сараи тоже сохранились. У вас есть два месяца до холодов, чтобы привести в порядок или перестроить нужные здания. Инструмент дам, как и провизию, чтобы пережить зиму. Но с вас потребуются работники в рыбную артель и загонщики — будем куланов с сайгаками бить. Решение за вами.

Юман задумался, потом кивнул. Судя по всему, чуваши обходятся более урезанным вариантом демократии. Потому что староста явно предварительно согласился, а сопровождавшие его мужики молчали.

— Инструмент — это хорошо. Зерно — тоже. А лес? — наконец спросил мужик, чьё имя переводится как «Дуб».

Забавное совпадение.

— Леса мало, самим не хватает. Могу помочь только в следующем году. Пока справитесь — домов в деревне хватит. Даже на дрова.

Чуваши собрались в кружок и начали тихо переговариваться на своём специфическом языке. Я поинтересовался у Касимова, понимает ли он их. В ответ атаман развёл руками. Мол, татарский и чувашский — совершенно разные языки, хотя вроде одного корня. Вот такие дела.

Я же мысленно прикидывал расположение будущих артелей или совхозов. Лучше соблюдать национальное деление, заодно надо подумать о будущем расширении. Есть чуйка, что в следующем году к нам прибьются новые беженцы. Вернее, беглецы. Вот пусть растут целые национальные районы. По идее, люди сейчас так и живут. Конфликтов я не жду, но всякое может быть.

Наконец, мужики посовещались, и к нам снова подошёл Юман. Староста немного помялся, поглаживая нечёсаную бороду.

— Барин, мы согласны, — перевёл Ахмед. — Сами построимся, наши люди бывали в этой деревне. Только как быть…

Тут мужик снова замялся. Я непонимающе посмотрел на него, а потом на толмача. Но парень тоже отвёл глаза. Пришлось перевести взгляд на Касимова. Атаман вздохнул и объяснил:

— Язычники они, — произнёс Зиянберды, но тут же поправился под возмущённым взглядом Юмана. — Вернее, веруют в своего древнего бога Тура, предки татар называли его Тенгри. Они потому и ушли на Яик, что отказались принимать Христа. Аллаха они тоже признавать не хотят. Тёмные люди.

Последние слова Касимов произнёс тихо. Но чуваш услышал, махнул рукой и улыбнулся, показав щербатый рот. Мол, сам ты темнота, а мы веруем в старых богов.

Быстро прикинув, принимаю решение. С церковью и властью у меня отношения хуже некуда. Их сложно испортить, разве что со дна постучатся. А тут нуждающиеся люди, которые в будущем принесут много пользы для России. Я никогда не слышал, чтобы чуваши восставали против царей, массово занимались грабежами и иными непотребствами. Простой, работящий и терпеливый народ — так можно их охарактеризовать. Религиозные вопросы оставим потомкам. В конце концов, для того и нужны Дон, Кубань, Яик и Сибирь, куда уходили различные раскольники или несогласные. Эти люди продвигали пределы империи, заодно снижалось напряжение в обществе.

— Моё предложение в силе, — произношу, глядя в глаза старосты. — Но будет одно условие. Вы справляете свои обряды в деревне. За её пределами — никаких разговоров о древних богах. Я же постараюсь защитить вас от попов. Они все дружно разбежались после начала бунта, но скоро появятся. Поэтому ведите себя тихо. Завтра к вам приедет мой распорядитель, который привезёт инструмент, провизию и пригонит коней. С ним обговорите участие в артели и свою будущую жизнь. Может, вам удобнее скот разводить, чем землю пахать.

Выслушав перевод, чуваши дружно поклонились и молча покинули подворье.

Через два дня пришли татары. Старостой мусульман оказался достаточно молодой мужик с русой бородой и немного раскосыми карими глазами. Вожака звали Ильяс, и он хорошо говорил по-русски. Лидера сопровождало пять зрелых крестьян, почти ничем не отличавшихся от давешних русских и чувашей. Разве что вышивка на рубахах разная.

— Ваше сиятельство, — произнёс Ильяс. — Люди говорят, ты добрый. Мы потеряли всё. Возьми нас. Зерна хватит едва на месяц, остальное — рыба, грибы, ягода, и охотились мы немного. Но в степь далеко не уйдёшь — боимся разбойников и киргизов. Зиму мы переживём, но плохо. Народ будет болеть и умирать.

Я посмотрел на него и остальных. Мужики также надели лучшее, но худые лица и глаза, взирающие с надеждой, просто кричат, что у них всё гораздо хуже, чем они говорят.

Описываю свои условия. Судя по более детальным вопросам и конкретному интересу к деревне, расположенной северо-западнее крепости, ходоки хорошо подготовились. Скорее всего, Касимов ввёл соплеменников в курс дела. Они пришли не торговаться, а договариваться. Так и произошло.

Я смотрел, как крестьяне уходят, и радовался. Люди — это главный ресурс. Самый ценный. Без них земля пустая и степь дикая. А с ними можно поднять край. Но их нельзя сваливать в кучу. Русские, чуваши, татары — у каждого свой уклад, вера и привычки. Если их перемешать, начнутся ссоры и драки. Ресурсов мало, народ озлоблен и напуган. Хватит даже мелкого повода для конфликта.

Если расселить народ отдельно, то они будут жить мирно. Как было раньше. Я вот не припомню каких-то противоречий, даже религиозных, между народами, населяющими Поволжье и Урал. Восстания башкир случались регулярно, впрочем, были и Разин с Пугачёвым. Здесь прямая вина властей, не соблюдающих договоры. Ещё и заводчики с помещиками, мозги которых затмила алчность. Как итог — казни с репрессиями в отношении тысяч восставших, разорённый край, голод, колоссальный урон экономике и казна, которая покрывает все убытки. Страшно подумать, сколько людей погибло в результате этих бунтов. Но ни одна голова помещика, промышленника или чиновника с плеч не полетела.

Хотя я бы создал комиссию, разбиравшуюся в причинах бунта и главных виновниках. Когда слушаешь истории, что творилось в тамбовских и астраханских поместьях или отношение к рабочим на многих уральских заводах, волосы встают дыбом. Как можно так поступать со своим народом?

Нельзя относиться к людям, будто это расходный материал. К сожалению, царские власти этого не понимают. А ведь не надо быть семи пядей во лбу или обладать великим государственным умом. Нужно просто немного думать о будущем и меньше воровать. Иногда ловлю себя на мысли, что нашему народу надо просто не мешать. Далее он прекрасно справится сам, самоорганизуется и приведёт страну к процветанию. Только куда девать армию чиновников и прочих паразитов? Они ведь на полном серьёзе думают, что людям необходима пастырская помощь.

Я не анархист и не антифедералист. России необходима жёсткая и централизованная власть. Но она должна касаться международной политики, армии и сбора базовых налогов. Всё остальное, должно быть, для людей. В том числе чиновники, которые являются слугами народа, а не его хозяевами.