заметила Кира, разглядывая врагов в бинокль. — Видишь тех, что сзади, крупных? Шестой уже.

Первые стрелы просвистели мимо нашего окна, заставив пригнуться. Костяные лучники заняли позицию в ста метрах от форта и начали обстреливать наши позиции. Стрел у них было много — даже неограниченное количество. Мы ведь не убирали кости, валяющиеся повсюду. Автоматический сбор системного хлама с их трупов не иссушал их тела попросту потому что там нечего было иссушать.

Теперь нас обстреливали этими костями. Лучники поднимали кости и превращали их в стрелы. Каждую секунду крепость накрывали сотни стрел, и как назло — находились они дальше действия наших навыков. Я уже проверил — если использовать Королевский Приказ, то после выхода из зоны его действия эффект быстро пропадает, и до скелетов вдалеке воины попросту не доходят.

— Толком не высунуться, — пожаловался Морфей, откатываясь от бойницы после того, как костяная стрела просвистела у его уха. — Их слишком много!

Стабильная ситуация последней недели изменилась кардинально за каких-то полчаса. Раньше мы спокойно отстреливались через окна и бойницы, не опасаясь ответного огня. Теперь же каждое появление в проёме грозило получить стрелу в лоб.

Хуже всего было то, что лучники прикрывали наступающих копейщиков и мечников. Те подходили к стенам форта и начинали долбить камень своим костяным оружием. Раньше скелеты могли лишь скрести стены голыми пальцами, нанося минимальный урон. Теперь же от ударов костяных орудий в кладке наверняка появятся сколы. И это я ещё оптимистично мыслю.

Я активировал Королевский Приказ, но результат был удручающим. Лишь треть скелетов подчинилась команде — остальные оказались слишком высокого уровня или обладали каким-то сопротивлением к ментальному воздействию. Подчинившиеся мертвецы набросились на своих товарищей, но были быстро перебиты превосходящими силами.

— Тенденция так себе, — сказал я, перезаряжая винтовку. — Если они будут и дальше эволюционировать, нам жопа.

Кира попробовала использовать свою шаровую молнию, но и её эффективность снизилась. Скелеты-щитоносцы выставляли костяные щиты, частично поглощая урон от электрических разрядов.

[Скелет-воин (уровень 11)]

[Костяной берсерк (уровень 9)]

Тем не менее мы справлялись, тоже адаптируясь под нового противника. Бойницы уменьшены, использованы щиты, я банально разменивал свои очки брони на убийство лучников, но новые варианты продолжали появляться. Берсерки оказались особенно неприятными — они двигались значительно быстрее обычных скелетов и, если их не убить сразу же, даже потеряв руку или ногу, продолжали атаковать нашу позицию.

Беда пришла оттуда, откуда её не ждали. У нас банально начали заканчиваться боеприпасы для стрелкового оружия. Раньше хватало пары выстрелов, чтобы уложить скелета. Теперь же приходилось стрелять по три-четыре раза по всему, что выше 6-го уровня.

Пауза в стрельбе затянулась. Морфей сидел в углу, уставившись в стену, Кира прочищала винтовку уже в третий раз за час. Нервы у них были на пределе. Я пока что держался, но это скорее подсознательное, из-за ощущений огромной силы невольно думал о том, что выдержу даже в худшей ситуации.

— Сколько мы здесь торчим? — Морфей не поднимал головы. — Месяц? Два? Время как-то странно течёт в этой дыре.

— Неделю с лишним, — ответила Кира, не отрываясь от оружия.

— Мне кажется, целую вечность, — Морфей встал и начал нервно ходить по комнате. — Лёх, а что если портал вообще закрылся? Что если нас там уже похоронили?

— Не закрылся, — коротко ответил я, следя за движением скелетов через бойницу и выжидая момент, чтобы зарядить в толпу Разрушением Пустоты.

— Откуда ты знаешь⁈ — взорвался Морфей. — Ты что, связь с Выживальщиками держишь? Может, там уже повсюду трупы и…

— Заткнись, — процедила Кира. — Мне тоже хочется домой, но истерики не помогут.

— Истерики⁈ — Морфей развернулся к ней. — Я просто реально оцениваю ситуацию! Мы сидим в осаде, стрелять нечем, и сраные скелеты становятся сильнее с каждым часом! И что мы делаем? Продолжаем сидеть!

— А ты что предлагаешь? — я наконец применил свой навык, и луч энергии соединил на краткое мгновение мою открытую ладонь с толпой скелетов, раскрошив их в костяную муку. — Сдаться?

— Не знаю! — Морфей провёл руками по лицу. — Может, попробовать договориться? Или найти другой выход? Мы же даже не знаем, ради чего нас сюда затащили!

— Договориться со скелетами, — хмыкнула Кира. — Гениально. «Пожалуйста, не трогайте нас»? Ты серьёзно?

— Лучше, чем сидеть и ждать смерти! — огрызнулся Морфей. — У меня семья! Жена, двое детей! Им девять и одиннадцать! Что они будут делать без меня⁈

Повисла неловкая тишина. Был слышен только треск костей под стенами да свист стрел.

— У всех есть что терять, — тихо сказала Кира. — Думаешь, мне легко?

— Не знаю, что у тебя есть, — Морфей сел на ящик с припасами. — Ты о себе вообще не рассказываешь. Как и он, — кивнул в мою сторону. — Может, вам и правда всё равно.

— Заткнись, — я встал и подошёл к нему вплотную. — Повторишь это ещё раз — получишь в морду. Мне тоже есть что терять. Вас, например!

— Ага, — Морфей встал тоже, несмотря на разницу в росте и силе. — Вот и показал истинное лицо. Сначала втянул нас в эту дыру, а теперь угрожаешь.

— Я тебя не втягивал! — рявкнул я. — Ты сам согласился, добровольно, я предупреждал! И трижды повторил о том, что мы можем тут умереть!

— Потому что думал, это обычное задание! Обычный разлом, на день максимум! А не неделя в аду!

— Хватит! — Кира встала между нами, держа винтовку поперёк тела. — Мы все устали, прекратите!

Морфей отступил первым. Я тоже почувствовал, как адреналин потихоньку опускается.

— Извини, босс, — сказал Морфей, смотря в сторону. — Стресс заедает. — Я просто… боюсь, что не увижу их больше, — признался он. — Светку, Катю, Артёма. Что они будут думать? Что муж и папа их бросил?

Кира опустила оружие и положила руку ему на плечо, собираясь что-то сказать, но я перебил её:

— Ты не бросил их. Ты сражаешься ради того, чтобы отсюда не вылезла вся эта хрень. Представляешь себе, что будет, если на улицы Бэбска вывалится эта толпа?

Судя по выражению лица Морфея, он малость удивился и не думал об этом, сфокусировавшись только на своих тяготах и семье. Заклинило, бывает.

— Я не… — начал было он, но я отошёл