Я чувствовал себя странно. С одной стороны, я был внутри одной из самых красивых женщин этого времени, её мышцы сжимали меня пульсирующей хваткой, доводя до предела. С другой — эта их семейная дискуссия чертовски мешала сосредоточиться на процессе. Словесная перепалка близняшек в разгар акта — это было нечто новое даже для моего богатого опыта.

Чтобы восстановить концентрацию, я впился поцелуем в шикарную грудь Шерил, прикусывая сосок. Она вскрикнула, и это был уже не спор с сестрой, а чистая страсть. Я положил руки на её попку, сжимая плоть и заставляя её двигаться еще быстрее, еще жестче. Вода в ванной пошла волнами, выплескиваясь на пол. Пузырьки насоса смешивались с нашими движениями, создавая хаотичную пляску пены.

Шерил стонала всё громче, её голос переходил в хриплый крик. Я чувствовал, как финишная прямая приближается со скоростью курьерского поезда. В какой-то момент я понял, что больше не могу сдерживаться. Я резко перехватил Шерил, стаскивая её с себя.

Встав в полный рост прямо посреди ванны, я в несколько мощных рывков довел себя до предела. Я выстрелил горячей, густой струей спермы, заливая высокую грудь Шерил. Она замерла, тяжело дыша и глядя на белые потеки на своей коже с каким-то благоговейным восторгом. Даже втерла сперму себе в грудь.

Сьюзен подскочила, расплескивая воду, её лицо было пунцовым.

— Боже! — вскрикнула она, отворачиваясь. — Сделай так, чтобы я ничего этого не видела! Это... это просто кошмар!

Я стоял, тяжело дыша, чувствуя, как адреналин медленно покидает кровь. Проблемы издательства, недоделанный макет, вопросы с дистрибуцией — всё это на мгновение показалось несущественным по сравнению с тишиной, наступившей после крика Сьюзен.

«Сегодня я стал настоящим Ловеласом», — подумалось мне. — «Если мы передадим хотя бы десятую часть этой энергии на страницы, мир действительно будет лежать у моих ног».

***

Сьюзен выскочила из ванной так, будто за ней гнались все демоны преисподней вместе с комиссией по нравственности. Я едва успел настигнуть её уже у самого двери спальни.

— Сьюзен, стой! — я перехватил её за локоть.

Она вздрогнула, обернулась, и я на мгновение лишился дара речи. Она успела набросить свой шелковый халатик, но в спешке даже не подумала о поясе. Ткань призывно распахнулась на груди, глаза её лихорадочно блестели, а щеки пылали таким густым румянцем, что казалось, к ним можно прикуривать сигарету.

— Пусти меня, Кит! Это… это было за гранью! — голос её дрожал.

— Тише, тише, — я мягко, но настойчиво развернул её и повел в гостиную к барной стойке. — Никто не умер, Сьюзен. Мир не рухнул. Просто жизнь иногда бывает чуть веселее, чем в воскресной школе. Да, мы с Шерил занялись сексом. И нам было классно!

Я усадил её на высокий табурет. Руки мои действовали автоматически: лед в шейкер, джин, сухой вермут. Пара точных движений, и перед Сьюзен материализовался ледяной бокал мартини с одинокой зеленой оливкой на дне.

— Пей, — скомандовал я.

Она посмотрела на бокал так, словно в нем был яд, но потом, к моему удивлению, схватила его и выпила почти залпом, даже не поморщившись от крепости. Я тут же наполнил бокал снова. Сходил запер входную дверь и как был голый, вернулся к бару.

— Мне так стыдно… — выдохнула Сью, уставившись в полированную поверхность стойки. — Разве так можно? Прямо там… при мне!

Я облокотился на стойку рядом с ней, чувствуя, как внутри утихает буря, оставляя после себя приятную пустоту.

— Знаешь, я тут согласен с твоей сестрой, Сьюзен. Все, что происходит по согласию двух взрослых людей и приносит им взаимное удовольствие — всё это не просто можно, это нужно. В болото ханжество. Мы строим новый мир, и в нем нет места для подглядывания сквозь замочную скважину с осуждающим лицом. Я же видел, что тебе тоже хочется!

— Да, но не вот так!

— А как? Наедине ночью в миссионерской позе под одеялом? А без одеяла уже грех?

Сьюзен фыркнула:

— Я не такая ханжа, как ты думаешь!

Из ванной донеслось веселое напевание Шерил под шум воды. Сьюзен вздрогнула при звуках голоса сестры, и я понял, что градус напряжения надо срочно снижать делом.

— Послушай, мне нужна твоя помощь, — сказал я, заглядывая ей в глаза.

Она горько усмехнулась, вскинув голову:

— Надеюсь, не удовлетворить тебя еще раз в другой позе? Чтобы композиция была полной?

— Зря ты включаешь броню, Сью, — я покачал головой. — Тебе она не идет. Ты умная, тонкая девушка. Смотри на мир шире.

— У меня просто воспитание такое, — она сразу смутилась, и гневная искра в глазах погасла. — Нас учили, что приличия — это каркас, на котором держится личность. А Шерил…

— А как же сестра? — перебил я. — Она ведь росла в той же семье.

— Шерил всегда была оторвой, — Сьюзен пожала плечами и сделала глоток из второго бокала, уже медленнее. — Нас наказывали одинаково, но ей всё было нипочем. Она… она девственность потеряла в пятнадцать лет с каким-то бродячим музыкантом за амбаром. Ты знаешь, что она уже сделала два аборта?

Ого, вот это достижения…

— Не компрометируй меня! — донесся из-за двери ванной звонкий крик Шерил. — Я всё слышу, Сьюзен!

— Тебя невозможно скомпрометировать! — огрызнулась Сьюзен. Она допила второй бокал, и я увидел, как плечи её наконец расслабились. Алкоголь и разговор сделали свое дело — пунцовый цвет сменился мягким розовым сиянием.

— Так вот, — я придвинул к себе блокнот и ручку, лежавшие на стойке. — Мне нужно поручить тебе два дела. Ты ответственная, умная!.

Сьюзен выпрямилась, её взгляд стал деловым. Роль помощницы была для неё привычной и безопасной гаванью.

— Первое. Подружкам “Ловеласа” нужна униформа. Красивая и стильная. И да, провокативная! Найди лучшую швейную мастерскую в городе, которая умеет работать с кожей и корсетами.

Я начал быстро набрасывать эскиз на листке. Линии ложились уверенно — образ, который должен был произвести эффект разорвавшейся гранаты.

— Смотри. Вот такой черный атласный или бархатный корсет. Только лучше на молнии, не на шнуровке. Низкое декольте, обязательно пушап — грудь должна быть подана как на блюде. Сзади — маленький пушистый кроличий хвостик. Под корсет — черные капроновые колготки или чулки с поясом. На шею — белую бабочку. Но главное вот здесь…

Я нарисовал обруч для волос.