Прапорщик Волошин, командир заставы, несмотря на поздний час, сам вышел посмотреть, кого это ночью принесло.

— Господа охотники, — он разглядывал то Горохова, то Мишу, благо света фонаря для этого хватало. — Каким ветром в наши края?

И вопросы эти были, как и догадывался уполномоченный, весьма непраздные.

— Да мы оба в этих местах бывали раньше, — отвечал Горохов, — вот и решили взглянуть, как тут что… Как саранча, как охота…

— Ну, пойдёмте ко мне, — приглашает прапорщик. — Поговорим за чаем, за едой…

Это было такое предложение, от которого лучше было не отказываться. Да и как отказать радушному хозяину в простых посиделках? Правда, уполномоченный прекрасно понимал, что одной из задач вот таких застав на краю вселенной является сбор информации. И даже простой прапорщик, командир заставы, — человек в этом плане подготовленный, вопросы всяким бродягам задавать умеет. Но Горохов не сомневался в своих способностях вести с такими вот интересующимися правильные разговоры. А вот в Шубу-Ухае он был не уверен.

А перед ними молодой солдат ставил на стол отличные гороховые котлеты с луком, чашку первосортного паштета, пышные разогретые в печи булки из кукурузы, два больших куска варёной грудки дрофы, и сам прапорщик открыл перед ними литровую банку вишёневого компота. А уже когда всё было на столе, достал литровую банку с синей водкой, прокомментировав это:

— Я сам её гоню!

Он разлил водку по стаканам, Горохов и Шубу-Ухай взяли свои.

— Ну, за знакомство.

Они выпили. Миша сразу стал накладывать себе отличной еды, взял котлету из гороха и положил рядом солидную порцию паштета, он был увлечён едой и безмятежен. Горохов тоже изображал безмятежность, он схватил один кусок варёной дрофы и положил себе ещё тёплую булку на тарелку. Хотя… Он ни на секунду не терял бдительности. В общем-то, все армейские формирования подчиняются исключительно северянам, и, казалось бы, Поживанов тут, в этой глуши, распоряжаться не может… Но это официально. А неофициально уполномоченный и сам не раз за небольшие вознаграждения пользовался услугами военных… Да и о настоящей цели их визита в эти Богом забытые места солдатам знать было не нужно. Вещество, за которым они ехали, очень понравилось людям из Института… В общем, тут нужно было быть начеку, чтобы не сболтнуть лишнего этому крепкому и гостеприимному прапорщику. И за себя Андрей Николаевич был спокоен, но вот Миша… Тот с удовольствием ел прекрасную еду и, скорее всего, ждал, когда военный снова начнёт разливать водку по стаканам. Горохов был уверен, что сейчас кто-то из людей командира заставы обыскивает их грузовик. Но это его волновало мало, ведь в машине ничего особенного не было, ну, кроме пары хороших стволов, которые Горохов забрал у людей Морозова и которые вряд ли могут пригодиться охотникам. Больше ничего интересного… Он ждал, когда прапорщик начнёт расспрашивать их… И тот, снова разливая водку, начал:

— Эх, ребята, — он налил Мише полстакана, не меньше, — чего же вам дома не сиделось, на кой чёрт вам нужно было тащиться сюда?

И, опережая уполномоченного, заговорил Миша; он взял стакан, но прежде чем выпить, произнёс:

— У меня тут недалеко в тайнике кое-что припрятано… медь… Несколько кило… Не знаю, сколько точно… Не взвешивал… — тут он выпивает полстакана одним глотком и продолжает так, как будто выпил воду: — Вот… решил забрать её. Я тогда по пескам пешком шёл, машина сломалась… Ага… Пришлось пешочком идти, тяжко тащить было — спрятал. Теперь нашёл товарища с машиной — вернулся… Заодно охоту местную посмотреть…

«Молодец Миша… — Горохов всё больше удивлялся степному человеку. — Это поначалу Шубу-Ухай кажется тугодумом и простаком, на самом деле он быстро схватывает. Запоминает — и тут же додумывает своё… И правильно додумывает… Правдоподобно».

В общем, они выпили с прапорщиком всю бутылку, отменно поели и при этом об истинной цели поездки любопытному военному так и не сообщили. А под конец беседы, почувствовав, что ли, к охотникам хмельное расположение, он сам им сказал:

— А Аяза вы не найдёте.

— Это почему же? — поинтересовался Шубу-Ухай. Он был тоже под хмелем, но рассудка не терял.

— Вот вы знаете, где он живет? — в свою очередь спрашивал у него прапорщик.

— Ну… — отвечал ему охотник как-то уклончиво: возможно, и знаем.

— А-ха-ха… — смеялся военный и грозил Мише пальцем. И после добавлял: — А он там и не живёт.

Это был крепкий, даже плотный человек; мало кто в такой жаре мог держать хорошую мышечную массу, обычно солдаты и люди, проживающие на далёком юге, все, как на подбор, сухие и жилистые, как дарги, а этот Волошин с его мощными кулаками просто выдавался своею силой и хорошей физической формой. Ну и, как положено военному, ни одного признака проказы на лице, несмотря на солидный возраст. Впрочем, о здоровье солдат заботятся, это понятно: северяне своих солдат берегли, и витаминов и антибиотиков при первых признаках болезни не жалели. Но общее физическое состояние прапорщика всё равно удивляло.

— А где же он живёт? — пьяно интересовался Миша.

— А ты думаешь, наверное, он живёт в гараже возле Глазова? — смеялся прапорщик.

— Ну а где же? — продолжал интересоваться Шубу-Ухай.

— Ладно, — махнул рукой Волошин, — давай выпьем, друг.

Он взял почти пустую бутылку и стал разливать остатки по стаканам.

— Нет, погоди… — Миша убрал свой стакан. — Ты скажи сначала, где он живёт.

И тут прапорщик ответил ему почти трезво:

— Мужики, да мы и сами не знаем, где он живёт. В степи где-то. А где… Хрен его знает, — он обвел бутылкой по окружности, — тут же пески кругом, тут хрен чего найдёшь. Тем более человека, который не боится жары и желает спрятаться.

— Желает спрятаться? — интересуется Горохов, делая вид, что тоже охмелел. — Кого ему бояться-то?

— Да людей разных, — отвечает прапорщик, хитро улыбаясь. — Приезжали тут такие ребятки прошлый год к нему… типа вас.

— Типа нас? — уполномоченный поглядел на Мишу. Ну никто и никогда не усомнился бы в том, что перед ним сидит охотник, человек, который всю жизнь провёл в песках.

— Да нет, — исправляется военный. — Нет, то были какие-то серьёзные. Так он от них сбежал в пески, они просили помочь его найти, денег мне обещали за помощь, но я отказался. Непонятные были люди.

Очень хотелось уполномоченному знать, что же это были за люди, как одеты, чем вооружены, на чём приезжали, но спрашивать он не решился. Казалось ему, что хмель у прапорщика немного… показной. А вот Миша спрашивать не стеснялся.

— А что же, Аяз Оглы у вас совсем не появляется?

— Нет, — отвечает ему прапорщик. — Раньше,