Внедорожники съехали на обочину и укрылись под кронами сосен. Шестнадцать бойцов гвардии Строговых бесшумно высыпали наружу. Артур жестами отдал приказы, распределяя людей вдоль грунтовки. Половину отряда он расставил в кустах слева от дороги, вторую — за поваленными стволами справа.

— Иван, мы на позиции. Заходи с тыла, отрежь им путь к отступлению, — тихо произнёс он в рацию.

— Мы уже здесь, — отозвался Курбатов. — Мои ребята встали за оврагом.

— Принято. Ждём.

Артур залёг за толстой сосной, положил автомат рядом и замер. Потянулись минуты ожидания. Лес молчал, только где-то наверху перекликались птицы да гудел ветер в кронах. Артуру не было скучно. Он умел ждать. Война научила его терпению лучше любого наставника.

Прошло около получаса, прежде чем он услышал звуки.

Тихий шорох на грунтовке. Едва различимый скрип гравия под ногами. Наёмники двигались грамотно — без света, без разговоров, растянувшись цепочкой.

Артур насчитал восемь силуэтов, скользящих между деревьев. Все в тёмном, лица закрыты, за спинами короткие автоматы.

Профессионалы, ничего не скажешь.

Он поднял руку, подавая знак своим. Ещё немного…

Первый наёмник миновал позицию Артура. За ним второй, третий. Когда вся цепочка оказалась между двумя группами, Строгов резко опустил руку и рявкнул:

— Огонь!

Грохот выстрелов разорвал ночную тишину. Шестнадцать стволов ударили одновременно, распарывая темноту вспышками. Двое китайцев в голове колонны упали сразу. Остальные среагировали мгновенно — рассыпались, залегли, открыли ответный огонь.

Артур почувствовал, как сердце сделало резкий толчок, и по венам разлилось знакомое тепло дара.

— Слева, двое обходят! — крикнул кто-то из его бойцов.

Строгов вскинул автомат и выпустил короткую очередь по мелькнувшей между деревьями фигуре. Наёмник дёрнулся, но устоял — пули разбились о мерцающий барьер. Значит, маг.

Посмотрим, как ему понравятся артефактные пули.

Артур вложил в следующую очередь толику собственной силы. Пули, окутанные магической дымкой, прошили барьер противника, и он рухнул навзничь.

Справа полыхнуло. Один из китайцев оказался огневиком — с его ладони сорвался пылающий шар и врезался в поваленный ствол, за которым укрывался один из гвардейцев. Дерево вспыхнуло, боецы откатился в сторону, ведя огонь на ходу.

— Иван, у нас тут маг! — рявкнул Артур в рацию.

— Вижу. У нас тоже, — рассмеялся Курбатов.

В ту же секунду из темноты ударили заклинания. Гвардейцы Курбатовых наступали, а на дорогу выехали броневики Строговых и открыли огонь из пулемётов. Наёмники оказались зажаты со всех сторон.

Огневик развернулся, готовя новый удар, но не успел. Мощное ледяное заклинание снесло его с ног, и китаец остался лежать, покрытый инеем.

Из восьми наёмников в живых осталось двое или трое, но они продолжали яростно отстреливаться.

— Как там на китайском будет «сдавайтесь»? — спросил Артур у гвардейца рядом.

— Ща вспомню… Тоусян ба! Эй, тоусян ба!

— Цзюэ бу, хундань! — проорали в ответ и выпустили новый заряд из боевого артефакта.

— Видимо, это значит нет, — хмыкнул Артур.

— Скорее он нас послал куда подальше, — рассмеялся гвардеец.

Строгов поднял рацию.

— Тогда сами их возьмём. Машины, отставить огонь! Иван, вы тоже! Защиту на максимум, за мной! — приказал он уже своим.

Артур первым поднялся из-за укрытия и бросился вперёд, ускорив тело магией. Он преодолел десяток метров одним рывком, вылетел прямо на растерявшегося наёмника и ударил прикладом в челюсть. Китаец рухнул на землю, выронив оружие. Артур придавил его коленом и заломил руку за спину.

— Брать живыми, кого можете! — прокричал он.

Бой затихал так же стремительно, как начался. Оставшиеся наёмники, поняв, что окружены, попытались прорваться в сторону оврага — и напоролись прямо на позиции Курбатова. Но им там тоже не повезло — одного китайца убили, второго взяли в плен.

Артур огляделся. Грунтовка была усеяна телами, в воздухе стоял запах пороха и горелой древесины. Поваленный ствол всё ещё тлел, роняя искры. Гвардейцы деловито обыскивали трупы, собирали оружие. Никто из своих не пострадал серьёзно — двоих задело осколками да одного огневик слегка обжёг, но Иван уже спешил к нему.

Артур поднял своего пленника на ноги. Наёмник без страха смотрел на него исподлобья.

— Ну здравствуй, — процедил Строгов. — Русский язык знаешь?

Китаец не ответил.

— Ничего, скоро выучишь. Грузим пленных и уходим! — приказал он. — Передадим их в СБИ. Пусть развязывают им языки.

Бойцы поволокли связанных наёмников к машинам. Артур напоследок оглядел место боя, убедился, что ничего не забыли, и зашагал к внедорожнику.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Жилиных

Тихон Аркадьевич Жилин стоял у окна кабинета и смотрел, как утренний туман ползёт по его саду. В свои шестьдесят восемь он давно привык вставать до рассвета — старость отобрала у него крепкий сон, взамен подарив долгие часы наедине с собственными мыслями.

Род Жилиных никогда не был велик. Сто десять лет назад его основатель, офицер имперской армии, получил баронский титул за оборону крепости в далёкой южной войне. С тех пор Жилины жили тихо, не лезли в большую политику и держались за свою землю под Новосибирском. Не богатели, но и не бедствовали. Обладали небольшой гвардией, платили налоги короне и раз в поколение выдавали одну-двух дочерей замуж в роды поприличнее.

Случилось так, что отец Тихона потерял двоих старших сыновей на войне, а сам Тихон, единственный уцелевший наследник, женился поздно и неудачно. Жена умерла при родах, забрав с собой и сына. Второй раз барон так и не женился — не смог, да и не захотел. Кроме него, в роду остались только две сестры, обе давно замужем. Они носили чужие фамилии, и дети их уже не были Жилиными.

Тихон Аркадьевич стал последним мужчиной своего рода. После его смерти баронство отойдёт короне или растворится в родословных зятьёв. Он давно смирился с этой мыслью и спокойно доживал свой век в тишине родового поместья.

Ровно до вчерашнего вечера.

В дверь постучали.

— Войдите, — не оборачиваясь, произнёс барон.

В кабинет вошёл Матвей Плещеев — начальник его службы безопасности, человек молчаливый, верный Жилиным без малого тридцать лет. Он остановился у стола и склонил облысевшую за время службы голову.

— Вызывали, Тихон Аркадьевич?

— Вызывал. Матвей, объясни мне одну вещь. Ночью на подъездах к усадьбе случился бой. Что это было?

Плещеев помедлил, подбирая слова.

— Вас хотели убить, ваше сиятельство. Группа наёмников из триады, о которых ходило столько слухов в последнее время.

Жилин опустился в кресло и