– Но ты… в том тире. – Заикаюсь я, как в детстве. – Ты сказал, что любишь меня.

– Сказал и пожалел моментально. После твоего возвращения я ничего не обещал, Стейс.

Он обманывал меня. Позволял иногда целовать себя, обнимать, но лишь на время. Для плана? Мне приходили мысли, что это месть. Но как видите, розовые очки спали поздно. Я до последнего верила ему.

Порываюсь уйти, но Ригхан жестко отчеканивает:

– Я еще не закончил, Рейвен!

Моя фамилия из его рта вылетает с особой брезгливостью. Он не любил меня. Никогда не любил!

– Мне противна ты!

Я. И тот факт, что я была с Берном.

Россыпь бабочек, свою татуировку я набила в честь того, чтобы вечно чувствовать живость. Иногда она напоминала мне не хоронить свою жизнь раньше времени. Я готова была испытывать, что угодно, только не предсмертную пустоту. Моя татуировка имеет для меня весомый смысл. Когда я смотрю на нее, вспоминаю, что должна порхать, несмотря ни на что!

Серый омут глаз, который я заметила в нашу первую встречу, продолжает тянуть меня на дно.

– Ты хуже Берна. – Я остаюсь стоять на месте. Говорю спокойно, игнорируя разрушительную бурю внутри. Вот-вот и меня прорвет…

– Ты думаешь, что знаешь о чем говоришь? Ни тебе меня судить, если не прошла путь в моей шкуре!

Он чиркает зажигалкой. Раз, два. Не курит, снимает напряжение «игрой».

Кайден

– Каждую ночь просыпаться из-за кошмаров или не спать вовсе. Выберешь бессонницу, Стейс?

Как меня может кто-то вообще судить? Я никогда не судил Рейвен. Я копался в себе, пытался понять причины, почему она ушла к Берну. Может, я чего-то не додал ей? Никогда не сомневался в своих сексуальных способностях, но Стейс пошатнула мой мужское эго. Насадившись на член Хоу, она смешала меня с дерьмом, ткнула пальцем со словами: «Ты херовый мужик! А вот твой приятель другое дело».

Все не мог понять, что я не углядел в произошедшем? Как получилось так, что Берн увел мою девочку из-под носа?

Неужели те несколько дней без слежки за Рейвен (по возвращении в Ванкувер из морского круиза) порешали исход?

Не так я себе все представлял.

Стейси

Что он несет? Недопонимание между нами становится размером с Марианскую впадину. Его бывшие дружок разрушил мою жизнь, а теперь и Кайд лично занялся моим уничтожением. Я тряпка, прослужившая тридцать лет. Все потрепанная, униженная, грязная. Мое место в попойке. Бесполезно полоскать в чистой воде, от этого я не стану лучше. Как прежде уже не будет.

Тогда я замолчала случившееся. Сейчас жалею, что никому не сказала. Может, не оказалась бы сейчас в такой ситуации. Все могло бы сложиться по-другому, если бы открыла рот и сказала напрямую.

Я достаточно издевок натерпелась за то, чего не совершала. Пусть воплотится мой самый большой страх – пусть меня возненавидят, посчитают грязной, использованной, непригодной девчонкой. Люди могут думать, что угодно! Самое главное, чего хочу я.

Потребовалось более четырех с половиной лет, чтобы понять я – жертва ситуации, моей вины нет!

Не я виновата в том, что наши отношения с Кайденом разрушились!

Не я виновата в том, что меня, твою мать, изнасиловали! Накачали черт пойми чем и трахнули. Да, я стонала. Да, на том видео кажется, что мне нравится процесс. Но Берн не дурак выставлять полное видео изнасилования. Я была под хер знает чем, мне казалось, что мы в моей комнате. Я думала, что Берн – это Кайд. Никто не был в моей шкуре. Никто не знает, каково было мне! Ни один живой человек на гребаной планете ни имеет права топтать меня за то, в чем я пострадала сама!

Пожалуйста, пусть от меня все отстанут. Я хочу остаться одна.

Кайден

– Оставь меня в покое! – Взрывается Рейвен.

Впервые в жизни я пугаюсь от женского крика.

– Разве недостаточно боли между нами? Почему так сложно выслушать? Какую-то мелочь по типу бессонницы ты превращаешь в катастрофу!

– Скачки на чужом члене – это мелочь для тебя? Измена – это не предательство?! – Сам не осознаю, с какой силой сжимаю горло Рейвен.

Она ловит ртом воздух. С надавливаю еще жестче. Злость переполняет меня, и я нахожу утешение лишь в том, чтобы сделать Стейс больно.

– Я не изменяла тебе! – ревет Стейс, толкая меня в грудь.

Ага, это сделал дух разврата, наверное. Ты же такой ангелочек у меня. Конченая шлюха!

Девушка отдаляется на три шага и пуще всхлипывает.

– Тебе ли говорить о предательстве? Берн изнасиловал меня! – Орет кобра, срывая голос. – И что сделал ты? Со скучающим видом выставил меня за дверь!

Рейвен набрасывается на меня и ударяет везде, куда придется. У меня сжимаются легкие от ее слов. Что значит изнасиловал?

– Ах да, забыла! – Стейс бьет себя ладонью по лбу. – Это же мой мир перевернулся, а не твой, Кайден. Это же не твой любимый человек отвернулся от тебя, когда ты хотел наложить на себя руки. Я ненавижу тебя! Никогда не прощу за то, как ты оставил меня, а после измывался! Что бы ты сгнил, сука!

– Стейс… малышка…

Она говорит о мире, который перевернулся одной ночью, сейчас я чувствую что-то похожее. Зову Рейвен, девушка не откликается.

– Проваливай! Я не хочу видеть тебя!

В глазах загорается огонь.

Берн. Я достану сукиного сына прямо сейчас из-под земли. Придушу его и от убийства у меня рука не дрогнет. Вызываю Фостера и прошу приехать к Стейс. Кто-то должен остаться с ней. Меня Рейвен не подпустит в ближайшие недели точно. Она отходчивая. Ей надо остыть, а мне отомстить Хоуку.

Смешно, блядь! Я хотел сделать все по справедливости. Наказать Берна за убийство Дороти через суд. Я запустил этот процесс, хотел закрыть его на вечность. Все эти годы собирал на него материал, все косяки ублюдка у меня на руках. Он не заслуживает отбывать срок в тюрьме. Его место в могиле. Я закопаю живого ублюдка у кладбища, но не на самой территории. Когда Хоу разложится, я выкопаю его и скормлю псам.

Себе наказание придумаю чуть позже.

Меня даже закопать мало.

Глава 16

Стейси

В восемнадцать я дала себе обещание: «Будет страшно, непривычно. Но я справлюсь». Без понятия, как в той головке родились такие мысли.

Как нашлись силы оставить все и уехать в незнакомый город одной. Я благодарна себе за тот путь, что проделала. Без своей силы у меня не было бы будущего. Даже