иногда он даже был хорошим человеком. Он потерян из-за порочных замашек своей жены, полностью ослепленный страстью к совокуплению.

Однако мы видели его только на собраниях или балах, потому что он не покидал двор, и я часто задавалась вопросом, почему.

Я разрешаю Матео и Фиби идти первыми, поскольку они надевают свои маскарадные маски. Сегодня вечером празднование солнцестояния, о котором я совершенно забыла. По сути, это повод устроить большую кровавую оргию и потакать всем своим желаниям во имя жизни. Меня никогда не приглашали. Однажды Матео прокрался ко мне в маске, которая закрывала большую часть моего лица, но вид их всех танцующих