когда Николай приносит всё к столу и наливает виски на треть в каждый. Садится напротив Лизы, подвигая ей стакан. Он чуть прищуривается, наблюдая за ней, не в силах подавить профессиональное подозрение, но в то же время она вызывает любопытство.

В Лизе всё фиолетовое и чёрное, только выделяются на браслетах голубоватый и розовый кварц в оплётке медной проволоки.

– Жидкий янтарь. – Она рассматривает виски на свет, а потом переводит взгляд на Николая. – Всегда говорила, что с виски любой день становится лучше. Так за что пьём?

– Думаю, пора уже выпить за знакомство. Отмечать пока нечего.

– Тем и хороши ирландцы – им не нужен повод. Неважно, что на душе, главное иметь за пазухой бутылку, а в голове пару весёлых песен. Что ж, за знакомство.

Николай с удивлением замечает, как она лихо выпивает свою порцию, чуть морщится и достаёт из куртки на спинке стула пачку сигарет.

– Не против?

– Я – нет. А вот Сюзанна скоро нас выгонит всех отсюда за задымление её дома. Но у неё есть несколько заклинаний в запасе, да и Кирилл тут постоянно курит.

Николай подносит Лизе огонёк на кончике большого пальца, ловя немного удивлённый взгляд с отсветом красноватых бликов. Сделав затяжку, она предлагает:

– Если есть содовая, лимон и сироп, я могу сделать что-нибудь не такое крепкое.

Лиза приспосабливает под пепельницу одну из оставленных на столе чашек, наполняя ту до середины. Николай ощущает бодрящий аромат прохладной воды, смягчающий табачный дым. С некоторым любопытством уточняет:

– Откуда ты так хорошо разбираешься в коктейлях? Училась где-то?

– Подрабатывала помощником бармена в колледже. Теперь вот устроилась в клуб.

Николай, покопавшись в холодильнике, вытаскивает из глубин ящика со свежей спаржей, кокосами и авокадо обычный жёлтый лимон, из дверцы – бутылку тоника. В неисчислимых запасах Саши в глубине находится даже явно застоявшийся сироп. Уточняет:

– Почему не Академия?

– Скучно и долго. К тому же я поступала в музыкальный, когда появилась возможность. Слишком люблю музыку. Было задорно!

Она ухмыляется, видимо, каким-то воспоминаниям. Николай возвращается к столу с охапкой необходимого, наблюдая за Лизой. И совсем иной магией.

Когда он занимается настойками и эликсирами, то ему требуются весы, мензурки и строгая дозированность. У Лизы всё получается куда проще. Под уверенными взмахами рук парят бутылки, с ладоней с хрустом скатываются кубики льда, и жидкий янтарь мешается с мутным лимонным соком, выжатым ловкими пальцами. На взгляд Николая, сумбурно и хаотично – и в то же время слишком интересно.

Закончив, Лиза протягивает ему стакан с коктейлем едва ли не с вызовом. Её пальцы пахнут лимонной цедрой и прохладой после дождя.

– Collins. Классика.

– Значит, ты предпочитаешь классику?

– С неё всё начинается.

Николай не торопится, катает бледно-жёлтую смесь по стенкам стакана, всё ещё не сводя взгляда с Лизы. Она выдерживает на долю секунды меньше, чем хватило бы его самого. С каким-то смущением откидывает волосы на левую сторону, к косичкам. Бледно-жёлтый коктейль чуточку горчит и смешивает на языке кислинку с крепостью виски. Николай с удивлением отмечает:

– Вкусно. Так почему ты решила приехать?

– А, вот и начало допроса, верно? Хотя мне кажется, твоя очередь рассказывать, какого чёрта тут творится.

– Боюсь, не имею права. Ты даже не должна знать, что я здесь.

– Значит, так. – Лиза подаётся вперёд, опираясь на стол. – Я слежу за новостями. В этой грёбаной Академии пропали трое студентов, двое мертвы, как пишут в новостях. Тебя арестовали на моих глазах. Мне было бы плевать, но у моей сестры проснулся огонь сухри!

– Уверен, Кирилл вполне справится с такой незадачей. – Николай пожимает плечами.

– В этом все стражи, да? Сами себе на уме и в тайнах с ног до головы?

– Что-то не устраивает? Выход там.

– Так просто ты от меня не отделаешься.

Она достаёт новую сигарету из пачки и ищет взглядом спички или зажигалку. Кажется, чем дальше, тем больше Николай проникается… настойчивостью? Он даже не уверен, как это назвать. Лиза действительно как буря, которая прогоняет тоску и одиночество, скопившиеся сейчас внутри.

К тому же Николай привык, что многие при встрече с ним робеют или смущаются. Как Кристина на допросе.

Лиза же ведёт себя естественно. И сама то и дело бросает любопытные взгляды. Николай невольно любуется тонкими косточками ключиц, виднеющимися из-под футболки. И тем, как поблёскивает ворох подвесок на шее.

Повинуясь порыву, Николай встаёт и пересаживается ближе, протягивая Лизе всё тот же маленький огонёк. Роняет как бы между прочим:

– Если бы я хотел от тебя отделаться, не пустил бы в квартиру.

– Хватило бы совести оставить меня за дверью?

– С чего ты взяла, что она у меня есть?

Он почти может разглядеть блики света в глубине её зрачков. Лиза затягивается и наклоняется ближе, выпуская дым чуть сбоку от него так, что её дыхание едва не щекочет шею.

– Значит, только что я мешала коктейль для самого начальника Службы, который якобы арестован, а на деле скрывается от всех?

– Выходит, что так.

– Я даже боюсь представить, что меня ждёт дальше.

Николай перехватывает у неё сигарету, мягко проводя кончиками пальцев по запястью. Как приглашение – для каждого из них. Впрочем, он и правда считает, что обязан хоть каким-то объяснением, раз тут замешана её сестра.

– Если ты хочешь подробностей, нам понадобится не один коктейль.

– Кажется, у нас весь вечер впереди.

Лиза смотрит на него так пристально, что Николай почти хмурится, а потом встаёт и, проходя мимо, скользит рукой по его плечам до обнаженной шеи, оставляя мелкие капельки на рубашке.

За следующим коктейлем Николай вкратце рассказал про то, что происходит в Академии – о похищениях, примеси огня и теней. Ни слова о возможной войне, магии крови или двойнике.

За третьим коктейлем Николай делится своим опытом в алхимии. Он отлично разбирается в пропорциях трав и ягод, но ни черта не смыслит в составе коктейлей. Третий – снова Collins, на который хватает половинки лимона и остатков сиропа на дне бутылки. Лиза тихонько напевает себе под нос, мешая половину порции в каждый стакан, и, к удивлению Николая, едва ли не смущается, когда он искренне говорит, что ему нравится её голос.

И теперь их окутывает сонная тишина, мелкое мерцание свечки, которую зажгла Лиза, и стук дождя по окнам, тихий и осторожный.

– Спой, пожалуйста, ещё. – Николай чуть щурится.

– У меня нет весёлых песен.

– Сегодня вечер для печальных слов и тишины между ними.

Лиза с задумчивостью смотрит на огонёк свечи, гасит сигарету в чашке и поднимается. Она не сводит с него томного взгляда карих глаз, пока негромко и чуть хрипло поёт.