изрек бармен, и его в меру угодливая улыбка показалась мне издевательской.

— Но вы-то здесь были.

— О-о, я! — многозначительно протянул бармен. — Я — это другое дело. Мне по рангу полагается знать кое-что о том, где не был.

«Ничего удивительного, — подумал я. — Любой бармен волей-неволей собирает сплетни. А мне это и нужно».

— Например?

— Например, я знаю, что испытывает человек, когда капелька росы с листа лепидодендрона падает ему за шиворот.

Я вздрогнул. И это ему известно... И, конечно, отнюдь не из сплетен. По рангу положено, видите ли... Но не по рангу земного бармена, а по рангу пришельца. Я же знал лишь о том, что у него под стойкой, и это не вселяло оптимизма. Шутки шутками, но слишком уж натурально рассуждали рабочие-манекены о предоставлении мне постоянного места жительства в доисторическом лесу.

— Свадьба состоялась? — угрюмо спросил я, не глядя на бармена.

— То, что вы подразумеваете под свадьбой, состоялось, — кивнул он. Ни тени сочувствия не было в его голосе.

Я понурил голову. Собственно, а чего следовало ожидать, на что надеяться? Счастливый конец бывает только в сказках.

— Водки? — снова предложил бармен. Все-таки он мне сочувствовал. По-человечески, хоть и пришелец.

Я ничего не сказал, отодвинул чашечку с недопитым кофе, встал и, не прощаясь, ушел. Что он мог предложить, кроме водки? Такой вариант меня не устраивал, а другого просто не было. Не могло быть.

Однако насчет вариантов я ошибался. Как только миновал арку и вышел из Луна-парка, ко мне подкатил зелененький каплеобразный пришелец.

— Привет, милый, — заворковал он, не оставляя надежды совокупиться блендишным способом. Еще один утешитель. Если не водка, так секс, чтобы забыться.

Я хмуро глянул на него. Зелененький, небольшого роста, правда, выше двух аршинов. Не копия, но...

— Не твой ли соплеменник воровал у Василия капусту? — грозно вопросил я.

— Какую капусту? — опешил пришелец.

— Белокочанную! — рявкнул я и добавил на манер Крокодила, которого изображал из себя тщедушный Звездный Скиталец: — Вкусную!

— Что ты, милый, — пришел в себя зелененький пришелец, — разве мне капуста нужна? — Он умильно заулыбался. — У меня совсем другие потребности...

— Чтоб ты сдох со своими потребностями!

Я не Василий, и пришелец не сдох, но ретировался быстрее сколопендры, хотя был о двух ногах.

Так, напиться мне предлагали, переспать тоже, что еще осталось из утех забытья? Для полного набора не хватало шприца и пары ампул. На крайний случай могли и мухоморы подойти. Где птеродактиль Ксенофонт?

Птеродактиля Ксенофонта нигде не было. Как ни схожи между собой пальцекрылые и рукокрылые, но это всего лишь проявление конвергенции между рептилиями и млекопитающими, поэтому птеродактиль органов эхолокации не имел и по ночам не летал.

— Сергий свет Владимирович! — позвал из беседки дед Дормидонт. — Чайку не желаете?

— Самое время чаевничать! — подтвердила бабка Дормидонтовна. — У нас чаек байховый, с мелиссой! Настроение поднимает, кручину с души снимает!

Да что ж это такое делается?' Каждый, кто ни попадя, норовит посочувствовать, приглашая если не мухоморы жрать, так чаи гонять.

— Идите к нам! — продолжал зазывать дед Дормидонт. — У нас компания весе-олая!

Я подошел к штакетнику и убедился, что компания в беседке собралась действительно развеселая. Дальше некуда. Вся беседка была забита громадными, как регбийные мячи, жирными тараканами с жесткими коричневыми надкрыльями и мягкими канареечно-желтыми брюшками. Они были везде: на лавках, на перилах, на столе, на граммофоне, а один умудрился забраться к деду на плечо. Разве что на самоваре никто не сидел — горячий, как-никак. Вели себя тараканы смирно, сидели на задних лапках и, чинно отдуваясь, пили чай из маленьких блюдец, держа их перед собой передними лапками. Средними они довольно оглаживали округлые брюшки.

Картина «Приходите, тараканы, я вас чаем угощу...». Дурдом не только полный, а окончательный и бесповоротный.

«Нашли кого чаевничать пригласить, — подумал я. — Завтра все лавки будут загажены таракашкиными какашками».

— Присаживайтесь, — хриплым дискантом предложил таракан на плече у деда Дормидонта. — Мы подвинемся. В тесноте, да не в обиде.

С противным шорохом хитиновых панцирей друг о друга тараканы на лавке у граммофона потеснились, освобождая место.

Меня едва не стошнило. Не созрел я до толерантности к тараканам. Самое большее, на что был способен при контакте с ними, так это с омерзением раздавить каблуком.

— Не люблю чай с мелиссой, — пробормотал я, сдерживая рвотные позывы. — Вы Карлу не видели?

Врал я, не Карлу мне хотелось видеть. Но если Карла тестировал меня на кандидаты в миракли вместе с Лией, то она должна быть где-то рядом.

— Карла в гостинице, где ж ему еще быть? — сказала Дормидонтовна. — Да токмо вряд ли вы с ним встретитесь. Лучше присаживайтесь, Сергий свет Владимирович, я вам чайку без мелиссы сделаю.

Зажав рот ладонью, я стремительно юркнул в калитку к крыльцу гостиницы. К счастью, меня все-таки не стошнило. Хорош бы я был как уфолог, которого при виде пришельцев наизнанку выворачивает. На ступеньках я перевел дух и взялся за дверную ручку. Дверь была закрыта. Я подергал ее туда-сюда, попытался сдвинуть в сторону, хотя помнил, что она открывалась наружу, но дверь не поддавалась.

— Сергий свет Владимирович, — окликнула меня Дормидонтовна, — я же говорила, что не получится! Идите лучше чай пить! У нас к чаю и сушки есть.

«Засиженные тараканами», — подумал я, но вслух сказал:

— Спасибо, на ночь чай не пью.

— Сушку погрызете, — не сдавалась Дормидонтовна.

— Что вы ко мне пристали со своим чаем?! — не выдержал я. — Василия пригласите, он любит застолье!

В беседке притихли.

Я постоял у закрытой двери, спустился на пару ступенек. Чего я добьюсь, если попаду в гостиницу? Рассудком я понимал, что ломиться туда глупо и бесполезно, но ничего с собой поделать не мог.

К калитке со стороны Луна-парка неторопливо, вразвалку подошли знакомые носатые пришельцы во фраках. Когда они сидели в кафе, то выглядели чрезмерно высокими, на самом же деле рост у них был средний, но туловища непропорционально длинные, а ноги очень короткие, как у пингвинов.

— Прошу великодушно, — прогундосил один из них, открывая калитку перед другим.

— Благодарствую, — кивнул второй, неспешно входя в калитку.

Судя по внешним признакам — низкая талия и широкие бедра почти у самой земли, — второй носач был женского пола. Носачка. А первый, с широкими плечами и без признаков талии, — носач. Этакая великосветская супружеская пара носачей в галактическом круизе.

Я посторонился, пропуская их к двери. Интересно, как они попадут в гостиницу? Постучатся — и вахтер откроет?

Носач снова опередил носачку, взялся за дверную ручку... И дверь свободно открылась.

— Прошу, — галантно предложил он, и носачка с