покое, то ЧВК «Вольные стрелки» могут и применить ядерное оружие так как контора частная и что есть у них в арсенале одному Богу известно. В общем, Паспарту, как всегда, вместо того чтобы разрядить обстановку накалил её до предела.

27 июня 2002 года произошло несколько событий которые заставили весь мир вздрогнуть и неожиданно осознать, что просто так схватка между США и Кабиндой не закончится, кто-то в итоге из противоборствующих сторон погибнет.

Авианосец «Линкольн» в окружении своей свиты шел через Гибралтарский пролив в сторону Атлантики. АУГ, которую возглавлял «Линкольн» должна была подойти к берегам Свободной республики Кабинда, соединится там с АУГ, идущей из Норфолка и совместными усилиями две группировки то ли атакуют Кабинду, то ли будут блокировать её порты, а заодно и порты соседних стран. Пока было не понятно, что они будут делать. В данный момент приказ был только дойти до территориальных вод СРК.

Еще одна АУГ, которая тоже находилась в Средиземном море двинула через Суэцкий канал, флагманом во второй ударной группе американский кораблей был авианосец «Рузвельт». Вторая группа американских кораблей подойдет к берегам СССА в районе Мадагаскара и соединившись с АУГ, идущей из акватории Тихого океана, блокирует восточное побережье Африки.

«Линкольн» бодро шел по Гибралтару, длина пролива составляет около шестидесяти километров, а ширина варьируется от четырнадцати до сорока километров, глубина в некоторых местах доходит до девятисот метров, но на судоходном фарватере глубина около трехсот метров. Корабли АУГ выстроились в походный ордер, а процедура прохода через Гибралтар была привычна и рутинна. Ничего не предвещало беды…

На суше мины так и не вышли из категории вспомогательного, второстепенного оружия тактического значения даже в период своего максимального расцвета, который пришелся на Вторую мировую войну. На море ситуация совершенно иная. Едва появившись на флоте, мины потеснили артиллерию и вскоре стали оружием стратегического значения, нередко отодвигающим другие виды морского оружия на вторые роли. Все дело в стоимости и значимости каждого судна. Количество боевых кораблей в любом флоте ограничено, и потеря даже одного может резко изменить оперативную обстановку в пользу противника. Военный корабль имеет большую огневую мощь, значительный по численности экипаж и может выполнять весьма серьезные задачи. Например, потопление англичанами в Средиземном море всего одного танкера лишило танки Роммеля способности двигаться, что сыграло большую роль в исходе сражения за Северную Африку. Поэтому взрыв одной мины под судном играет в ходе войны куда большую роль, чем на земле взрывы сотен мин под танками.

В представлении многих людей морская мина — это большой рогатый черный шар, закрепленный на якорном тросе под водой или плавающий по волнам. Если проплывающий корабль заденет один из «рогов», произойдет взрыв и очередная жертва отправится в гости к Нептуну. Это самые распространенные мины — якорные гальваноударные. Их можно устанавливать при больших глубинах, и стоять они могут десятилетиями. Правда, у них есть и существенный недостаток: их довольно просто отыскивать и уничтожать — тралить. Тральщик с небольшой осадкой тащит за собой трал, который, натыкаясь на трос мины, перебивает его, и мина всплывает, после чего ее расстреливают из пушки.

Огромное значение этих морских мин побудило конструкторов к разработке целого ряда мин иных конструкций — которые трудно обнаружить и еще труднее обезвредить или уничтожить. Один из самых интересных видов такого оружия — морские донные неконтактные мины.

Такая мина лежит на дне, так что обычным тралом ее не обнаружить и не зацепить. Чтобы мина сработала, совершенно не нужно ее задевать — она реагирует на изменение магнитного поля Земли проплывающим над миной кораблем, на шум винтов, на гул работающих машин, на перепад давления воды. Единственный способ борьбы с такими минами — использование устройств-трал, имитирующих настоящий корабль и провоцирующее взрыв. Но сделать это очень непросто, тем более что взрыватели подобных мин устроены так, что зачастую способны отличать корабли от тралов.

А если знать заранее, что в ближайшее время через Гибралтар попрет АУГ ВМС США, а это не трудно сделать, зная, что они тут постоянно ходят туда-сюда, то можно установить дистанционно подрываемый донный минный «капкан».

Что и было сделано!

Две стальных цистерны, скреплённые между собой тросом месяц лежали на дне судоходной части Гибралтара… лежал и ждали своего звездного часа. И наконец дождались!

Наблюдатель, сидевший в машине на африканской стороне Гибралтара, внимательно наблюдал в мощный бинокль за прохождением американских кораблей по проливу, на экран ноутбука, лежащего на соседним с ним сидении выводилась картинка из космоса и какие-то хитрые графики. В руках у наблюдателя был пульт с двумя кнопками, помимо толстой антенны торчавшей из массивного электронного устройства был еще и провод, который уходил из пульта через окно автомобиля наружу, потом стелился по земле и через сорок метров скрывался под гладью морской воды.

В нужный момент наблюдатель нажал на одну из кнопок пульта и буквально вжался глазами в окуляры бинокля, не сводя взгляда с авианосца «Линкольн» который двигался в шести километрах от берега в сторону Атлантического океана, на остальные военные корабли и суда сопровождения в ордере АУГ наблюдатель внимания не обращал.

В машине с пультом в руках сидел полковник Кирилл Носов — сотрудник КГБ, мой давний друг и один из тех немногих кто был посвящён в тайну, что я пришелец из будущего.

Спустя минуту Носов в оптику бинокля заметил всплывший в непосредственной близости от борта авианосца черный цилиндр, он выждал пару минут, видя, как цилиндры тащит воль борта «Линкольна» в сторону кормы, а потом нажал вторую кнопку на пульте.

Когда полковник нажал первую кнопку на пульте то якорь, который фиксировал соединённые тросом цилиндры на дне Гибралтара отцепил их и стальные бочки начали своё всплытие на поверхность, они поднимались вверх на расстоянии друг от друга равной длине соединяющего их троса. Примерно середина троса уперлась в киль проплывающего авианосца, а бочки продолжив всплытие выбрали всю свободную длину троса и уперлись в борта «Линкольна» плотно прижавшись к нему. Инерция движущегося корабля начала сдвигать соединённые тросом бочки к корме могучего авианесущего исполина и когда они практически добрались до гребных винтов, находившийся на берегу наблюдатель нажал вторую кнопку на пульте.

Почему наблюдатель не нажал кнопку сразу, как только цилиндры всплыли и оказались практически под центром корпуса авианосца? Потому что там располагалось «атомное» сердце корабля, а радиационное заражение вод средиземного моря никому не надо, а вот в кормовой части авианосца находятся ангары с самолетами и подъемники-лифты, соответственно там весьма большие по объему внутреннее