– У меня по десять заказов за смену, – развел руками курьер. – Я все помню, что ли? Тем более в мае… Сколько времени прошло!

– Но это вы работаете в районе метро «Динамо»?

– Ну да, от «трешки» и до «Сокола».

– Самоубийство помните? В этот день в том районе мужчина выпал из окна квартиры.

– Да не знаю я ничего о таком!

– Ай, как нехорошо обманывать, – Рита укоризненно покачала головой. – Ты зашел в подъезд этого дома, через пять минут вышел. А через минуту мужчина выбросился из окна. Ты не мог этого не заметить.

– Минута! Да я за это время уже метров за сто ушел. Мы быстро ходим, чтоб не остыло и успеть по таймеру! А если я на велике был…

– Ты был пешком. Ты должен помнить! – сердито повысила голос Рита.

– Ладно-ладно, не кричите. Я заказ этот запомнил, потому что он странный был. Но никакого отношения к смерти не имею.

– Так, а в чем странность? – Петя почувствовал азарт.

– У меня был предоплаченный заказ, кажется, суши. Да, точно суши… Все как обычно – забрал в ресторане, приехал по адресу, позвонил в дверь, мужчина мне открыл.

– Как он выглядел?

– Да обычный мужчина, в костюме. Как будто с работы только пришел или, наоборот, куда-то собирается. В костюме ведь по дому не будешь долго ходить…

– И что было дальше?

– Я хотел отдать заказ. Но мужчина ответил, что ничего не заказывал. И дверь закрыл перед моим носом.

– То есть ты ошибся адресом?

– Нет, адрес указан в приложении верно. Но явно какой-то глюк. Потому что телефон в заказе не отвечал. Но претензий мне никто не предъявил потом.

– И все?

– Там в комментарии было написано, что перед выдачей заказа надо сказать слова… Предложение… Я и сказал. После этого мужчина разозлился и дверь захлопнул. А я ушел.

– Какие именно слова ты сказал? – Петя чувствовал, что это важно.

– Слушайте, ну как я вспомню-то?! Это было давно!

– Хотя бы примерно… Поздравление с праздником? Фамилия заказчика? – Рита в нетерпении притопнула ногой.

– Нет-нет! Там было что-то научное, вроде названия книги, хотя фамилия там тоже была…

– Название научной книги? В комментариях к заказу? – не поверил Петя.

– Такое иногда бывает. Особенно когда в подарок что-то доставляем. В комментариях пишут, что именно надо сказать или сделать, – мы делаем.

– А комментарии того заказа ты можешь посмотреть? – без особой надежды спросила Рита.

– Не-е, – протянул Отабек. – После доставки мы не видим подробности. Потому закрываем заказ, только когда его отдали.

– Так ты говоришь, что заказ не отдал.

– Не отдал, но заказ закрыл. Иначе я новые заказы брать не смогу. Если жалоба, я бы написал объяснительную, почему закрыл. Но никто не жаловался.

– То есть само самоубийство ты не видел?

– Говорю же – не видел. Я спустился на лифте и ушел из двора. Про самоубийство узнал позже. Кто-то из ребят в новостях увидел и в общем чатике написал, что у меня на районе самоубийство. Я уже позже сопоставил…

В этот момент у курьера запиликал телефон.

– Вы извините, я больше не могу разговаривать. Надо брать заказ или будет штраф.

Когда курьер ушел, Петя с Ритой переглянулись.

– Петя, это тупик, – разочарованно протянула Рита.

– Пожалуй. Но научная книга в комментариях… Кому могло это понадобиться? – задумался Петя. – Эх, если бы он вспомнил название…

Глава 3, в которой Петя узнает о чудовищном событии

Петя работал как одержимый. С Антиповым они несколько дней не пересекались, хотя Петя ждал, что тот вызовет к себе, что-то расскажет. Петя скучал по тем доверительным отношениям, которые у них были еще совсем недавно. Вместе с потерей отца во второй раз он как будто лишился наставника.

Петя снова пытался срастить все события последних лет и сформировать стройную версию. Но все гипотезы рассыпались на домыслы.

Панаев потерял репутацию и профессию. Причина – видеозапись, которая исчезла.

Рукавицын-младший разорился и покончил с собой. За несколько минут до этого курьер приносил ему заказ. По ошибке? Что за научная книга в комментариях?

Морозов убил себя. За минуты до смерти он что-то увидел в телефоне, телефон обнулился. С кем он говорил перед самоубийством у себя в кабинете?

Кокорин осужден за взятку. Почему признался, а потом отозвал показания? Почему вообще вел себя так неосторожно?

Рукавицына-старшего разбил инсульт. Его несколько раз навещал Антипов.

Какое отношение ко всему этому имеет Бехтерев, гуру Илия и Настя? Нет, та история явно из другой оперы.

Петя закончил пресс-релиз и отправил его начальнице. На сегодня он мог быть свободен. Но он продолжал сидеть в офисе, мусолил в голове все факты, сопоставлял.

– Люба, а подскажи мне, как я могу узнать, в какие компании инвестирует Антипов? – обратился он к копирайтеру.

– Так, дай соображу, – Люба задумалась на секунду и продолжила со знанием дела: – Инвестиционные сделки венчурного фонда есть в системе электронного документооборота.

– И как туда заглянуть?

– Пишешь служебку на имя Гурьяновой с обоснованием, зачем требуется доступ, какая производственная необходимость. И в течение трех рабочих дней открывают.

– М-да, долго.

– Увы. Еще не факт, что дадут. Но можно еще по пабликам посмотреть и в отчетах по партнерке. Правда, это надо сидеть копаться в текстах.

– Готов копаться, – вздохнул Петя.

– Я тебе сейчас дам ссылку на сетевую папку, где все лежит.

– За какой период подборка?

– За три года точно есть, это то, что я сама собираю.

– А если надо раньше?

– Это к Гурьяновой, – развела руками Люба.

Петя стал внимательно изучать воронку проектов. На первый взгляд венчурный фонд инвестировал во все подряд – нефтянку, ESG-повестку, foodtech, агро. Все, что имело хоть небольшие перспективы, эксперты фонда отсматривали и выносили на инвестиционный комитет. Но чем больше Петя крутил эту базу, тем больше ему бросалась в глаза закономерность в череде технологий, которых в портфеле проектов, наоборот, не было. А это практически все стартапы, связанные с искусственным интеллектом, машинным обучением, изучением мозга и сознания, Big Data и т.п.

– Странно, это ведь тренды. Почему таких проектов нет в портфеле? – пробормотал Петя.

– Что «почему»? – отозвалась Люба, которая все это время с любопытством на него поглядывала.

– Да вот не пойму, почему фонд не инвестирует в проекты, связанные с AI, ML, brain engineering, большими данными?

– О, это никакая не загадка, – улыбнулась Люба. – Такие проекты Антипов поддерживает как бизнес-ангел. То есть частным образом. Зачем ему конкурировать со своим же фондом?

– А как такие проекты посмотреть?

– Эта информация только у него хранится. В