сказала раньше, она могла спрятать свои шрамы. Я нет.

— Гораздо легче сказать, чем принять.

Её губы снова нашли мои, и я притянул её ближе.

В её поцелуях не было мягкости. Она кусала, скользила языком, требовала большего, пока я не поддался. Я никогда раньше не придавал значения поцелуям, если только они не вели к чему-то большему. Но с ней я мог бы целоваться весь день.

Рация зашипела. Голос Джакса прорезал тишину:

— Где вы, ребята? Всё в порядке?

Я не ответил. Мне было всё равно, что он говорит, когда Эш была наполовину раздетая у меня на коленях. Она потянула за край моей футболки, и я понял, что всё действительно зашло далеко. И она, похоже, не собиралась останавливаться.

— Фоооооокс, — протянул Джакс.

Я схватился за рацию, придерживая Эш, чтобы не уткнуть её в панель приборов.

Я распластал ладонь у неё на спине, и она выгнулась ко мне.

— Всё в порядке, — сказал я в рацию, улыбаясь ей.

— Хорошо. Мы начали волноваться. Встретимся у закусочной?

— Да, конечно.

Я отбросил рацию, когда Эш поцеловала меня в шею.

Я застонал. С ней было невозможно думать. Каждое прикосновение пробуждало в теле наслаждение. Она сделала это снова, и я сдвинул бёдра, прижимаясь к ней своим стояком.

— Да, — прошипела она, снова потянув за мою футболку. Её шрам снова открылся, когда она откинулась назад, и я замер.

Я спал со множеством девушек, не задумываясь, кто они, откуда, даже как их зовут, но это был первый раз, когда я задумался настолько, что остановился.

Я также никогда не спал с девушкой, которая была бы настолько вовлечена в нашу жизнь.

Я не мог бы провернуть своё обычное: переспать и исчезнуть. Но я даже не был уверен, что хочу этого. Какая-то часть меня кричала, что я не хочу.

Шрам на ней заставлял меня чувствовать себя слишком близким к ней, ведь теперь я знал, что она — единственный человек, который может начать понимать, через что я прохожу. Она ещё и старалась понять. Она чертовски старалась мне помочь, и я не мог относиться к ней как к чему-то меньшему, чем к идеальной.

Я схватил её за запястья, чтобы остановить их блуждание.

— Мы не занимаемся здесь этим.

— Почему? — её брови нахмурились, и я не винил её за замешательство.

Я начал это, и теперь я снова это останавливал.

— Потому что нет. Не здесь. Мы должны встретиться с остальными.

Остальные. Я должен был помнить, зачем она вообще здесь. Секс с ней всё усложнит, особенно когда ей ещё нужно помогать команде. И меня по-прежнему раздражало, что я о ней ничего не знал.

Она застонала, откинувшись назад к приборной панели.

— Передумал из-за шрама? Или просто легче меня ненавидеть?

— Честно говоря, ненавидеть тебя действительно проще, — сказал я, усмехнувшись. — Такие вещи быстро становятся слишком запутанными, а я вдруг понял, что даже не знаю, кто ты. И, по всей видимости, это меня беспокоит.

— Ну да. Уверена, это единственная проблема, — бросила она, натягивая на себя футболку и открывая дверь. Она вылезла и встала рядом, дожидаясь, пока я выйду следом.

Я обошёл машину, молча вырулил и направился к закусочной.

— Мне не противен твой шрам.

— Плевать.

— Я даже не знаю, как тебя зовут. Эш — это прозвище, а не имя.

— Я сказала, мне плевать. Забудь.

На этот раз уже она отгородилась от меня. Давала мне холодную месть, точно так же, как я делал это с ней не раз.

Как она всё это время не сбила меня машиной — загадка. Тишина была куда более невыносимой, чем любые ссоры. Другие женщины в моей жизни всегда выговаривались, когда злились, и Эш тоже.

Именно поэтому её молчание сейчас било вдвойне сильнее.

Мы добрались до закусочной в этой тишине, а у меня в голове крутилась одна и та же мысль — как я мог быть таким идиотом, что не согласился переспать с ней прямо тогда, на месте?

Стоило мне хоть раз дать слово разуму и это совпало с тем моментом, когда идеальная женщина оказалась у меня на коленях.

Команда уже сидела за большим столом, и три места оставались свободными. Два рядом, и одно на другом конце стола.

Я выбрал то, что подальше. Мне нужно было быть от неё на максимально возможном расстоянии.

Я не пропустил, как она испепеляла меня взглядом весь ужин.

И не винил её, потому что в тот момент я злился на себя не меньше.

Глава 26

Фокс

Я никогда не вёл себя таким козлом по отношению к человеку, рядом с которым мне действительно нравилось быть. Я не сомкнул глаз всю ночь, прокручивая всё в голове, и снова пришёл к тому же выводу, что и вчера.

Я — самый тупой человек на свете.

Я слишком долго размышлял прошлой ночью о ней на мне, напоминая себе, снова и снова, почему должен остановиться.

Я не знал, кто она. То, как она изо всех сил старалась что-то скрыть, раздражало меня больше всего, но я понимал, что не должен делать из неё проблему, ведь проблема — это я. После того, что с нами произошло в прошлом году, я стал слишком осторожным, чтобы довериться новому человеку, появившемуся рядом. Я давил на неё из-за этого, не объяснив, что на самом деле происходит.

Я был слишком занят тем, чтобы столкнуться со своим худшим страхом, видимо.

Хуже всего было то, что я никогда не осознавал, насколько сильно опирался на свою внешность как на костыль.

Рэнсом вечно подкалывал меня, называя обаятельным, но по факту всё дело было в уверенности, что я чертовски привлекателен. Я даже не понимал, насколько жалким был. Ходил с видом, будто мир у моих ног, когда всё, что у меня было, — это симпатичное лицо. А самое жалкое это то, что я даже не чувствовал, кто я есть, если у меня отнять это лицо.

Но, несмотря ни на что, всё начинало понемногу возвращаться. Моя полноценная жизнь, полная людей, которые заботились обо мне, начинала проясняться, и я знал, что всё это благодаря ей.

Благодаря девушке, которая, в первую очередь, оставила на мне этот шрам. Девушке, о которой я теперь не мог перестать думать.

С такими темпами мне понадобится терапия на всю оставшуюся жизнь.

Я швырнул очередной инструмент. Меня начинало тошнить от починки этой чертовой машины, когда всё, чего я хотел — просто поговорить с