знакомой. Словно существо снова кого-то процитировало, как тогда с «молодежью». Но кого?

Змейка мгновенно – одним движением – скользнула в воду.

Все? Аудиенция окончена? Не знаю даже, чего я ждала. Добрых слов? Обещания помочь? С чего бы этой… Матери Воды мне помогать? Я вон даже не слышала про нее ни разу до сегодняшнего дня. Ей, наверное, обидно…

– Я тебе уже помогла. Просто ты пока об этом не знаешь, – раздалось из озера. – Иногда достаточно услышать правильные слова. А по воде слова далеко-о-о разносятся.

Я все-таки не заплакала. Уже прогресс.

Глава двадцать седьмая,

в которой слышат голоса и размышляют о феминизме

Аня

Если мне кто-то и помогает, по-моему, самое время узнать об этом. Хотя бы для поддержания боевого духа. А то скоро и поддерживать нечего будет… Кажется, хуже уже просто некуда. Я вообще ничего не понимаю. Куда идти? Что делать? И надо ли вообще куда-то идти и что-то делать? Нужно было змейку про эти дурацкие яблоки расспросить.

Существуют они вообще или нет? Скорее всего, нет… Мертвая старуха их нарочно выдумала, чтобы надо мной поиздеваться. Ну, не выдумала, а вспомнила – они во всяких сказках постоянно появляются. Но в этой не появятся. Теперь я была в этом почти уверена.

Одно непонятно: почему читать и смотреть, как люди в фантастических мирах фантастически приключаются, – интересно, а самой приключаться – стрёмно и ни капельки не забавно? Привет, Керемет! Надеюсь, хотя бы тебе сейчас весело. Я даже по сторонам огляделась, ожидая какого-то знака, пусть даже самого издевательского. Нет. Мир и покой: вокруг только птички поют и листва шелестит.

И эти еще… Варька, конечно, порывалась со мной пойти. Но не пошла же. А Кирилл? «Мы не можем», «Не поможем», «Можешь только ты, одна»… Тоже врал небось. Хотя… Может, и не врал. Только я вот тоже ничего не могу. Не прорезается у меня в сознании никаких тайных знаний о том, куда нужно идти и как там себя вести. Я к избушке-то этой совершенно случайно вышла. Смешно будет, если это вообще не та избушка, которую я искала… И бабка не та. Нет, ну главное – никаких подсказок! Даже в памяти ничего не всплывает, а я ведь столько всяких сказок в детстве читала… Конечно. Никто не сочиняет сказок о героях, которые не смогли справиться с приключениями. О таких «героях» просто забывают. Вот и обо мне забудут. Может, все-таки вернуться к озеру и остаться там камышом? Звучит как план.

– У тебя все получится, – голос послышался откуда-то издалека. И это был… Варькин голос. И фраза Варькина. Ее еще Кирилл недавно повторял. И эта… Мать Воды.

Теперь я вспомнила! Варька мне это тысячу раз говорила – по поводу и без. Она вообще с какой-то дурацкой упертостью в меня верит. Или просто притворяется, что верит. Чтобы поддержать. Да нет, она и врать-то не умеет толком.

– У тебя все получится, – повторил настырный голос.

Я огляделась. Никакой Варьки поблизости, конечно, не было. Значит, очередные волшебные «глюки». Но мне почему-то сразу стало легче и как-то спокойнее, что ли. Я вспомнила, что стоять на месте смысла нет, и пошла вперед по первой попавшейся тропинке.

Сначала я шла сквозь необычно редкий полупрозрачный ольшаник вдоль змейкиного озера, потом тропинка резко свернула, и… лес стал лесом. Через какое-то время вокруг снова были только огромные лохматые ели. Они уходили вершинами высоко в небо, они вцеплялись корнями глубоко в землю, и там, по земле, в тени их гигантских стволов шла маленькая я. Была частью озера, теперь – часть леса. В общем, не так уж и плохо. Главное, есть не хочется и пронизывающий холод куда-то делся. А частью леса быть хорошо, спокойно. Частью леса быть правильно.

Женщина появилась передо мной внезапно. Но я уже устала удивляться. А может быть, просто устала. Она быстрым шагом шла мне навстречу. Обыкновенная человеческая женщина в джинсах, кроссовках, в застегнутой до горла светлой ветровке. Только волосы почему-то распущены – длинные такие… С ее туристическим видом это никак не вязалось… Кто вообще по лесу с такой гривой ходит? Только клещей собирать. Я резко остановилась, испугавшись, что мы столкнемся. Но отойти с пути целеустремленной дамы не успела. А вот она останавливаться не собиралась и… кажется, прошла сквозь меня. Я правда ничего не почувствовала. Кроме легкой обиды. Хотя нет! Совсем не легкой! Теперь и эти меня игнорируют. Причем буквально. Даже в городе не замечавшие меня люди не проходили насквозь – просто замирали, неожиданно поворачивали в другую сторону, огибали невидимое препятствие по дуге, в конце концов, врезались во что-то невидимое. Что угодно, но не так – как будто меня и правда нет! Я обернулась и посмотрела обидчице вслед. Ну да, ну да – джинсы, ветровка, рюкзак, по которому струятся длинные рыжие пряди. Ясно ведь, что никакой это не человек. Надо же… Я почему-то думала, что эти, если уж появляются в человеческом обличье, должны ходить исключительно в длиннющих средневековых платьях или каких-нибудь белых балахонах, как «моя» мертвая бабушка. Хотя с чего бы? В лесу это, наверное, неудобно. И те жуткие тетки в городе тоже были в современной одежде, просто в странной, как будто одевались наспех – не в свои шмотки и не по погоде.

– Эй! – окликнула я женщину. Да, некультурно. Но и проходить человека насквозь тоже не очень-то культурно.

Если честно, я думала, что она не обернется. Но женщина остановилась и обернулась. Теперь она смотрела прямо на меня. Глаза у нее были темно-зеленые, очень красивые и серьезные глаза. Мгновенно мне стало не по себе. Вот что, спрашивается, я от нее хотела? Чтобы она меня заметила? Ну вот, заметила. Неловко.

– Здравствуйте, – пробормотала я.

– Здравствуй, – спокойно откликнулась женщина.

Она все так же стояла и смотрела, а мне хотелось сквозь землю провалиться от стыда.

– Простите, – наконец выдавила я.

Женщина слегка наклонила голову вправо, словно прислушивалась к чему-то.

– Простите, что отвлекаю. Вы… Вы просто прошли сквозь меня.

Женщина удивленно вскинула брови.

– Ну да, – подтвердила она, нет, мол, в этом ничего необычного.

Я не знала, что еще сказать. Как можно объяснить, что что-то ненормально, тому, кто считает, все ок, так и надо?

Женщина нахмурилась и посмотрела на меня внимательнее.

– А! Так ты новенькая? – неожиданно весело спросила она.

Опять эта «новенькая». Ну, в целом да… Хотя такими темпами скоро тут обживусь и «старенькой» стану.