эта группа офицеров разных стран собиралась в экспедицию по пустыне, но что больше всего раздражало Хоссе, так то, что ни о целях экспедиции, ни о подчинении ее полковнику речи не шло — абсолютно автономная группа, которой, к тому же, надо оказывать всяческое содействие!

И тут полковник произнёс фразу, которую все присутствующие наверняка, ожидали с нетерпением.

— А не выпить ли нам, господа, за успешную высадку и начало нашей миссии! Тут есть приличное пойло, герр Генрих?

Глава двадцать седьмая

Дебют не всегда бывает удачным

Глава двадцать седьмая

Дебют не всегда бывает удачным

Капская колония. Мафекинг

28 декабря 1897 года

Сольный дебют молодого скрипача прошел со скрипом.

(Геннадий Москвин)

(Юг Африки в период Второй англо-бурской войны)

В Городе Камней[1] было неспокойно. Полковник Ро́берт Сте́фенсон Смит Ба́ден-Па́уэлл, всего три года как назначенный командовать местным гарнизоном оказался в самой настоящей запарке. И всё из-за этого неугомонного Джеймсона! Дался ему этот поход! Надо сказать, что предприятие, которое организовал Линдер Старр Джеймсон было не просто авантюрой пусть и влиятельного, но одиночки, за этой экспедицией стояли весьма солидные влиятельные люди, причем влиятельные не только в колониальной администрации, но имевшие мощную поддержку в Лондоне. И Би-Пи[2] это приходилось постоянно учитывать.

(Тот самый Би-Пи, фото 1896 года)

В его штабе опять было не протолкнуться. Майор Хасли, исполняющий роль chief of staff вместо выбывшего по болезни предшественника, просто разрывался на части, чтобы успокоить подчиненных и многочисленных посетителей, которых тут, в комендатуре (совмещенной со штабом) быть не могло. В любой другой день, кроме этого.

— Бенджамен! Какого черта тут происходит⁈ — на очень высокой ноте проорал полковник, ворвавшись в рабочее помещение комендатуры. — Что тут за бардак! Что это за толпа, чтобы черти ее на сковородке жарили, да потом драли во все дыры!

Почувствовав настроение высокого начальства, все лишние господа поспешили очистить от своего присутствия приемную. Вот незадача, Бенджи толковый исполнитель, но слишком, откровенно, мягкотелый интеллигент. Как штабной работник — более чем, но не дай Бог ему командовать даже взводом!

— Меня час не беспокоить! Я чертовски устал и голоден! Сэм, обед! Немедленно!

Надо сказать, что через пять минут полковника попустило. Вообще-то он сегодня был не в духе еще и из-за того, что получил телеграмму из Лондона, где сообщалось, что ему присваивается звание «временного генерал-майора». Вот, была у военного ведомства Британии такая привычка: если человек занимает более высокую должность, чем та, что соответствует его званию, но по каким-то причинам присвоить ему это звание не могут (выслуги лет не хватает, например, или желания высокого начальства), то… В общем, получает «временного» майора, генерала, полковника, не суть важно. А там — как повезет. Проявит себя хорошо — из временного станет постоянным, провалит задание — вернется в свое предыдущее звание, sorry, не получилось! Но Би-Пи рассчитывал на другой вариант.

В общем, о самом Баден-Пауэле надо всё-таки сказать несколько слов, ибо личностью он оказался неординарной. Даже для британской армии! Он родился в Лондоне, в семье англиканского священника и профессора Оксфорда по совместительству, женившегося на дочери адмирала. Отец умер, когда Роберту исполнилось три года, и воспитанием семи сыновей! Занималась исключительно его мама. В девятнадцать лет Роберт поступил на военную службу и сразу же, без стажировки в офицерской школе, был зачислен в Тринадцатый гусарский полк, служил в Индии, в двадцать шесть стал капитаном, специализировался на военной разведке. После Индии продолжил делать карьеру в Африке, участвовал в экспедициях против зулусов, ашанти и матабеле. В стиле «большого белого человека» казнил вождя матабеле Увини, которому обещал сохранить жизнь при капитуляции. Прославился внезапными нападениями на негров-повстанцев. В 1887 году получил погоны колонеля, в 1889 стал комендантом важной крепости Мафекинг, стратегического узла, центра железнодорожных перевозок[3].

Простой, но сытный обед восстановил более-менее благодушное настроение полковника, который больше всего был раздражен из-за рекомендации, полученной из Лондона. Он не понимал, кому из чиновников понадобилось настолько влезать в местные расклады, но суть рекомендации (равной приказу) сводилась к тому, чтобы выделить в поддержку экспедиции Джеймсона отряд регулярных войск (как минимум две-три роты). И это полковника очень сильно напрягало! Ведь целью этого мероприятия был захват Претории и удержание города в надежде на последующее восстание ойтландеров (английских поселенцев в Трансваале) и свержения правительства буров во главе с Крюгером.

Казалось бы: какого черта надо армии вмешиваться в частную авантюру? Но вопрос был в том, кто стоит за Линдером Старр Джеймсоном. И кое-какие ответы на этот вопрос комендант Мафекинга знал. Правда, далеко не всё, как показали последующие события. Но общий настрой Би-Пи угадал верно. Ответ на действия отряда ЛСД со стороны буров должен был последовать весьма резкий. И тогда британское правительство вынуждено будет вмешаться и начать войну с бурскими государствами. И именно этот вариант развития событий полковнику нравился меньше всего. Но вот не выполнить рекомендацию своего прямого начальства Баден-Пауэл не мог. Обычно это означало крах карьеры (в лучшем случае) или же трибунал (если его поступок помешает кому-то особо важному в столице). Как говориться: у нас вешают и за меньшее![4]

Выкурив сигару, Роберт вызвал своего начальника штаба.

— Бенджамен! Давай-ка прикинем, как мы можем усилить отряд этого проходимца!

Хотя Линдер Джеймсон не был никаким таким плутом или проходимцем, а влиятельным чиновником колониальной британской администрации, однако он настолько надоел коменданту, что иначе чем «проходимец» в самом негативном смысле этого слова, не е величался.

— Восьмая и шестая рота стрелков, пока не произошла ротация и не пришел приказ о демобилизации, там состав больше нормы на тридцать процентов. Можно выделить почти сотню стрелков-ветеранов. Да и в остальных ротах с полсотни наберется. А вот что с сердцем отрываю… Пушчонки у них — откровенное дерьмо! Могу выдать два новых пулемета Максима и два немного потрепанных, и полубатарею горных скорострельных пушек Виккерса.

(2,5 дюймовая горная пушка Виккерса с дульным заряжанием, на службе индийских колониальных войск)

— Это те новые, что должны были уйти в Индию, но наш генерал выпросил пару батарей для нашего нищего контингента?

— Так точно, мой генерал! — майор иногда позволял себе чуть уколоть начальство, которое занимало генеральскую должность будучи полковником.

— А у нас они еще есть?

— Эти двух с