и башни. Танк явно удался — вроде Т-43 вышел, только с другими катками и башней. К тому же, как он хорошо помнил, Т-44 при весе в тридцать две тонны был забронирован намного лучше — лоб 90 мм, борт 75 мм, а башня «вкруг» 90 мм, но со лба даже 120 мм. А сейчас «тридцатьчетверка» весит двадцать девять с половиной тонн, так что определенный резерв имеется, и его можно использовать, чем сейчас уже и занимались — новые танки харьковского завода имели уже 75 мм лобовую плиту, но они все уходили потоком на фронты юго-западного направления.

— Приварите направляющие для навесных экранов, последние снимайте с «двадцать шестых» — те с ними еле ползают, их потому и демонтировали, осенью дожди идут, дороги повсеместно раскисают. В Гродно много таких лежит, отправьте в объезд грузовики, привезите с десяток комплектов, да установите на несколько танков для пробы. И отчет сразу Павлову направьте, его первого в курс дела ставить надо. И учтите — навесная броня в первую очередь от бронепрожигающих или кумулятивных снарядов спасает, два слоя пробить не могут. Да и подкалиберные снаряды против нее бесполезны. А лоб прикрывать навесными траками — они ту же роль играют.

Василий Иванович повернулся к Ахлюстину, который стоял с ним рядом — у того на лице появились багровые пятна, ведь простая идея, лежащая, как говорится, на поверхности. Но никому в голову не пришла — сам танк казался «не убиваемым». Но Кузнецов прекрасно знал, что появится у немцев на вооружение — вначале кумулятивные боеприпасы, а зимой длинноствольные 50 мм пушки. К следующему лету пойдут уже 75 мм пушки в 48 калибров под усиленный боеприпас, и это бедствие — от пробития спасает только наклонная сто миллиметровая броня, может быть под углом «лобешник» Т-34 и выдержит — все же 75 мм плюс траки.

— Товарищ генерал, не нужно передавать в батальоны Т-40 — немцы их сразу жгут, действовать малые танки могут только против пехоты. Броня в пятнадцать миллиметров, как борт Т-26 — отправлять их в атаки даже под прикрытием «тридцатьчетверок» нельзя. У меня в бригаде из двух десятков «малюток» только восемь осталось. Экипажи жалко, напрасно погибают. Я эти танкетки в разведбат перевел, мотоциклистов или стрелков прикрывать, хоть какая-то польза там есть. А в танковых батальонах они без надобности, «тридцатьчетверки» в маневре только связывают.

Подполковник все выпалил на одном дыхании, страшась, что оборвут, но Кузнецов выслушал его спокойно, сам был такого же мнения. И выпуск «улучшенного» Т-60 ничего не изменит, хотя на том лобовую и башенную броню довели до 35 мм, но с бортов те же 15 мм остались, которые даже попадания пуль из противотанковых ружей не выдерживают.

— Думаю, так и будет — малые танки пойдут исключительно в разведывательные батальоны, на каждый по одной роте. И в броневые эскадроны кавалерийских дивизий вместе с БА-10. Принято такое решение, однако сейчас «тридцатьчетверок» действительно не хватает, в ротах их и так сократили до семи машин не от хорошей жизни, должны понимать. И пока третьи роты батальонов будут получать именно легкие танки, других у нас просто нет в наличии. Но как только выпуск Т-34 станет достаточным, все бригады будут укомплектованы именно ими, а из КВ со временем начнут формировать отдельные тяжелые танковые полки.

Такое решение действительно было принято, потери уже «не плавающих» Т-40, переименованных в Т-30 были огромными, как и БТ, и Т-26. Про танкетки Т-37 и Т-38 говорить не приходится — тонкая броня поражалась даже винтовочными пулями. Танкам с противоосколочным и противопульным бронированием на поле боя делать было нечего — стоящие перед ним закопченные корпуса подбитых германских танков были тому прямым свидетельством. «Сорокапяток» в стрелковых полках хватало, в каждом по дюжине таких стволов, как у противника доставало 37 мм «колотушек».

На лице и комкора, и комбрига застыло одно выражение — скорей бы это время наступило, когда промышленность сможет выдавать фронту Т-34 в достаточном количестве. И он решил их немного приободрить, не раскрывая, понятное дело, точных цифр производства, сами догадаются, ведь у танковых бригад давно пошли трехзначные номера, за полтораста перевалило.

— Думаю, к декабрю вы третьи роты получите, а к следующему лету доведем штат рот до десяти танков снова. Учтите — не только нужно воевать правильно, но стараться ремонтировать подбитые танки, а не бросать их по обочинам, как случалось этим летом…

Т-60 достаточно массово использовались в зимнем контрнаступлении под Москвой 1941–1942 гг., где они составляли примерно треть от всех танков. Но и терялись в больших количествах от огня любых противотанковых средств. На немцев они не произвели особого впечатления, обычные легкобронированные и слабо вооруженные машины — но их было много, оттого именовались «саранчой»…

Глава 48

— Теперь мне ясно, куда подевались две германские танковые армии, остается надеяться, что войска Юго-Западного направления удержат укрепрайоны на «старой» границе. К тому же туда перебрасываются соединения Резервного фронта, что станут мощной подпоркой. Жаль, что не взяли Вильно — война стала позиционной, мы понесли значительные потери.

Кузнецов тяжело вздохнул — наступление, на которое так надеялись, не дало того результата, который планировался в Ставке. Удалось освободить только северо-западную часть Белоруссии, вернуть Сморгонь и Ошмяны, снова выстроить линию фронта по Меркису, заняв утраченные в июле позиции. И деблокировать Гродно, ожесточенные бои за который превратили город в развалины, так и не взятые немцами. Удалось также удержать плацдарм на левобережье — часть укрепрайона с единственным пограничным столбом на Августовском канале, и городские развалины с тремя оставшимися фортами крепостного обвода, все остальные захватили фашисты.

Наступление в Литве «захлебнулось» — поначалу, в самые первые дни Северо-Западный фронт наступал довольно бодро, но последовали встречные контрудары, продвижение застопорилось, начался даже отход. Лишь одна 11-я армия генерал-лейтенанта Морозова удержала занятую Утену, благо сама местность с ее щедрыми россыпями озер позволила уже советским войскам устоять в обороне, как и вовремя прибывшие дивизии резервной 34-я армии.

Центральный фронт наиболее сильной 10-й армией продвинулся до рубежа устья Щары, полностью перейдя за речку, заняв важные в стратегическом плане Мосты, от которых шла железнодорожная ветка на Гродно. А вот наступление 4-й армии Чуйкова после удачного начала, захлебнулось — не дойдя до Волковыска, войска понесли значительные потери, окопались на достигнутых рубежах вдоль реки Ясельда. В тоже время немцы под напором все же отошли на тридцать,