а теперь — и те, кто взрастил меня, воспитал и научил выживать в этом жестоком мире.

Из шатра вышел Святослав и упёр руки в бока, глядя на мой вездеход.

Я вылез и направился к брату. На его лице появилось удивление.

— Да не может быть! — воскликнул он. — Какие люди! Неужели сам Гром к нам пожаловал? Как ты нас нашёл?

— Здорова, брат! — мы обнялись, похлопали друг друга по спинам. — Рад видеть. Да так, знающие люди подсказали. Как до меня дошли вести, что вы пропали, сразу стал справки наводить, ну и вышел на вас. Далеко забрались.

— Да, Андрюх, ваши князья нас предали. Бросили на произвол судьбы! Отец и мама погибли. Полно бойцов полегло, когда на нас барон тот московский попёр. Что нам оставалось делать? Ну, Богатырь со старейшинами решили, надо на юг двигать, к морю. Мол, хватит с нас пустынь. А оно вон как вышло, здесь ещё хуже, чем там оказалось. Какие-то уроды на нас напали. Слышал, будто общины, ехавшие первыми, кучу людей потеряли, и кого-то даже угнали в рабство. Ну пипец просто! Поехали счастья искать, называется…

— Мне уже сказали про отца и маму. Жаль.

— Ладно уж, погибли они в бою, как воины и свободные люди. Достойная смерть!

— Твои-то целы?

— Целы, слава богу. Да только… Стриж тоже погиб. Жора, Серёга Хрящ… Полно ребят полегло. А ты-то как? Неужели надоело на своих князей ишачить? Решил вернуться?

— Не совсем так, Слав. Дело просто есть одно, вот и приехал, — весть о гибели Стрижа меня ещё больше опечалила. Да и остальных ребят я знал хорошо, хотя те ездили в основном под началом брата.

— Опять сплошные загадки. Может, уже прямо скажешь, что к чему?

— Давай пройдём в палатку и…

— Так-так, а это кто у нас? — раздался знакомый голосок. Я обернулся и увидел шагающую от ручья Лизу, которая прихрамывала на раненую ногу. — Да иди ты! Андрюха, неужели приехал? Я тебя еле узнала!

Сестра бросилась мне на шею, я улыбнулся.

— Мама и отец погибли, — сказала она. — Ты знаешь?

— Мне уже сказали. Очень жаль.

— Да уж… там такой замес был. Пальба, магией фигачили все. Почти целый день нас атаковали. Хорошо, что у нас были ратники и миномёты. А то хрен отбились бы! А потом княжеские уехали. Просто кинули нас, прикинь! Так ты к нам насовсем или просто навестить приехал? Как нашёл-то нас?

— Пошли в шатёр, — сказал я. — Всё расскажу.

Мы зашли под брезентовый навес. В центре стояли стол, за которым раньше сидел Вепрь. Теперь на его месте устроился Святослав — смело, по-хозяйски, словно уже давно был главой семьи и общины.

— Ну что, как тебя величать? — спросил Слава. — Сиятельством ещё не стал? Или так, простой солдат?

В его голосе слышалось ехидство. До сих пор он не мог простить мне мой отъезд.

— Скажем так, выполняю некоторую работёнку. Подробнее сказать не могу. Тайна, — ответил я.

— О-па! Важная птица ты теперь, оказывается. А я так и думал, что этим всё закончится. Сильных князья всегда к себе заманивают.

Мне почему-то показалось, что в голосе брата звучит зависть. Она давно чувствовалась. Я был младше его, а внимания и уважения получал больше из-за своей способности.

— К нам-то как добрался? — продолжал Слава. — Неужели отпустили?

— Отпустили, но дали одно важное задание. Мне велено перевезти вас на Урал. Сам глава рода поручил.

— Вот это да! Какая муха его укусила? То нас кидают, а теперь — на тебе! Опять, значит, про нас князья вспомнили? Чего это вдруг?

— Никто вас не кидал. Скажем так, вышла неразбериха. Непонятки получились, короче. Некоторые служащие у нас решили, что от вас нет пользы, и отозвали ратников. Но главе рода сообщили не сразу. А он, когда узнал, приказал ваш клан вернуть. Для него вы важны.

— Вот же засранцы, — усмехнулся Слава. — Бесполезны мы им, видите ли. Ну и пусть идут лесом. Без них проживём.

— А почему именно тебя послали? — спросила Лиза.

— Да потому что я вырос в клане, хорошо всех знаю. Князья посчитали, что мне удастся вас уговорить.

— На что?

— Говорю же, чтобы переехать на Урал. Потому что Скуратовы обосновались в Екатеринбурге и думают пустить там корни. И вас планируют переселить туда же. Там тоже есть оазисы и много пустых земель.

— То есть ты предлагаешь аж до самого Урала чесать? — воскликнул Слава. — Далековато будет. Да и потом, старейшины хотят на море обосноваться. Мы к побережью едем. Поговаривают, слишком уж хорошие там территории.

— Забудь. Старейшины сами ничего не знают. Раз территории хорошие, то они уже давно заняты. Вы по пути все погибнете. На вас и так уже напали. Дальше будет хуже. А на Урале кочевников нет, если только на юге.

— Так, может, там и пастбищ подходящих нет? Иначе почему никто там не обосновался.

— Скажу так, местные князья противятся. Но мы над этим уже работаем. Там кое-кто другой обитает в окрестностях — палконогие. Но лучше уж кочевники, чем пустынные твари.

— Ну прекрасно! Значит, князья решили переселить нас в места, где полно палочников? Да пусть идут в жопу.

— Наш клан тридцать лет назад перебил всех палочников возле Москвы, и там истребите. Если хочешь хорошую землю получить, придётся потрудиться. Но смотри: здесь у вас никого нет, вокруг — враждебные племена. А там — ваши покровители, которые вам дадут и оружие, и всё необходимое. Что лучше?

— Да уж… неожиданно это всё. Подумать надо. Со старейшинами перетереть. Такие вещи с бухты-барахты не решаются.

— С Богатырём, если что, я уже говорил. Он в курсе.

— И что решил?

Ответить я не успел, потому что полог шатра приоткрылся, и внутрь заглянула знакомая физиономия Васи Дымова.

— Слав, я вот что пришёл… по поводу лошадей… — проговорил Дым, да так и замер. — Я не понял, Гром, ты, что ли?

— Нет, блин, песчаный демон! — я поднялся со стула. — Жив?

— А куда я денусь?

Мы по-братски обнялись. Я был ужасно рад, что не все мои знакомые погибли. Дым быстро выяснил обстоятельства моего приезда и сразу побежал собирать ребят. Вскоре