Однако.

«Посмотрите на это. Как подчеркнуты линии, естественные для человеческого тела! Она прекрасна, словно древняя богиня».

Полан был уверен: если развить эту идею и добавить еще больше классической простоты и свободы, наряд Айлы сможет открыть новую эру в моде высшего света.

– Полан!

– !..

Он очнулся, лишь когда Вернер повысил голос.

– Ах… прошу прощения.

– Будь внимательнее. Я уж подумал, ты оглох.

– Искренне прошу прощения, ваше высочество.

И вот недавно горевший вдохновением взгляд Полана угас, как пламя под дождем. Он вновь натянул на лицо маску равнодушия и обратился к собравшимся:

– Его высочество совершенно прав. Леди Анджело действительно оказала большое влияние и дала много советов.

Да, Шарлотта и правда сыграла роль в формировании нынешней моды, но, как и случается в этой области, то была лишь вариация уже существующих платьев. Хотя, когда Полан впервые увидел рисунок, предложенный Шарлоттой, он подумал, что ее идея довольно свежа.

Но по сравнению с шоком, который он испытал, увидев эскиз Айлы, это впечатление было ничтожным. Более того, платье Шарлотты следовало моде и было максимально роскошным и вычурным. Но в его отсутствие она, поддавшись уговорам Софии, навесила на платье еще больше украшений.

Как сама и хотела.

«Слишком много. Все испорчено».

Полан с трудом подавил раздражение и вновь украдкой взглянул на Айлу. Если бы он не был связан обязательствами с императорским домом, он бы бросился к ней с предложением сотрудничества. Хотелось броситься к ее ногам и умолять продолжать вдохновлять его.

Айла напомнила ему о страсти, которую он давно вычеркнул из своей жизни, утешая себя тем, что проданная гордость называется честью.

– Неужели новую моду для нас задала именно леди Анджело?

– И как я раньше не замечал у вас такого безупречного вкуса!

– Признаюсь, впервые сталкиваюсь с подобным, но с таким талантом леди Анджело действительно заслуживает носить платье работы Полана.

Как и ожидалось, толпа аристократов окружила Шарлотту еще плотнее, осыпая ее потоками похвалы. Только одна вещь не совпадала с ее ожиданиями.

Шарлотта, робко улыбаясь собравшимся, украдкой взглянула на Полана. Он же, с каким-то мученическим выражением лица, все так же не мог отвести глаз от Айлы.

В груди Шарлотты появилось неприятное чувство.

«Почему он продолжает смотреть на леди Мертензия? Неужели… между ними что-то есть?»

С самого начала все ощущалось как-то странно, казалось, будто что-то идет не так. Она получила то, что хотела: репутацию законодательницы мод, лавину похвалы и внимание всех присутствующих. Но почему-то внутри оставалось беспокойство, и все оно исходило от Айлы.

Вдруг одна из дам, до этого восхвалявших Шарлотту, бросила на Айлу колкий взгляд и прошептала:

– А есть и такие, кто пришел в каком-то нелепом наряде, и непонятно даже, откуда он взялся.

– Да уж, поистине выдающаяся персона.

– Даже если бы она надела нечто модное, это не сравнилось бы с нашими нарядами. Что она вообще думает о высшем обществе, раз осмелилась явиться в таком виде?

– Это ведь просто кусок ткани, не так ли?

– И корсета, похоже, нет. Что это вообще, если не голое тело? Даже стыдно смотреть на это…

Восхищение Шарлоттой естественным образом перешло в критику Айлы. И лишь тогда Шарлотта почувствовала, как из груди наконец вырывается застрявший там воздух.

«Вот. Теперь все как надо».

Почему-то весь этот вечер шел не так, заставляя ее сомневаться в очевидном. Подумав, что сегодня действительно странный день, Шарлотта, как обычно, спряталась за спиной Вернера, отступив в сторону от назревающей сцены.

Но…

– На мой взгляд, это платье прекрасно.

Хрупкое равновесие тут же разлетелось вдребезги.

* * *

Толпа превозносила Шарлотту и унижала меня. Все шло по заранее написанному сценарию.

– На мой взгляд, это платье прекрасно.

Конечно же, то, что Полан, не в силах сдержаться, вмешается… тоже было в рамках моих ожиданий. Полан обладал гордостью, порожденной его уверенностью в том, что он лучший. Пусть он и создал этот наряд лишь под принуждением, гордость не позволила бы ему промолчать, когда созданная им одежда подвергалась критике.

После внезапного возражения Полана дамы на мгновение замялись, а потом неуверенно заговорили вновь:

– Но ведь в нем даже нет корректирующих элементов…

– А не в этом ли суть? Что и без них оно подчеркивает линии тела? Человек прекрасен сам по себе, такой, какой он есть.

– Оно выглядит убого и просто…

– Это и называется сдержанная красота. Минимальными средствами достичь максимального эффекта – с этого начинается любой проект.

Полан, неожиданно для всех рассуждая с редкой серьезностью, на миг умолк, а потом с усмешкой добавил:

– Конечно, об этой простой истине я и сам давно забыл. Но платье леди Мертензия напомнило о важном. О том, что когда-то было моей философией.

– Вот как?

– Да. Именно так я и думаю. Это платье словно создано специально для леди Мертензия, свободомыслящей леди.

– …

Кто осмелится возразить, если это говорит не кто иной, как всемирно признанный модельер и ведущий эксперт в своей области? Те самые аристократы, что еще недавно поносили меня, теперь, смущенно покраснев, благоразумно умолкли.

Если бы они продолжили придираться, это прозвучало как оскорбление вкуса и авторитета Полана. Тем более что именно он, человек с наибольшим весом в вопросах моды и одежды, задал тон беседе. В мире, где все так остро реагируют на малейшие изменения в трендах, даже самые бесхребетные из придворных невольно начнут смотреть на мое платье другими глазами.

– Кхм… что ж, выглядит оно действительно… удобным.

– Свобода, говорите… Ну конечно, кому же еще идет это слово, если не леди Мертензия? Даже о такой дерзости, как жизнь без брака и наличие любовника, она говорит не моргнув глазом.

– Но все же впечатляет. Честно говоря, на такое способны далеко не все – только человек с действительно высоким самоуважением.

– Говорят, вы пропали на какое-то время… Кажется, вы и правда сильно изменились с тех пор.

Стоило Полану зажечь искру, как люди, и без того питавшие ко мне некоторую симпатию, начали осторожно высказывать свое мнение. Их было немного, но я внимательно отметила каждого. Конечно, большинство все равно считало: «Какая уж тут свобода, скорее взбесившийся жеребенок без узды». Но даже это было огромным шагом вперед.

Пока все шло ровно так, как я и планировала. Мысленно я улыбнулась с удовлетворением. Все-таки не зря я рискнула вытащить Полана из дворца.

– Так где же, леди Мертензия, вы заказывали это платье?

Тогда я, не задумываясь, повернула голову на голос и, увидев говорившую, широко распахнула глаза. Женщина со светло-русыми волосами медленно приближалась ко мне, гулко постукивая каблуками.

Я узнала ее сразу.