В каком отчаянии я тогда была?

Хотя - сейчас уже понимаю. Я ведь намеренно не строила новые отношения и выбирала кого попроще.

- Илья Владимирович, - Алена обращается с официозом, но таким тоненьким голоском, с придыханием и полным игнорированием меня, что сразу все становится понятным. - Надеюсь, вы не против, что Полина пригласила и меня? Ей нужно было помочь здесь…

Красивая девушка - отмечаю. Была бы. После отопластики….

- Полина может приглашать кого угодно, - вежливо отвечает Александров и обращается ко мне. - Куда это все? - приподнимает пакеты.

- На кухню. - говорю чуть нервно. - Пусть хозяйка дома распоряжается.

- Ох, Ольга Александровна, не стоило… - выглядывает Полина в переднике. - Мы с Аленкой столько еды наготовили. Сейчас все будем есть окрошку, проходите. Гости уже собрались.

В гостиной слишком много людей. Я здороваюсь сразу и со всеми, а затем пробегаюсь взглядом.

Мама и Марина с Генкой сидят с одного угла.

Тамара Семеновна - с другого. Здесь же сватья и Настя с Кириллом.

- Привет, мамуль! - пробегает мимо Артем и целует в щеку. - Пап, - обмениваются рукопожатием. - Все садимся.

Генка зовет Александрова.

- Выпьем, Илюха! - вскрывает бутылку коньяка.

Илья, в свою очередь, тащит меня за собой.

- Только бы пить! - закатывает глаза мама. - Нет бы что-то серьезное обсудить.…

Мы с Мариной поддерживаем друг друга тихими взглядами.

- А мы и обсудим, мамаша! - Генка подмигивает мне и пихает жену в бок. - Щас обсудим. Вот, например, не подскажете почему через позвоночник нельзя позвонить?

За столом слышится хохот, который не поддерживает только мама.

Замечаю, что Валера и Алена в лучших драматических традициях садятся напротив. «Формула-1» медленно перетекает в армрестлинг взглядами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Илья отправляет тяжелый в сторону Валеры.

Валера - заинтересованный и доброжелательный - в меня.

Я расслабленно посматриваю на Алену.

Алена заигрывающе на Илью.

- Хоя! - неожиданно забегает в гостиную Лешик.

- Оля! - вторит ему Лева.

- Привет, мои хорошие! - расцеловываю липкие розовые щечки.

Валера посматривает на близнецов с опаской, а Илья удовлетворенно забирает обоих на руки и гладит кудрявые головы.

- Ну как дела, пацаны?

- Нормально, - Лева шмыгает носом.

- Смотрите сколько гостей у вас сегодня…

- Баба Кошмара, - машет Леша с улыбочкой моей бывшей свекрови.

Та краснеет, как помидор.

- Баба Тамара! - Илья спокойно исправляет.

Полина приносит нарезанный пирог и хачапури, а потом потчует всех окрошкой на сыворотке, которую я лично совсем не понимаю.

Издевательство над русской кухней, ей-богу.

Настоящая окрошечка должна быть на свежем квасе, с зеленью и с хреном. В другую я, как и в Деда Мороза, - просто не верю.

И Илья негласно поддерживает. От неправильной окрошки отказывается, а вот кусочек моего пирога опускает на тарелку.

- Баба Палена! - под фонетический беспредел Алексея попадает моя мама.

- Алена Кирилловна! - теперь Илья с пиететом обращается к бывшей теще. - Прекрасно выглядите сегодня… Впрочем, как и всегда. Сразу видно, в кого Оля такая красавица.

Я смущенно поправляю прическу и опускаю взгляд.

- Не старайся, Александров. - Однако мама непреклонна. - Улыбаться я тебе не собираюсь.

- Улыбающаяся теща - не к добру. - громко замечает Геннадий перед тем, как опрокинуть рюмашечку и смачно занюхать алкоголь пирогом.

- Чего нам с вами ругаться, Алена Кирилловна? - Илья снова открыто идет на контакт и этим меня восхищает. - Предлагаю начать с чистого листа…

Глава 47. Ольга

- Сначала засрут весь блокнот, а потом - с чистого листа ему подавай! - очень недружелюбно отвечает Александрову мама.

- Мама… Пожалуйста… Хватит! - останавливаю ее и перевожу взгляд на Илью.

Сглаживаю ее резкость теплой улыбкой и, опустив ладонь на его ногу, сжимаю ее под столом.

Но семейный вечер только начинается…

Надо сказать, развелись мы в общепринятом смысле довольно мирно и много лет на всех семейных мероприятиях всем составом «держали лицо». Так, наверное, часто бывает, когда в семье остаются дети.

- Это кто еще чего «засрал»? - не выдерживает Тамара Семеновна с другого конца стола. Вскакивает с места и зло смотрит то на меня, то на наших родственников. - Развели тут кардабалет понимаешь, чумовые. От сына она моего нос воротит…

- Ворочу! А что хорошего ваш сынок сделал? Внуков? Так тут много ума не надо.

- А ваша Оля очень умная, да? Не чешите мои нервы! Чуть что сразу из квартиры его выставила. А это и его квартира была! Он зарабатывал!

- Зарабатывал! Как же…

- Что-то у вас, Алена Кирилловна, за десять лет очередь за Олюшкой, такой красавицей, не выстроилась! - зло кивает на Валерия. - Или пенсионеры без очереди?

Как минимум десять пар глаз как по команде смотрят влево. Окрошку, слава богу, так никто и не попробовал.

- У вас тоже, Тамара Семеновна: за таким-то золотым сыночком Илюшенькой - ажиотажа из достойных кандидатур как-то не наблюдаю! - мама вдруг делает немыслимое: расставляет пальцы возле ушей.

Обе уставляются на Алену и Валерия, пока мы с Ильей молниеносно и безнадежно краснеем.

Полина, кажется, вот-вот расплачется.

Артем с Настей переглядываются.

- Бабушка…

- Жаба засушенная! - Тамара Семеновна аргументированно продолжает спор.

- Швабра с ручкой! - отвечает ей моя интеллигентная и не менее аргументированная мать.

Я прикрываю глаза, желая, как минимум провалиться под землю. Ровно в этот момент внушительный кулак Александрова с грохотом опускается на стол.

Так, что тарелки подпрыгивают.

И я тоже.

- Так… мамаши! Прекратили! - его голос тоже гремит.

- Илья… - шепчу успокаивающе и пялюсь на маму.

- А ты мне не указывай. Ты мне не зять! - оскорбляется она.

- Илья… Сынок… - Тамара Семеновна всхлипывает от обиды.

- Обе на хрен прекратили! - он командным басом останавливает свою мать. ЛеваЛешики зажимают ушки руками и пялятся на разъяренного деда. - Развели тут демагогию… Вы в доме моего сына. Здесь, вообще-то, мои внуки!

Наконец-то образовывается тишина, которую вовремя заполняет Геннадий.

- Эх… - он задорно вздыхает перед тем, как опрокинуть стопочку. - Только сейчас понял, что у нашего поколения совсем пропал дух авантюризма. Мы ведь перестали как следует сраться за столом…

- Гамадрил! - обрывает его