— Корабел, — тихо сказал я сам себе.

Город горел. Не то чтобы это было критично… Мы не собирались заходить внутрь. Но всё же как-то печально. Города людей гибли у меня на глазах, и ничего не выходило с этим поделать. Как ни старайся, как ни воюй, а изменить пока не получается.

Успели ли жители построить корабли и уйти на них от берега? Или корабли в гавани сейчас тоже полыхают ярким костром, а люди мечутся, пытаясь затушить пламя?

Беспокоило ещё кое-что: а не придётся ли нам там трупы хоронить? Потому что пожар далеко не всегда сжигает тела целиком и полностью. А Дикому Шёпоту хватит и обгоревших останков, чтобы поднять мертвецов.

Гадать смысла не было. Завтра мы в любом случае должны были узнать, что произошло. Ну или хотя бы посмотреть на пожарище поближе. Конечно, стоило бы выслать вперёд разведчиков. Но делать этого ночью я не собирался. Не хватало ещё людьми рисковать…

В итоге, я отдал приказ следить дальше, а сам пошёл досыпать.

Утром, ожидаемо, началось обсуждение ночного зарева. Командиры и шептуны собрались в большой комнате здания администрации, чтобы позавтракать, а заодно и обговорить новости.

— Я вообще считаю, что туда не надо идти! Зачем вам это? — возмущалась, не слезая с любимой темы, Наана. — Надо сразу уходить в Святилище, не заходя в Корабел, Стион и Озёрный!

Правда, её, само собой, никто не слушал. Вот уж чьим мнением можно было пожертвовать. Правда, памятуя о том, куда мы идём и чего хотим добиться, всё равно приходилось терпеть эти возмущения. Просто хладнокровно пропускать их мимо ушей.

— Что бы ни случилось в Корабеле, узнать надо! — настаивал Ситранис. — Не то, чтобы я прямо ужас как за этих несчастных трусов переживал… Но мне не даёт покоя эта ситуация с истинными демонами в Страже! А что если и там, в Корабеле, так же?

— Предлагаешь уничтожать под корень, не жалея времени? — уточнил я.

— Они опасны, Ишер! — скрипнув зубами, напомнил Ситранис. — Гораздо опаснее демонов орды.

— Да, вот только демонам орды будет плевать, кого жрать, — спокойно отозвался я. — Обычный человек или одержимый… Какая им разница? Подозреваю, убивая одержимого, всё равно они получают достаточно жизненной силы.

— Я согласен с воеводой, — веско заметил Тадар. — Демоны уже преодолели Пограничные Холмы. Рано или поздно и сюда доберутся. Что же теперь, сражаться со всеми?

— Корабел — это много тысяч жителей. А ещё беженцы со всей округи, — согласился Истор. — Мы там демонов будем десидолю отлавливать и убивать. И это если они сопротивляться не будут. А если будут?

— Ну и что, оставить всё как есть? Просто махнуть рукой? — расстроился Ситранис. — Как-то это неправильно…

— Послушай, мы даже не знаем, получится ли в город попасть, — успокоил я его. — Надо сначала добраться, а уж на месте решать, что дальше делать. Даже если там был пожар, это не означает, что ворота будут открыты. Причинять добро людям против их воли я тоже не хочу.

— А если там сгорели припасы, они вас сами пригласят погостить! — со злостью в голосе вмешалась Наана. — В принудительном порядке! Не рискуйте так!.. Ни мной, ни моими телегами!

— «Пригласить» нас в чистом поле не так уж просто, — успокоил я её. — В любом случае, мы будем идти по тракту. Это самый быстрый и удобный путь.

Караван двинулся вновь, когда солнце взошло над горизонтом. Тракт, ровный и ухоженный, вёл нас на восток, и чем ближе мы подходили к Корабелу, тем заметнее менялась местность. Полей и селений становилось всё больше. Иногда стали попадаться длинные лесопосадки.

Видно было, что деревья сажали люди: все одного вида, высокие, прямые, с густой хвойной, насколько я знал из прошлой жизни, кроной. И практически повсюду попадались свежие пни, ещё не успевшие потемнеть. Деревья срубили совсем недавно — может, десидолю назад, а может, меньше.

Видимо, это были те самые вырубки под корабли для Святилища. И чем ближе к городу, тем очевиднее становился их масштаб. Страшно представить, сколько драгоценного дерева извели на строительство. И я бы такую вырубку рачительной не назвал. Многие лесопосадки были изничтожены на три четверти.

Если представить, сколько труда вложено было в посадку… И сколько времени люди ждали, пока деревья вырастут… Было, честно говоря, очень печально видеть это запустение.

А вот кочевники и илосцы снова крутили головами, дивясь такой картине. Им всё было непривычно. Даже такие насаждения воспринимались как чудо. Что и неудивительно, в пустыне леса не растут.

Подувший с востока ветер донёс запах гари и большой воды. Вскоре стали виден широкий столб дыма. А через гонг можно было разглядеть вдалеке сам Корабел. И пути подхода к нему. Не доходя до города, наш древний тракт раздваивался. Одна ветка уходила на север, другая на юг. А в сторону Корабела тянулась мощёная, но куда более новая дорога.

Она была не хуже тракта. Такие же плиты, такие же следы регулярного ремонта. Видно, Корабел не жалел средств на поддержание пути, который связывал его с остальным миром. По обочинам дороги тянулись всё те же вырубленные рощи. А за ними, насколько хватало взгляда, простирались поля, чередовавшиеся с оросительными каналами.

Город стоял в месте, куда, как я заподозревал, когда-то упал метеорит. Я понял это практически сразу, едва взглянув на рельеф. Огромная чаша, вдавленная в землю, с приподнятыми над землёй краями. Словно след от удара небесного кулака. В моей прошлой жизни такие места называли кратерами.

Слишком уж правильной была форма, и слишком крутыми склоны. Впрочем, люди тоже приложили руку: стенки кратера явно обкапывали, делая их ещё более крутыми, почти отвесными. А по гребню, опоясывая всю исполинскую чашу, тянулась стена.

Высокая. Очень высокая — в пять, а местами и в шесть человеческих ростов. Сложенная из тёмного, почти чёрного камня, она выглядела так, будто выросла из самой земли. Каждые сто скачков стену украшали круглые башни: мощные, приземистые, с узкими бойницами и плоскими крышами, на которых стояли метательные машины. Сейчас эти башни очевидно пустовали, и только мой старый знакомый, одинокий ветер, гулял между зубцами.

У подножия стены, опоясывая кратер по всему периметру, был вырыт ров. Широкий — шагов двадцать, не меньше — и, судя по отблескам, заполненный водой. Однако