тоже снимаю. Подхожу к бортику. На меня смотрит тренер, находящийся на другой стороне бассейна, но мне он не нужен. Я планирую просто поплавать туда-сюда. В общем, провести время, пока Паша занят.

По лесенке спускаюсь в воду. Она приятная. Температура самая подходящая. Немного охладит мои разгорячённые от Грома мысли.

Я всё чаще называю Пашу Громом, потому что это прозвище ему очень подходит. Гром, который стреляет в меня своими молниями. И я, безусловно, реагирую на них. И именно так, как ему нужно.

Невинное касание к моему бедру в машине – и я уже сижу на его коленях и впиваюсь в невероятные губы мужчины. Его губы перемещаются к шее – и я готова избавиться от блузки. Рука скользит между моих ног? О, Боже, позволь мне снять с себя трусики!

Я была полностью права однажды, предположив, что Паша сделает меня своей секс-игрушкой. И даже подозревала, что буду сама просить ещё больше.

Это случилось. Я его хочу. Хочу его тело, его голос, нашёптывающий мне всякие нежности. Хочу его глаза, которые иногда смотрят на меня с трепетом и страстью, а иногда обеспокоенно и растерянно. Его руки, которые дарят столько удовольствия моему телу…

Господи! Вода не способна остудить мои мысли! Я снова вся горю. И ещё больше запутываюсь.

Ныряю под воду, проплываю несколько метров, выныриваю. Плыву по своей дорожке. Чтобы немного абстрагироваться, разглядываю немногочисленных посетителей бассейна. В основном это девушки. Молодые, ухоженные. Пара парней лет двадцати пяти на самой дальней дорожке. Они ныряют с трамплина. И тренер, рядом с которым постоянно трутся девушки. Они здесь явно не для того, чтобы плавать. Тренеру на вид лет тридцать, он хорошо сложён, загорелый, ну и, наверное, симпатичный… И явно со всеми флиртует. Иногда поглядывает на меня каким-то странным взглядом. Я же предпочитаю просто плыть вперёд и игнорировать все его взгляды.

Доплываю до бортика, перевожу дыхание и плыву обратно. Перевернувшись на спину, развожу руки и ноги в стороны, удерживая тело на воде, закрываю глаза и просто дрейфую. А мысли вновь возвращаются к Паше.

Его сбившееся дыхание, обжигающее шею… Горячий член между нами… И такая же горячая сперма, стекающая по моей спине. Жаркие поцелуи на задней стороне шеи и шёпот:

– Я хочу ещё… Мне этого мало, Соня.

Боже… Жар внизу живота усиливается. Я начинаю тонуть, забыв контролировать своё дыхание. И не успеваю открыть глаз, когда на лицо падает россыпь капель. Зажмуриваюсь, переворачиваюсь на живот, пытаясь проморгаться. Рядом раздаются смешки. И в лицо снова летят капли воды.

– Эй, красивая! Поиграем?

Голос звучит прямо у самого уха. Я дёргаюсь назад и, с трудом разлепив глаза, плыву к бортику.

– Видимо, это «нет», – раздосадованно произносит другой голос.

– Не, она просто не поняла, – не соглашается первый.

И, судя по всему, плывёт за мной. Торможу и разворачиваюсь к нему лицом. Он замирает в паре метров. Удивлённо вглядывается в меня, а я в него.

Это те самые парни, которые ныряли с трамплина. Только я ошиблась. Они гораздо моложе, чем мне показалось. Во всяком случае, один из них…

Превратности судьбы это или просто стечение обстоятельств, но только передо мной мой бывший одноклассник. В этом чёртовом бассейне, в чужом городе, спустя полгода после выпускного. На который я, кстати, не ходила, потому что отчим не разрешил.

– Сонька? – прищуривается Дима.

Киваю. Он расплывается в улыбке.

– Вот это нихрена себе!

Лучше и не скажешь.

Подплывает ко мне и подзывает своего друга.

– Ты её знаешь? – тот явно ошарашен.

– Да! Одноклассница моя! Сонька Кожевникова!

Кровь отливает от лица. Мне кажется, что эта фамилия – та, которая досталась мне от отчима, прозвучав раскатом грома, эхом отскакивает от стен и повторяется ещё много-много раз.

Кожевникова, Кожевникова, Кожевникова…

Съёживаюсь.

– Ну ты чё как не своя?! – восклицает Димка и сгребает одной рукой в объятья.

Второй рукой держится за бортик. Тут глубоко. Я тоже хватаюсь за борт, потому что устала работать ногами.

– Как ты здесь оказалась, Сонь? Кстати, это мой братан, Лёха. Помнишь его? Приезжал как-то, вместе гуляли. Или тебя тогда с нами не было? Да, вроде Крис была без тебя. Я здесь поступил, вот у него обитаю пока.

Дима буквально заваливает меня вопросами и информацией. Я не могу и слова вставить. Пытаюсь хотя бы отстраниться от него, потому что парень всё ещё держит меня за талию.

– Да ладно тебе, не вырывайся, – посмеивается он. – Здесь же твоего цербера-отчима нет, надеюсь? – с опаской оглядывается по сторонам.

В школе все знали – меня трогать нельзя. Игорь очень постарался донести эту информацию до моего окружения. А сейчас Димка явно осмелел, раз уж мы так далеко от дома.

Его брат подпирает меня с другой стороны.

– Может, в бар какой-нибудь завалимся? Отметим встречу.

– Нет, – ко мне наконец возвращается голос. – Дим, отпусти меня. Я здесь не одна.

Но оба парня меня совсем не слушают. Пререкаются друг с другом, выясняя, куда лучше пойти. Бар или клуб? А может, сразу к Лёхе?

Они офонарели, что ли?

– Дим, всё! Хватит! – с силой давлю на грудь парня. – Мне пора. Было приятно встретиться.

Явная ложь. Мне неприятно. Может, не зря отчим меня так оберегал. Что, если кто-то вроде этого Димы стал бы моим первым? Как бы я себя чувствовала после этого?

Чудом вырываюсь и плыву к лестнице. Парни настигают меня, когда хватаюсь за ступеньку. Дима сжимает талию.

– Сонь, ты чё, обиделась? – непонимающе смотрит мне в глаза. – Мы же ничего такого тебе не предлагаем! Бухнём просто! Поржём, киньчик посмотрим!

Господи… Что?! Да это какие-то имбецилы! Они точно мои ровесники? Вообще, Лёша вроде бы даже старше, но как-то непохоже.

– Я не обиделась. Просто не хочу. У меня другие планы, – отвечаю немного резко. – Отпусти меня, Дима.

Рядом звучит свисток тренера, и мы все трое задираем головы. Мужчина протягивает руки, за которые я тут же хватаюсь, и вытаскивает меня из воды, словно пушинку. Покачав головой, небрежно бросает:

– Гром сейчас придёт. Лучше отправить этих малышей подальше подобру-поздорову.

***

Ну конечно… А как иначе-то? Не отправил бы меня Паша в бассейн, не имея глаз и ушей, которые будут за мной присматривать.

Они с этим тренером одного возраста. Наверняка приятели. И этот тренер явно сообщил Громову, что меня клеят сразу двое. А эти двое слишком тесно связаны с моим прошлым.

– Не надо Пашу! – шепчу умоляюще.

– Поздно, – отвечает мужчина, нахмурившись. – Он уже здесь.

Мои «обидчики» не успели исчезнуть. Я начинаю