позволяет! Покрываю невесомыми поцелуями лицо и с нажимом целую в губы. Она открывает свой прелестный ротик. Вторгаюсь в него языком и припечатываю Соню к двери, прижавшись всем телом. Её пальчики пробегают по моим предплечьям, и руки обвивает мою шею. Тянусь к полотенцу, срываю его с её хрупкого тела. Подхватив под бёдра, рывком приподнимаю, и Соня обвивает меня ногами. Быстрыми нетерпеливыми поцелуями покрываю её грудь, облизываю острые соски. Провожу языком по шее. Соня откидывает голову назад и тихо стонет, растворяясь в ощущениях.

Выношу её из спальни, несу в свою. Тут же укладываю на кровать и выцеловываю каждый сантиметр тела. Плечи, ключицы, грудь, плоский живот, внутреннюю сторону бёдер, влажное лоно… Втягиваю клитор в рот, и Соня начинает извиваться. Вцепляется пальцами в простыню под нами, уже не в состоянии контролировать свои стоны. Они звучат теперь очень громко. Призывно, чёрт возьми!

Не могу больше… Сейчас сдохну, если не окажусь внутри неё.

Продолжая ласкать её тугую горячую плоть, приспускаю штаны. Бельё я не надел. Поднимаясь выше, прохожусь губами по животу, груди, ключице, шее… Впиваюсь в губы. Делюсь с Соней её собственным вкусом. Она сладкая, невероятная…

Пульсирующим членом упираюсь в лоно и пошире развожу бёдра руками.

– Паша… – взволнованно шепчет мне в рот София. – Я… Я боюсь.

– Я знаю… знаю, – шепчу в ответ успокаивающе. – Сначала будет немного больно… А потом – обещаю – мы вместе отправимся к звёздам. Нам будет очень хорошо…

Вожу головкой по её промежности, задевая клитор. Соня дрожит. От страха и нетерпения. А меня буквально трясёт от безудержного желания. Каждая мышца в теле напряжена до предела. От чувства колоссальной ответственности перед этой девушкой прошибает потом.

Беру член в руку, помогаю себе проникнуть внутрь её тугого лона на пару сантиметров.

– Расслабься, малышка…

Она вся сжимается, не пуская меня дальше.

Покрываю поцелуями щёки, скулы, уголки губ. Ловлю нижнюю губу зубами. Пробираюсь ещё на сантиметр и упираюсь в невидимый барьер.

Соня зажмуривается и пытается заставить себя расслабиться. Но меня не устраивает, что она не смотрит мне в глаза.

Я стану её первым. Хочу, чтобы она смотрела на меня.

С этого дня – только на меня.

– Соня, открой глаза, – прошу охрипшим от напряжения голосом.

Открывает. По щеке скатывается слезинка. Меня тут же обдаёт холодом. Нужно остановиться! Вот прямо сейчас закончить всё это! Ей страшно, она не хочет спать со мной. А я просто не даю ей выбора. Напираю и напираю. Чёрт возьми!!

– Прости… – вновь покрываю поцелуями лицо. – Прости, что напугал тебя… Прости, что я такой придурок, который не может подождать…

Теперь Соня смотрит на меня ещё испуганнее.

– Я… не… считаю тебя придурком.

– А кем считаешь?

Молчит. Взгляд становится задумчивым.

– Не знаешь… – киваю, с горечью понимая, что я ей никто.

Соня качает головой:

– Хочу, чтобы ты сделал мой первый раз самым лучшим моментом в жизни.

Она не хочет это всё заканчивать?! Готова идти дальше?

Воодушевлённо припадаю к губам девушки. Дальше откладывать нельзя, и я одним мощным рывком врываюсь в неё и разрываю плеву.

Мои нервные клетки прямо сейчас тоже разорвало…

Соня сдавленно вскрикивает и зажмуривается. Мне тоже больно, но ей гораздо больнее, я уверен.

Даю нам обоим пару секунд, чтобы привыкнуть. Ей – к новым ощущения. Мне – чтобы осознать, что я не сплю, и она прямо подо мной, а я в ней. От этого понимания кровь начинает бежать по венам с бешеной скоростью. А сердце бьётся в тахикардическом припадке.

Секунда, две, три… Соня открывает глаза, я осушаю губами её щёки от слёз. Жадно впиваюсь в рот. Она расслабляется, и я подаюсь назад и выхожу из неё полностью. Но тут же наполняю вновь, и она пищит от нового приступа боли. Правда делает это тихо, как мышка. И кусает губы. И снова извиняющимся взглядом смотрит мне в глаза.

Чуть позже я всё-таки её отшлёпаю за эти взгляды.

А сейчас… Сейчас я из кожи вон вылезу, чтобы она запомнила свой первый раз. И не потому, что ей было очень больно. А потому, что ей будет очень-очень хорошо. И она попросит ещё.

Глава 27

София

У меня кружится голова, пульс грохочет в горле, а тело трясётся в ознобе. Мне хорошо и плохо одновременно. Душу рвёт на части от противоречий.

Кажется, я влюбилась в него… Но я не должна влюбляться, потому что… Ну зачем я ему? Кто я, и кто он?

Паша нашёптывает мне какие-то приятные нежности, но его слова смешиваются в бессвязную кашу в моей голове. Я вся сосредоточилась на боли. Я к ней готовлюсь.

Он выходит из меня и тут же вновь вторгается. Пищу и кусаю губы.

Боже… Неужели это происходит?

– Сейчас боль пройдёт, – хрипло говорит он и снова выходит из меня почти полностью.

Зажмуриваюсь.

– Нет!.. Открой глаза, смотри на меня, – произносит требовательным горячим шёпотом.

Распахиваю веки и тут же тону в омуте серо-голубых глаз Павла.

Он входит в меня медленно. До самого основания. Растягивая лоно и снова причиняя боль. Мышцы внутри меня сокращаются, сжимая член, и Паша хрипло стонет. Плавно двигается, не сводя прожигающего взгляда с моих глаз.

С каждым следующим его движением я всё меньше вздрагиваю от боли. Постепенно она исчезает совсем. На смену ей приходит дикое, необъяснимое желание положить ладони на его ягодицы и прижать к себе ещё плотнее. Воткнуть его в себя ещё глубже. Почувствовать все грани возможного и невозможного удовольствия. Немедленно. Испытать всё и сразу.

Кажется, Паша улавливает азартный блеск в моих глазах и усиливает скорость проникновения. Полностью стащив с себя штаны, отпихивает их ногой. Жёстко впивается в мой рот, глубоко засовывая язык. Подсовывает руки под спину, приподнимает и рывком передвигает чуть выше, головой на подушку. Разводит мои ноги ещё шире, садится на колени, подтягивает к себе за бёдра и… снова жадно насаживает на себя.

Я вскрикиваю. Но не от боли. Паша вглядывается в моё лицо и всё понимает.

Скользнув тяжёлым взглядом по моей груди, вновь дёргает на себя. Тело пробивает электрическим разрядом, пульсация внизу живота на миг становится нестерпимой… Но тут же стихает, когда Паша замирает.

Да я умру сейчас!

Что он делает? Пытает меня?!

Нетерпеливо ёрзаю. Приподнимаю бёдра.

Пожалуйста!!

Он вновь врывается в меня, выбивая крик из горла. И снова замирает.

И правда, пытает… Хочет, чтобы я умоляла его?

Павел проделывает этот трюк ещё много-много